Главная городская газета

Венецианские награды: Босх против Чехова

  • 12.09.2016
  • Марина Дроздова, Венеция
  • Рубрика Культура
Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Культура

На Елагином острове откроется летняя библиотека

21 июня в 15.00 в Петербурге стартует 7 сезон Летнего читального зала. Читать полностью

«Музыка войны и победы» прозвучит над Петропавловской крепостью

В День памяти и скорби, 22 июня, в 18.00 в Петербурге состоится традиционная музыкальная акция. Читать полностью

В Петербурге выступит «Сумасшедшая королева барокко»

Единственный концерт немецкой дивы сопрано в Северной столице состоится в Георгиевском зале Михайловского замка. Читать полностью

Не стало Станислава Говорухина

Российский и советский режиссер Станислав Говорухин скончался в санатории «Барвиха» после продолжительной болезни в возрасте 82 лет. Читать полностью

«Кинотавр» на петербургской волне

В Сочи прошла церемония закрытия 29-го Открытого российского фестиваля «Кинотавр». Смотр стартовал и завершился на «петербургских» нотах. Читать полностью

«Многогранный Петербург» заговорил на разных языках

Голоса были юны, сильны и свежи, а эмоциональность и проникновенность, с которой иностранные студенты петербургских вузов пели и декламировали стихи на русском языке, по-настоящему трогали и изумляли публику. Читать полностью
Венецианские награды: Босх против Чехова  | ФОТО Fer-Gregory/shutterstock.com

ФОТО Fer-Gregory/shutterstock.com

Объяснить обычному кинозрителю логику наград Венецианского фестиваля этого года непросто. Филиппинец Лав Диас, чья мрачная и загадочным образом трогательная социальная фреска «Женщина, которая ушла» получила главный приз фестиваля, давно известен киноэстетам. Он один из лидеров современного авторского кинематографа. Его манера киноповествования отсылает к типу философского мышления Уильяма Фолкнера и Торнтона Уайлдера. Притом что меланхоличный натурализм съемок являет собой, в сущности, наивный стиль с его естественностью и отсутствием системы образов.

Режиссер сказал, что в основе замысла его фильма лежит еще в юности им читанный рассказ Льва Толстого «Бог правду видит, да не скоро скажет» - о невинно осужденном купце, который провел на каторге двадцать шесть лет, став символом смирения и набожности. Действие «Женщины, которая ушла» происходит в конце 1990-х: героиня фильма, учительница Хорасия, возвращается домой после тридцатилетнего заключения. Возвращается после того, как ее близкая подруга неожиданно призналась в убийстве, которое приписывалось Хорасии. Мир изменился, семья рассеялась, коррупция и социальный бред обрели новые причудливые формы. Жизнь Хорасии превращается в странное круженье хлопот, в которых сплетается стратегия мести и бесконечная преданность всем униженным и оскорбленным, которые попадаются ей на пути.

Палитра черно-белого изображения необыкновенная - с рембрандтовской эмоциональной густотой и его же световыми эффектами. После первых десяти минут фильма (а длится он более трех часов) стало ясно, что это главный претендент на высшую награду биеннале: органичная киногения при совершенной психологической внятности. И в этом смысле в конкурсе этого года у Лава Диаса конкурентов не было.

«Рай» Андрона Кончаловского (еще один блестящий пример черно-белого визуального решения) разделил «Серебряного льва» за лучшую режиссуру с «Неприрученной» мексиканца Амата Эскаланте. Обе картины, будучи диаметрально разными по сюжету и стилю, очень точно продуманы. И обе повествуют об отношениях, телесных и душевных, людей с чудовищами: последние могут быть порождением человеческой мысли, как в фильме Кончаловского, или монстрами-инопланетянами, как в «Неприрученной».

«Рай» Кончаловского входит в линию фильмов, которые международная критика объединяет понятием драмы холокоста. Оккупированная Франция. Надменная, фривольная, изысканная парижанка Ольга, русская по происхождению, арестована за то, что скрывала у себя в квартире еврейских детей. В кабинете некоего коллаборациониста она чувствует, что проверенные чары легкомысленной соблазнительницы спасут не только ее саму, но и другого несчастного арестанта, чьи душераздирающие крики несутся из коридора. Она слышит его фамилию; проносится тень воспоминаний: то ли друг, то ли любовник или случайный попутчик - в общем, набоковщина. И обещает комиссару дивное свидание в обмен на освобождение - свое и несчастного. Свидание назначено на следующий вечер, и они уже обсудили, какое вино будет представлено к ужину, но коллаборационист на прогулке с сыном застрелен бойцами Сопротивления. И в результате Ольга оказывается в концлагере. «До свиданья, нежный Набоков - здравствуй, страшный Януш Корчак...», - говорит себе зритель.

Однако действие фильма сосредоточено не на жертвах, а на технологии, скажем так, Выбора - в большом смысле этого слова. Мы видим бытие Ольги в лагере: работа, еда, сексуальные услуги ответственной за барак. Аристократ-эсэсовец, прибывший в лагерь с миссией проверки на предмет финансовых махинаций и коррупции, узнает в узнице сладострастную и равнодушную чаровницу, некогда соблазнившую его где-то в Италии, на блестящей в жемчужном солнечном мареве террасе - снова отголоски набоковской, скажем, «Весны в Фиальте». Он делает ее своей уборщицей - и наложницей. Получает для нее аргентинский паспорт и надеется на свой вечный заслуженный рай. Он писал диссертацию о Чехове, читает по-русски, он идеалист - верит в идеальный мир, который, как ему видится, может построить или Третий рейх, или большевистская революция. Он выталкивает из круга своих мыслей рассказ студенческого друга - офицера, который тоже служит в лагере, - о возлюбленной Антона Чехова Дуне Эфрос, недавно сгоревшей здесь, в Треблинке. А Ольга решает пойти вместо сокамерницы, которая прячет детей в недрах нар, в газовую камеру. Документальная бесстрастность соединяется в фильме с несколько театрально поставленными интервью-откровениями главных героев. Всем им суждено погибнуть, и значит, они отвечают на вопросы невидимого интервьюера у врат рая или ада.

«Гран-при» жюри отдано изысканному кошмару Тома Форда «Ночные животные». Да, исторически реальное и/или вымышленное насилие, спровоцированное ощущением гибельности мира, - это главная тема конкурсных фильмов. Тома Форда с его запутанным полотном о техасской резне (происходящей то ли наяву, то ли в романе, написанном одним из персонажей фильма) критики назвали наследником Хичкока и Дэвида Линча.

А специальный приз жюри достался футурологическому ужастику-мелодраме о противостоянии каннибалов и американских аутсайдеров, покинувших Америку, где все граждане тоже уже получили номера-татуировки.

И только японский мультипликационный блокбастер - «Ганц: О» Ясуши Камавуры, являющий собой блистательную игру в сюрреалистических персонажей Иеронима Босха, дал нам надежду на то, что некоторые истории кончаются хорошо.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook