Вадим Сквирский: «Увидеть себя настоящего»

В афишу театра НДТ после долгого перерыва – почти в полтора года – возвращается спектакль «Преступление и наказание». О возобновленной постановке и не только мы побеседовали с Вадимом Сквирским – режиссером спектакля, актером театра и кино («Танец с саблями», «Фронт», «Апперкот для Гитлера», «Реализация», «Романовы»).

Вадим Сквирский: «Увидеть себя настоящего» | Вадим Сквирский / Фото Олега Грицуна / Предоставлено пресс-службой театра НТД

Вадим Сквирский / Фото Олега Грицуна / Предоставлено пресс-службой театра НТД

– В следующем году спектаклю «Преступление и наказание» исполнится десять лет. Как он изменился за это время?

– Каждый сыгранный спектакль не похож на предыдущий. На него влияет все: какой сегодня пришел зритель, какое настроение у актеров, какая погода на улице. Потом идет бесконечная работа над нюансами: вчера нашлось удачное приспособление, завтра - интонация, послезавтра уточнилось содержание. Я надеюсь, что спектакль вырос за эти годы. Как выросли и изменились занятые в нем артисты, ведь выпускался он как студенческая работа курса. Конечно, судить об этом зрителям, которые видели спектакль раньше и решились прийти еще.

Сцена из спектакля «Преступление и наказание» / Фото Владимира Филиппова / Предоставлено пресс-службой театра НДТ

– Вы ученик Льва Эренбурга, в театре вас называют его «правой рукой». Чему самому главному вы научились у своего мастера?

– В профессии – опираться на живые актерские проявления и культивировать живой театр. А в жизни... Сложно ответить, мы столько лет бок о бок. И очень сложно отделить профессию от жизни. Я бы ответил так: сформировавшаяся благодаря ему привычка по-актерски ставить себя на место персонажа, быть его адвокатом, и в жизни позволяет ставить себя на место другого человека. Пытаться его понимать и прощать.

– Студийность – единственная для вас возможность существования в театре? Вы можете себя представить в труппе большого коллектива?

– Не хотелось бы даже представлять! Наш театр – это уже семья. Уйти отсюда, оставить все... Невозможно. Кругом родные люди.

– Что еще для вас особенно ценно в НДТ?

– В человеческом плане я уже ответил. А в художественном – сам процесс сочинения спектаклей. Думаю, во многих других театрах я не смог бы так долго существовать как артист, все-таки я заканчивал режиссуру. У нас создание спектаклей – совершенно особенное дело, ведь для своих ты и педагог, и режиссер, и коллега, как и они для тебя. Мы вместе придумываем этюды, выносим на суд Льва Борисовича. Он смотрит, редактирует. Это всегда коллективное сочинение. Спектакль вынашиваешь как дитя, растишь его и, соответственно, как ребенка любишь. В нем - часть тебя.

Нельзя, конечно, заявлять, что в театрах крупной формы меньше творческого начала. Это будет несправедливо, тем более я в них никогда не работал. Но, мне кажется, там прежде всего реализуется режиссер.

– На спектакли НДТ учителя нередко приводят школьников. Многие артисты просто ненавидят подобную практику.

– И я прекрасно понимаю почему! (смеется – прим. авт.). Школьники во время спектаклей часто заняты своими делами, ведь их притащили в театр насильно. Принудиловка – конечно, гадость. Но, как мне кажется, дело прежде всего в самом продукте. Если спектакль живой, интересный, тогда нам, артистам, удается победить в этой «войне». Значит, все не напрасно. Хотя мы не ставим перед собой такую задачу – работать на школьную, юношескую аудиторию. Мы делаем спектакли про себя, говорим о том, что болит.

– Режиссер Сергей Урсуляк как-то сказал: в наш кинематограф приходит много необразованных и наглых людей, потому в современном российском театре ситуация чуть лучше. На сцене сложнее обмануть зрителя. Вы согласны?

Сцена из спектакля «Преступление и наказание» / Фото Владимира Филиппова / Предоставлено пресс-службой театра НДТ

– Думаю, дело еще и в том, что кино – сфера иных финансовых потоков. И аудитория кинематографа неизмеримо больше театральной. Кино более лакомый кусочек, туда зачастую идут ради денег и славы. В театре же денег немного. У нас в НДТ – почти вообще нет! (смеется – прим. авт.). Нечего урвать, поэтому в театре служат ради любви к делу.

Конечно, много сложностей. Сейчас из-за ограничений по количеству зрителей нам увеличивают план по количеству спектаклей. А наш театр маленький, труппа небольшая, занятость огромная, репетиционных помещений мало. Трудно в таких условиях создавать новое. Тем не менее мы выпустили «Иранскую конференцию» – в нашем варианте «Иранскую проблему». Это такой... киноспектакль, формат которого продиктован именно локдауном, вынужденной дистанционной работой.

– Как относитесь к онлайн-форматам в театре?

– Мне кажется, они бесперспективны. В театре главное – обмен энергией, живой контакт. Есть важная ритуальная часть. Надо приодеться, выбраться из дома, прийти в театр — это целое приключение. И совершенно другая концентрация внимания. Дома у компьютера многое отвлекает, тебя не зацепили первые минуты, ты отключился. В театре больше шансов договорить, следовательно, быть услышанным.

– Как актеру кино вам несколько раз пришлось играть Дмитрия Шостаковича. Хачатурян называл его «совестью советской музыки». Сейчас есть люди, который олицетворяют совесть нашего кино, театра, музыки?

