Валерий Галендеев: «Спектакль онлайн – это тень спектакля»

Недавняя премьера МДТ – Театра Европы – поэтический вечер «Из фрески Вечность. Поэты-шестидесятники, их учителя и предтечи» – вышла в разгар пандемии и стала глотком воздуха для уставшего от онлайна зрителя. И подтвердила слова Льва Додина о том, что большие русские поэты прошедшего века своей «музыкой во льду» много могут сказать нам о нас сегодняшних. Режиссера спектакля заместителя художественного руководителя театра Валерия ГАЛЕНДЕЕВА журналистка Ирина НАЧАРОВА расспросила о том, как в пандемию спасает чтение; как книги формируют человека; трудно ли искать жемчужины среди произведений современных поэтов.

Валерий Галендеев: «Спектакль онлайн – это тень спектакля» | ФОТО Виктора ВАСИЛЬЕВА предоставлено пресс-службой МДТ _ Театра Европы

ФОТО Виктора ВАСИЛЬЕВА предоставлено пресс-службой МДТ _ Театра Европы

– Пандемия послужила толчком к созданию такого поэтического спектакля?

– Мы начали работать над ним раньше. Хотя его репетиции прошлой осенью включили в расписание с легкой руки пандемии. В августе и начале сентября репетировать можно было только без большого скопления артистов. А как раз при создании поэтического вечера оно могло быть и было минимальным.

– Нам только кажется, что мы переживаем сегодня что-то абсолютно новое, а большие поэты прошлого писали о том же самом. Спектакль в том числе и об этом?

– Разговор действительно о непреходящем, повторяющемся с вариациями. Любовь, смерть, разлука, встреча, избавление, страдание. Страдание – самая главная и вечная тема искусства. И в поэзии это в первую очередь, конечно, смятение человеческой души.

– Во время спектакля зрители наиболее остро реагируют на стихи Евтушенко и Слуцкого. Почему?

– Это не медитативная лирика, это публицистические стихи. Слуцкий кинематографичен, Евтушенко театрален. Чего никак не скажешь, допустим, про Ахмадулину – она музыкально-поэтична. Бродский – тот, который у нас в спектакле, – тоже не кинематографичен и не театрален.

– Вы бывали на знаменитых поэтических вечерах 1960-х?

– В Нижнем Новгороде слушал Ахмадулину, Вознесенского, Евтушенко, Окуджаву. Там действительно были битком набитые залы дворцов спорта. Никакого глубокого восприятия поэзии там, конечно, не происходило. Просто была сопричастность к событию. Хотя тот вечер помню спустя шестьдесят лет. Помню тембр голосов, что читали – не помню. Да это и не так важно – по крайней мере для меня как для любителя. Процент истинных знатоков творчества там был минимальный. Остальные ходили, потому что тогда была такая коллективно-бессознательная тяга к поэзии как к какому-то порталу в другую жизнь, в другое будущее, в другую перспективу. Но вот многое не сбылось.

– Современных поэтов вы читаете? Жемчужины среди них есть?

– У меня весь стол завален современной поэзией. Но жемчужных зерен пока находится мало.

– Как вы психологически локдаун пережили?

– У меня было крайне много работы. Во-первых, онлайн-работа в театре. Мы записывали с артистами рассказы Чехова, новеллы О. Генри, стихи Пушкина. Во-вторых, в Театральном институте – занятия со студентами онлайн. Для меня это было впервые в жизни. На работу у компьютера уходило около десяти часов в день. Это очень тяжело.

– То есть к онлайну вы относитесь не очень?

