Главная городская газета

Теперь я прадед!

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Культура

Главные лица моды Петербурга представят «Ассоциации» в Царском Селе

Ежегодный проект проводит своей десятый сезон в пригороде Петербурга. Кто станет его участником? Читать полностью

Запах «Счастья» в Летнем саду

Как связаны «Пирамида», «Коронный», «Прекрасное ожерелье» и картины из овощей - в нашем специальном материале. Читать полностью

Выставка буддийского искусства открылась в Петербурге

Вниманию посетителей готовы представить порядка ста уникальных произведений IX - XVIII веков. Читать полностью

Фестиваль «Михайловское» прошел в Пушкинских Горах

Студенты Пушкинского театрального центра представили пушкиноогорцам свои премьерные спектакли. Читать полностью

«Петербург» в Театре на Васильевском

С драматургом Юлией Тупикиной - автором популярной пьесы - встретился автор «СПб ведомостей». Читать полностью

Первая балетная школа России отпраздновала юбилей

В течение трех дней на сцене Мариинского театра сдавали экзамен выпускники Академии русского балета имени А. Я. Вагановой.
Читать полностью
Теперь я прадед! | ФОТО предоставлено пресс-службой театра

ФОТО предоставлено пресс-службой театра

Сын слесаря и домохозяйки, двоечник и хулиган, он в 7-м классе школы пошел в драмкружок и увлекся.

Тогда и понял, что его будущая профессия непременно будет связана с театром. К счастью, не ошибся. На его счету почти полвека служения театру, около 50 ролей в кино. 18 декабря народный артист России Роман ГРОМАДСКИЙ, один из ведущих артистов театра-фестиваля «Балтийский дом», отмечает 75-летие. Накануне юбилея с ним встретилась журналист Ирина КОРОЛЕВА.

– Роман Борисович, вы – ленинградец по рождению, и вся ваша жизнь связана с этим городом. Хотелось ли когда-нибудь отсюда уехать?

– Нет, никогда. Я родился здесь за полгода до начала Великой Отечественной войны, и все могилы родных и близких здесь. Кроме того, здесь я учился в Театральном институте на Моховой улице у очень хороших педагогов. Полвека уже работаю профессионально. Куда же мне переезжать? В Москву меня приглашал Михаил Ульянов, когда мы с ним снимались в киноэпопее «Блокада». Но я посоветовался с супругой, и мы решили, что делать это не нужно. Не зря же говорится: от добра добра не ищут. Мне московские шум и гам не по душе. Я гораздо проще. А когда из Москвы приезжает антреприза и цена билета доходит до 20 тысяч рублей?.. Для петербургской интеллигенции и театральной публики это запредельная сумма.


– Наверное, среди фильмов, оставивших большой след в вашей памяти, в первую очередь съемки в «Блокаде»?

– Мама очень много и с огромной болью рассказывала о том времени. Наша семья жила в Ленинграде во время блокады. Потом, зимой 1943/44 годов, папа, который воевал на Невском пятачке и умудрялся даже отправлять семье кое-какие продукты, вывез нас по Дороге жизни в Казань. А бабушка от голода умерла.

Мне приятно, что в этой картине я сыграл роль Алексея Кузнецова – секретаря Ленинградского обкома партии. Ленинградцы его – первого помощника Жданова – любили, а Жданова – нет. В 1947 году Кузнецова расстреляли... Я был знаком с его сыном, он приходил в наш театр, благодарил за то, как я сыграл его отца. Все было вполне достойно.


– Своим золотым веком вы считаете 13 лет работы в Ленинградском театре имени Ленинского комсомола (ныне «Балтийский дом») с замечательным театральным режиссером Геннадием Опорковым...

– Да, это было прекрасное время... Жаль, что он так рано ушел из жизни. Я был занят во всех его спектаклях, правда, сначала на второстепенных ролях. А после того как сыграл главную роль в спектакле «Звезды для лейтенанта», Геннадий Михайлович Опорков стал давать мне главные роли.


– Более 40 лет вы выходите на сцену театра «Балтийский дом» и признались как-то, что без сцены существовать не можете. А вот нынешними зрителями вы довольны?