– Наверное, есть те праведники, ради которых Господь еще не спалил нас как Содом и Гоморру. Для меня таким человеком был Петр Наумович Фоменко. Сейчас никто не приходит на ум. К сожалению, я сапожник без сапог: так много работаю, что не успеваю смотреть работы коллег.

– Тогда перефразируем вопрос: само понятие «совесть» еще существует в нашем искусстве?

– Думаю, существует. У меня премьера не за горами – «Господа Головлевы». Это не инсценировка романа, а пьеса на основе темы, которую Салтыков-Щедрин обозначил пунктиром. В Пасху Порфирий, движимый чувством покаяния, в одном халате бежит на могилу матери и замерзает в сугробе. Салтыков-Щедрин писал: «горесть, лютейшая всех горестей, – это горесть внезапно обретенной совести». Мы себя не видим со стороны и узнаем только через других людей, отражаясь в них. Это одна из задач искусства: помочь человеку в другом увидеть свое отражение, себя настоящего, разбудить совесть.

– Вам довелось сыграть множество исторических личностей: Павла I, Александра II, Тухачевского. Какая эпоха вам наиболее интересна?

– Все. В этом прелесть актерской профессии – можно очутиться то в одной, то в другой эпохе. В детстве я бы однозначно ответил: хочу попасть во время рыцарей, мушкетеров. Мне казалось, я оттуда родом, из эпохи плаща и шпаги. Сейчас кажется, что это мнимая романтика. Нас красиво обманули Вальтер Скотт, Дюма...

– Все времена одинаковые?

– Бродский говорил, что история – это смена костюма. Нюансы меняются, а суть? Культура, вроде бы, обогащается, пишутся книги, музыка, происходят гуманистические накопления. И что в итоге? Мы еще не можем судить про XXI век, но если взять наше ближайшее прошлое – XX век? Казалось бы, в нем все должно было быть аккумулировано, произойти качественный скачек. Но жгли книги, произошли две мировые войны, самые страшные в истории. Куда делась культура? Тем не менее у человечества нет другой крепости, чтобы не оскотиниться, чтобы остаться людьми. На что еще опереться, как не на культуру?

– Многие ответят, что опираться нужно на веру.

– А я говорю про культуру в самом широком смысле этого слова. Про культуру как про культ света и добра. Это вбирает в себя и веру в моем ощущении.

#театр #артисты #искусство

Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Эротика в обмен на продукты. Как художник Сомов выживал в Петрограде
21 августа 2019

Эротика в обмен на продукты. Как художник Сомов выживал в Петрограде

Русский музей развернул в Михайловском замке выставку к 150-летию Константина Сомова.

Иронический оптимизм от Тарантино. О чем рассказывает фильм «Однажды в... Голливуде»
16 августа 2019

Иронический оптимизм от Тарантино. О чем рассказывает фильм «Однажды в... Голливуде»

В своей картине режиссер противопоставляет жизненную правду - и ее вечную, несокрушимую экранную имитацию.

Перчик под дождем. Как прошел фестиваль «Оперетта-парк» в Гатчине
06 августа 2019

Перчик под дождем. Как прошел фестиваль «Оперетта-парк» в Гатчине

Оперетта хороша в любое время года, но летом - особенно.

Михаил Пиотровский. Не отрекаясь и не проклиная
31 июля 2019

Михаил Пиотровский. Не отрекаясь и не проклиная

Настал важный момент для культуры нашей страны: идет война за то, как она будет развиваться дальше.

Люди земли и неба. Какими были Семен Аранович и Илья Авербах
29 июля 2019

Люди земли и неба. Какими были Семен Аранович и Илья Авербах

Вспоминаем двух советских режиссеров.

Маринист на рейде. 35 картин и рисунков Айвазовского представили на выставке в Кронштадте
03 июля 2019

Маринист на рейде. 35 картин и рисунков Айвазовского представили на выставке в Кронштадте

Участие коллекционеров позволило наглядно показать контрасты художника, которого одинаково занимали темы бури и покоя.

Граф поклонялся искусству. В Эрмитаже представили коллекцию Строганова
27 июня 2019

Граф поклонялся искусству. В Эрмитаже представили коллекцию Строганова

Живопись, акварели, скульптура, фарфор, мебель, редкие книги — все это показывает хороший вкус коллекционера.

Анна Нетребко впервые исполнила в России партию Аиды в опере Верди
13 июня 2019

Анна Нетребко впервые исполнила в России партию Аиды в опере Верди

Это случилось на исторической сцене Мариинского театра на фестивале «Звезды белых ночей».

В особняке Карла Шредера открыли доступ в кабинет хозяина
11 июня 2019

В особняке Карла Шредера открыли доступ в кабинет хозяина

Туда можно попасть с экскурсией просветительской программы «Открытый город».

Открыли архивы: неожиданные повороты в судьбах известных зданий Петербурга
10 июня 2019

Открыли архивы: неожиданные повороты в судьбах известных зданий Петербурга

О том, как решения властей отражались в судьбе самых известных объектов города, можно узнать на выставке.

«Теперь у нас подлецов не бывает». Размышления о спектакле «Мертвые души» в Театре имени Ленсовета
08 июня 2019

«Теперь у нас подлецов не бывает». Размышления о спектакле «Мертвые души» в Театре имени Ленсовета

Спектакль молодого режиссера Романа Кочержевского – это тоска по живой душе в круговороте душ мертвых.

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции
05 июня 2019

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции

Почему присутствие Эрмитажа на Венецианской биеннале вызвало у многих раздражение?