– В нем все противоречит и все противодействует природе искусства, природе театра, то есть природе живого восприятия. Все-таки в театре, в музее, в концертном зале происходит молекулярное восприятие искусства. А у компьютера, у гаджета оно все такое механическое так или иначе. С точки зрения информационной, ознакомительной – да, конечно, это многое дает. Но это не искусство, а информация об искусстве. Она тоже важна и человека может обогатить — хорошо, что она есть. Но это не восприятие искусства все равно. В музыке это еще вопрос отчасти спорный. Например, канадский музыкант Гленн Гульд считал, что в записи человек способен воспринимать музыку богаче, чем в живом восприятии, поскольку меньше отвлекающих факторов. И поскольку он может, что немаловажно, принять удобную позу. Но воспринимать театр онлайн, мне кажется, противоестественно, это только для галочки. Это тень спектакля. Причем не просто двухмерная, а тень плоскости. Плюс идет обкрадывание по звуку, по изображению, по коллективности восприятия.

– По мнению Людмилы Улицкой, история любого человека – это в том числе и совокупность книг, которые он прочитал. Вы с этим согласны?

– Безусловно. И в том числе тех, которые он не прочитал. Совокупность непрочитанных книг – тоже история человека. Мне кажется, что фильмы этого не заменяют. И соцсети не заменяют. Я очень много времени, к огромному сожалению, уделяю соцсетям. Это, конечно, отнимает время от книг. Вот обкладываю себя книгами – спасаюсь.

– Во время пандемии что читали?

– В октябре я заболел – ковид. Больше трех недель лежал в больнице. Когда с температурой за сорок и с 70 процентами поражения легких туда увозили на скорой, схватил с полки книгу, которую купил в конце 1960-х. То есть она полвека ждала своего часа! Это Томас Вулф «Взгляни на дом свой, ангел». Начал читать в Боткинской. И кто бы мог подумать, что у героя есть любимый брат, который умирает от двусторонней пневмонии. И вот, лежа с двусторонней пневмонией, эту книгу наконец с огромным наслаждением прочитал. Потом уже по моей просьбе приносили туда «Аду» Набокова, прозу Мандельштама. Читал там всласть.

– Какие книги вас сформировали?

– У меня была нянька с двумя классами церковно-приходской школы. Она мне читала, водя пальцем по строчкам, две книги – «Евгения Онегина» Пушкина и «Воскресение» Толстого. Мужчин у нее никогда не было, поэтому вся эта история с падением, публичным домом, проституцией, мне кажется, ей была столь же понятна, сколько и мне тогдашнему. Она была очень религиозной. Наверное, откуда-то узнала или почувствовала, что это история духовного возрождения. Я тоже сути не понимал, но слова и их подбор мне нравились. На «Онегине» я научился читать, сам того не осознавая. Смотрел на ее палец, когда она водила им под строчками. И у меня этот палец ассоциировался с тем, что она произносит по слогам. И я стал понимать, что какая буква означает. Но никакого значения этому не придавал, потому что у меня мысли не было, что учусь читать. И когда однажды отец дома взял в руки газету, а я, четырехлетний, из-за его плеча прочитал заголовок, он спросил: «Кто тебе сказал?» – «Никто, здесь написано». – «А вот это прочитай!». Я уточнил – слева направо или наоборот надо читать. Прочитал. Родители испугались и повели меня к детскому психиатру профессору Агафонову. Он сказал, что с таким сталкивается впервые – чтобы ребенок, которого никто не учил читать, в четыре года сам научился. Но вряд ли это является психической патологией. Скорее всего, здесь какая-то загадка. Я сам потом отгадал эту загадку, но уже во взрослом состоянии. Все случилось благодаря няниному пальцу.

Вот «Евгения Онегина» читаю всю жизнь. И, конечно, он меня сформировал. А что касается Толстого, то позже я заинтересовался другими его произведениями. Когда в 1953-м пошел в первый класс, нам преподавал учитель-фронтовик Василий Алексеевич Волосенко. У него, средней грамотности человека, были очень большие трудности с чтением, особенно вслух. А он обязан был нам читать. И он вызывал меня к доске, и я читал вслух с листа. Потом его сместили с должности учителя всего и назначили учителем слесарного дела, что было ему гораздо ближе. И тут он меня отблагодарил: у меня со слесарным делом было все крайне плохо, и он меня вытянул на пятерку. Мне даже выдали свидетельство слесаря-монтажника какого-то разряда. Но все это благодаря «Евгению Онегину».