– Сегодняшние зрители ко мне более благосклонны, чем в прошлые времена. Тогда же я играл в основном упертых коммунистов и руководителей. Мне кажется, теперь зрители любят меня больше, потому что роли стали гораздо глубже, интереснее. За последнее время одна из самых ярких и дорогих для меня работ – в спектакле «Два старомодных коктейля для двух старомодных чудаков». В этом спектакле о трогательной любви двух немолодых людей мы играем с Ириной Соколовой, и я счастлив, что эта прекрасная актриса – моя партнерша. Очень с Ирочкой любим этот спектакль, и зрители хорошо его принимают. Кстати, 24 декабря у нее тоже юбилей – и тоже 75 лет. Даже была задумка отметить его в театре вместе – «150 лет на двоих»...


– Уже 20 лет вы преподаете, являетесь профессором кафедры актерского мастерства Гуманитарного университета профсоюзов. Чему учите студентов?

– Со студентами у меня прекрасные отношения. Эта работа доставляет мне огромное удовольствие. Мои выпускники успешно работают и в нашем театре. А учу я студентов актерскому искусству – тому, что самое главное – любить свою профессию, понимать, что это твое главное дело.


– Не жалеете, что актерское дело в вашей семье больше никто не выбрал?

– Семья у меня замечательная, дружная. Жена Ирина по профессии экономист. Сын был военным, но оставил это поприще, теперь трудится в сфере обслуживания. Внучка закончила «Кулек» (Санкт-Петербургский университет культуры. – И. К.), ее дело – туризм и прочее. Внук поступил в мединститут, понял, что это не его, и ушел. В настоящее время единственное, что он любит, – кулинария, кухня, любимое его занятие – готовить пиццу, разные салаты... Моя профессия тяжелая, зависимая, и меня не огорчает, что ее не выбрали мои родные.


– Я читала, что вы коллекционируете кружки.

– Их уже около 700. Причем каждая из них носит свое имя (географическое): Париж, Вашингтон, Нью-Йорк... Где бы я ни был, отовсюду привожу пивные кружки – бокалы. Прилетел в Воркуту – и оттуда везу кружку. Все они, конечно, разные, есть и редкие экземпляры. К примеру, имеются кружечки XVIII века. Есть маленькая кружка (размером с мизинец), немецкая, очень старая, шрифт на ней такой мелкий, что многие немцы прочитать не смогли. И только один немец, который хорошо знал все немецкие наречия, сумел прочесть, что в этой маленькой кружке «сидит огромный джинн». Значит, она исполняет желания. А поскольку мы ее нередко мыли, осталась только небольшая гравировка, остальные смылись.

Среди кружек много подаренных. Например, есть в коллекции одна незамысловатая кружка. Ее мне подарил капитан корабля, на котором Брежнев плыл на совещание в Хельсинки. Она стояла в каюте генсека, и именно в этой кружке в воде он хранил свои вставные челюсти – на ночь снимал и опускал туда.

А родной театр подарил мне 5-литровую металлическую кружку, честно говоря, это реквизит из спектакля, но тоже приятно... В общем, у каждой моей кружки есть своя история и своя память.

Кухня от потолка до пола ими уставлена, сам я полочки строгал и красил. И когда вся эта красота – керамика и стекло – блестит (деревянные кружки я собирать перестал, ведь они так здорово не смотрятся), смотреть очень приятно. Сейчас-то уже ставить некуда: все подоконники заставлены, стены обвешаны... Жуть! Хорошее занятие, но уже прежнего большого азарта нет.


– Как вы относитесь к своему юбилею?

– С одной стороны, рад, что до сих пор работаю – играю, репетирую. А с другой – недоволен, что театр не нашел средства к моему юбилею поставить спектакль. Это, конечно, обидно...

Хотелось бы еще лет пять поработать. Мечтаю об интересной роли. Все остальное у меня есть: прекрасная семья, дача, машина... Почти 75 лет – а я ведь еще живу, и не в тягость родным, и достаточно обеспечен. О чем еще мечтать? Меня все устраивает.

Кстати, можно считать подарком к юбилею рождение моей правнучки пять месяцев назад. Теперь я прадед!


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook