В Музее-квартире Римского-Корсакова продолжает работу выставка, посвященная 120-летию Шостаковича
В Музее-квартире Н. А. Римского-Корсакова продолжает работу выставка «Дмитрий Шостакович. Из Петрограда в Ленинград» (12+), приуроченная к 120‑летию со дня рождения композитора. Экспозиция повествует о юношеских увлечениях, первых шагах и опытах на музыкальном поприще Дмитрия Дмитриевича, который в ту пору был просто Митей.
ФОТО АВТОРА
Именно Митей, или Митей Чтожтаковичем, называли его близкие и друзья. Выставка дает возможность прикоснуться к семейной истории будущего композитора, сохранившейся в материальных свидетельствах, порой обыденных, простых, но способных рассказать нечто важное не только о жизни конкретной семьи, но и о самой эпохе. Экспонаты из личного архива, собранные матерью композитора Софьей Васильевной, объединены с материалами из театральных фондов, позволяющими зафиксировать взгляд на «театральном Шостаковиче».
Своего рода точками отсчета становятся и адреса. Подольская улица, дом 2, квартира 16, — здесь Митя появился на свет. 1‑я Красноармейская улица, дом 1, — в домовой церкви Николая Чудотворца прошел обряд крещения и имянаречения младенца. Николаевская (ныне Марата) улица, дом 9, — главный петербургский адрес семьи Шостаковичей.
Выписка из метрической книги, ранняя фотография в окружении сестер Марии и Зои, письмо к Зое, где в уголке Митя нарисовал свой автопортрет и подписался художником Свинкиным, несколько листков с детскими стихотворениями… От семейных реликвий веет теплом. Старшая сестра Мария (дома ее называли Марусей) была пианисткой, училась в Петербургской консерватории у Александры Розановой, младшая Зоя — во взрослой жизни она станет ветеринаром — в детские годы увлекалась танцами. И вполне возможно, что именно она вдохновила Бориса Кустодиева, запечатлевшего балерину на страницах альбома. Художника и будущего композитора связывали дружеские отношения, начавшиеся благодаря дочери Кустодиева, учившейся вместе с мальчиком. Ирина пригласила Митю в квартиру на Петроградской стороне и попросила что‑нибудь сыграть для отца, очень любившего музыку: Кустодиев был тяжело болен и не мог передвигаться. В одной из выставочных витрин — прелюд Шостаковича, написанный в 1919 году и посвященный художнику. Есть в экспозиции и рисунок Кустодиева, изображающий юного Митю, сделанный в альбоме с автографами писателей и композиторов.
Чудом сохранившиеся фрагменты оперы «Цыгане» — рукопись 1921 года — сделаны в период обучения у Максимилиана Штейнберга, ученика Римского-Корсакова, передававшего своим воспитанникам не только основы мастерства, но и саму атмосферу, впитанную в классе Николая Андреевича. Так из испещренных нотами, буквами и рисунками страниц, фотографий и немудрящих предметов создается летопись жизни — и видимой, и внутренней. Афиши, макеты декораций, эскизы и костюмы к театральным постановкам, находящиеся в продолжении экспозиции, — осязаемые свидетели творческих экспериментов, представленных на суд публики и критики.
Год 1926-й ознаменовался работой над оперой «Нос». Причудливый гоголевский сюжет захватил молодого композитора. Макет декорации (1929 г.), выполненный Владимиром Дмитриевым, для постановки ученика Мейерхольда Николая Смолича в Малом оперном театре показывает Петербург городом странным и необычным. После одной из премьер оперы все участники пришли в квартиру к Шостаковичу: исполнитель партии майора Ковалева Александр Модестов был без галстука, и Дмитрий Дмитриевич отдал ему один из двух своих. Этот галстук представлен на стенде, повествующем о работе над спектаклем.
Рукопись песни о Розите отсылает к постановке героико-романтической пьесы Александра Афиногенова «Салют, Испания!», показанной 23 ноября 1936 года в Ленинградском театре драмы (ныне — Александринский театр) Сергеем Радловым и Николаем Петровым, за художественное оформление отвечал Николай Акимов. Сама же песня была подарена Шостаковичем, сочинившим музыку к спектаклю, на день рождения сестре Зое. Забавная история связана, по информации куратора выставки музыковеда Лидии Адэр, с музыкой к эстрадно-цирковому представлению «Условно убитый» с участием Леонида Утесова, Клавдии Шульженко и Исаака Дунаевского за дирижерским пультом. Шостакович проиграл в карты директору цирка и предложил вместо денег, которых у него не было, написать музыкальные номера. В итоге из‑под пера композитора вышло сорок номеров, и афиша представления соседствует с фотографиями участников и самого Шостаковича.
Балет «Болт», сделанный с хореографом Федором Лопуховым, был показан всего один раз, но время сохранило чудесные эскизы декораций, выполненные Татьяной Бруни. Жизнь балетов «Золотой век» и «Светлый ручей» оказалась более счастливой, и выставочные стенды позволяют увидеть эпизоды их постановок. Все это, а также многое другое, например тетради, где Шостакович, с конца 1920‑х годов завсегдатай футбольных матчей, скрупулезно вел таблицы об участниках, времени и местах проведения состязаний, можно увидеть в экспозиции.
Читайте также:
В Петербургском союзе художников открылась выставка «Осень-2026»
В Петербурге откроется выставка к 80-летию Патриарха Кирилла
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 216 (8281) от 19.11.2026 под заголовком «В гостях у Мити Чтожтаковича».