– Какое пространство в вашем доме занимают книжные полки?

– Непомерно большое – три комнаты и прихожую с коридором. У меня больше пяти тысяч книг.

– На Ахматовский тест, определяющий москвича или петербуржца, как вы отвечаете: чай, собака, Пастернак или кофе, кошка, Мандельштам?

– У меня другой набор получается. Мне ближе кофе, кошка, Пастернак.

#театр #литература #культура

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 84 (6922) от 13.05.2021 под заголовком «Валерий Галендеев: Спектакль онлайн – это тень спектакля».


Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Эротика в обмен на продукты. Как художник Сомов выживал в Петрограде
21 Августа 2019

Эротика в обмен на продукты. Как художник Сомов выживал в Петрограде

Русский музей развернул в Михайловском замке выставку к 150-летию Константина Сомова.

Иронический оптимизм от Тарантино. О чем рассказывает фильм «Однажды в... Голливуде»
16 Августа 2019

Иронический оптимизм от Тарантино. О чем рассказывает фильм «Однажды в... Голливуде»

В своей картине режиссер противопоставляет жизненную правду - и ее вечную, несокрушимую экранную имитацию.

Перчик под дождем. Как прошел фестиваль «Оперетта-парк» в Гатчине
06 Августа 2019

Перчик под дождем. Как прошел фестиваль «Оперетта-парк» в Гатчине

Оперетта хороша в любое время года, но летом - особенно.

Михаил Пиотровский. Не отрекаясь и не проклиная
31 Июля 2019

Михаил Пиотровский. Не отрекаясь и не проклиная

Настал важный момент для культуры нашей страны: идет война за то, как она будет развиваться дальше.

Люди земли и неба. Какими были Семен Аранович и Илья Авербах
29 Июля 2019

Люди земли и неба. Какими были Семен Аранович и Илья Авербах

Вспоминаем двух советских режиссеров.

Маринист на рейде. 35 картин и рисунков Айвазовского представили на выставке в Кронштадте
03 Июля 2019

Маринист на рейде. 35 картин и рисунков Айвазовского представили на выставке в Кронштадте

Участие коллекционеров позволило наглядно показать контрасты художника, которого одинаково занимали темы бури и покоя.

Граф поклонялся искусству. В Эрмитаже представили коллекцию Строганова
27 Июня 2019

Граф поклонялся искусству. В Эрмитаже представили коллекцию Строганова

Живопись, акварели, скульптура, фарфор, мебель, редкие книги — все это показывает хороший вкус коллекционера.

Анна Нетребко впервые исполнила в России партию Аиды в опере Верди
13 Июня 2019

Анна Нетребко впервые исполнила в России партию Аиды в опере Верди

Это случилось на исторической сцене Мариинского театра на фестивале «Звезды белых ночей».

В особняке Карла Шредера открыли доступ в кабинет хозяина
11 Июня 2019

В особняке Карла Шредера открыли доступ в кабинет хозяина

Туда можно попасть с экскурсией просветительской программы «Открытый город».

Открыли архивы: неожиданные повороты в судьбах известных зданий Петербурга
10 Июня 2019

Открыли архивы: неожиданные повороты в судьбах известных зданий Петербурга

О том, как решения властей отражались в судьбе самых известных объектов города, можно узнать на выставке.

«Теперь у нас подлецов не бывает». Размышления о спектакле «Мертвые души» в Театре имени Ленсовета
08 Июня 2019

«Теперь у нас подлецов не бывает». Размышления о спектакле «Мертвые души» в Театре имени Ленсовета

Спектакль молодого режиссера Романа Кочержевского – это тоска по живой душе в круговороте душ мертвых.

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции
05 Июня 2019

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции

Почему присутствие Эрмитажа на Венецианской биеннале вызвало у многих раздражение?