В Галерее графики Эрмитажа открылась выставка «Французская манера. Гравюры и рисунки XV — начала XVII века»

ФОТО Полины АКИМОВОЙ
«Какое чудо природы человек! Как благородно рассуждает! С какими безграничными способностями! Как точен и поразителен по складу и движеньям!» Так говорил Гамлет, персонаж самой известной из пьес Уильяма Шекспира. Так мыслили и чувствовали люди эпохи Возрождения, которая в разных частях света отражалась по‑разному, с поправкой на местные реалии.
Выставка, которая работает в Эрмитаже, об эпохе, когда искусство поздней готики встретилось с маньеризмом и породило новую «французскую манеру». Экспозиция разделена на пять частей (глав): карандашные портреты, школа Фонтенбло, Парижская школа, книжная иллюстрация, рисунки и гравюры Жака Шарля де Белланжа. Всего около 160 рукотворных и печатных листов, не складывающихся в единую картинку, пересыпающихся, пересобирающихся на глазах у зрителя, как стеклышки калейдоскопа. Стержень, на который все это нанизано, — тот самый новый взгляд на место человека в этом мире. На его функцию связующего звена между небом и землей, богами и прозой жизни, на его способность к творчеству, приравнивающую его к богам.

Самые показательные в этом смысле — первый и последний разделы. Парадные (не по форме, но по сути) портреты монархов и прочих высоких лиц, выполненные карандашом, и дерзкие, воздушные, порой эротичные фантазии загадочного «художника-маргинала» (именно так называет Белланжа Василий Успенский, один из кураторов).
Открывает выставку один из шедевров эрмитажной коллекции — рисунок «Мужчина в шляпе» руки Жана Фуке, датированный 1460‑ми годами. Один из трех сохранившихся до нашего времени рисунков этого мастера. Художник, кажется, и не льстит модели, рассматривает ее (его) во всех подробностях и восхищается — неправильной формой носа, встрепанными бровями, узким очерком губ и… умным, тайно улыбчивым взглядом. Главное в этом портрете не внешность, а та божественная суть, которая заложена в человеке. Если верить теоретикам Возрождения.
Точно так же и другие рисунки, представленные в этом разделе (портрет короля Франциска I карандаша Жана Клуэ, портрет Карла IX работы Франсуа Клуэ и не только), дарят нам не приукрашенные образы королей, а их далеко не идеальные лица. Красивые потому, что они подсвечены талантом художника и той божественной искрой, что априори кроется в каждом из сынов человеческих.
Следующий раздел выставки — история о том, как Франциск I, «неутомимый и волевой» король, «одержимый Италией», решил перестроить замок в Фонтенбло и пригласил туда лучших итальянских мастеров. Тут можно увидеть работы Россо Фьорентино (Рыжего Флорентийца), Франческо Приматиччо, Никколо дель Аббате и других художников. И во всей полноте оценить куртуазный, прихотливый стиль, родившийся во Франции в это время — на грани поздней готики и маньеризма.
Далее — Парижская школа и рассказ о том, как французские мастера после смерти Франциска I сумели адаптировать иноземные веяния к отечественным запросам, усвоить и укоренить на родной земле страсть к необычному, эксцентричному, остроумному в искусстве. Тут эскизы шпалер, мебели, фарфора и прочих бытовых предметов, роскошных мелочей, сформировавших вкус эпохи.
Четвертый раздел посвящен искусству книжной иллюстрации. Впервые широкая публика может увидеть и рассмотреть работы Бернара Соломона к «Метаморфозам» Овидия, гравюры Леонара Готье из серии «108 иллюстраций к Ветхому и Новому Заветам». Тут больше консерватизма, меньше экспериментов.
И, наконец, последний зал. Он посвящен рисункам и гравюрам Жака Шарля де Белланжа, чьи работы на библейские сюжеты соединили в себе религию, легкую эротику и безудержную фантазию. «Белланж — загадочный художник… Белланжем иногда завершают рассказ об искусстве XVI века, иногда начинают с него повествование о XVII столетии. Он не вписывается в стройную линию поступательного развития искусства, представляя собой исключение, аномалию, ошибку», — пишет Василий Успенский в каталоге.
В переводе фамилия «Белланж» означает «прекрасный ангел». И по сути своей все творчество этого мастера (все его немногочисленные рисунки и гравюры, дошедшие до нас) — история о том прекрасном, дерзком, не укладывающемся в привычные рамки начале, которое движет каждым из художников. Каждым из демиургов, нарушающим правила, но следующим законам собственной картины мира. Человек — чудо природы. И дух его, и тело потенциально прекрасны. Ими позволительно любоваться, даже если у вдохновленной молитвой дамы внезапно и неприлично задралась юбка. Белланж запечатлел таких дам неоднократно. И все его работы — гимн прихотливой, сложносочиненной гармонии человеческого тела и мира вокруг.
Какова мораль? Выставка, как и почти всегда, когда речь идет о графике, получилась сложной, требующей вдумчивого созерцания и осмысления. И одновременно — вдохновенной, духоподъемной. Человек — чудо природы. Он создан по образу и подобию божию. И, значит, способен быть счастливым, милосердным, талантливым. Иногда даже гениальным.
Возрастное ограничение 16+
Читайте также:
Издательство «Редкая книга из Санкт-Петербурга» выпустило в свет книгу «Эрмитаж земной и небесный»
В Эрмитаже прошла научная конференция «Ювелирное искусство и материальная культура»
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 55 (7877) от 28.03.2025 под заголовком «Чудо природы человек».
Комментарии