Сибирская хроника

Алексей Иванов всегда был неравнодушен к истории нестоличной России. Однако последние его сочинения - роман «Ненастье» об эхе лихих девяностых, документальный сборник «Ёбург» о недавнем прошлом Свердловска - Екатеринбурга - посвящены событиям, случившимся на памяти нынешнего поколения. Настало время для нового большого романа с глубоким погружением в историю - такого, как безразмерный двухтомный «Тобол».

Сибирская хроника | Иллюстрация Shai Halud/shutterstock.com

Иллюстрация Shai Halud/shutterstock.com

Уральский левша Алексей Иванов один из самых заметных русских прозаиков последних двух десятилетий. С 2003 года каждый новый его текст (роман, сценарий, развернутый краеведческий очерк - не важно) немедленно попадает в фокус читательского внимания и становится предметом бурных обсуждений. Но, несмотря на благожелательность критики, восторги широкой публики и успех фильма, снятого по книге «Географ глобус пропил», визитной карточкой Иванова по-прежнему остается «Сердце Пармы», первая его книга, пробившаяся в список бестселлеров. Страстная повесть о покорении Северного Урала, русских воеводах и татарских князьях, набегах и осадах, усмирении немирных вогулов, жарких сечах и тайных лесных капищах.

Новый роман писателя слеплен из того же теста. В «Тоболе» нам снова открывается дальняя окраина Московского царства - только местом действия становится на сей раз не Урал, а Сибирь времен царствования Петра Алексеевича Романова, государя-императора Петра I. Параллели между двумя романами, разумеется, неизбежны, и если о Перми Великой написано сравнительно немного, то освоению Сибири посвящены десятки романов - не говоря уж о штабелях монографий и научно-популярных книг. Это мейнстрим нашей исторической прозы: тут гораздо сложнее прослыть первооткрывателем, удивить читателя новизной и экзотичностью фактуры.

Сибирь с ее просторами и несметными пушными богатствами всегда манила русских землепроходцев. С XVI века лихие и отчаянные люди торили пути на северо-восток Евразии - страшно представить, сколько их полегло среди снегов и дремучих елей, по берегам рек и под стенами острогов, и только самым удачливым посчастливилось оставить свое имя на карте.

Впрочем, «Тобол» рассказывает не о Сибири Ермака и хана Кучума, Ивана Москвитина и Семена Дежнева, Владимира Атласова и Ерофея Хабарова. Времена, когда казаки, купцы и прочие русские авантюристы сплавлялись по девственным рекам и закладывали в тайге первые города, остались в прошлом, сравнительно недавнем, но уже легендарном.

В новом романе Иванова действуют персонажи иного склада. Ушлый и изворотливый губернатор князь Гагарин, постепенно прогибающий под себя всю Сибирь. Владыка Филофей, креститель остяков и вогулов, сумевший остаться человеком там, где другой давно обратился бы в зверя. Ссыльный раскольник Авдоний, харизматичный проповедник, битый, ломаный, но на царской дыбе только укрепившийся в древнеотеческой вере. Зодчий-самородок Ремизов, глава большой семьи, заядлый спорщик и неисправимый мечтатель, до глубокой старости сохранивший детскую тягу к знанию. И десятки других: русские, шведы, китайцы, бухарцы, солдаты, воеводы, служилые, проданные за долги в холопство... Они уже не берут Сибирь с боем, а просто живут на этой земле - и не видят для себя другой судьбы.

Собственно, в этом и заключается главное различие между двумя большими историческими романами разных десятилетий. В многофигурном и многослойном «Тоболе» Иванов показывает, что происходит, когда на место завоевателей и первопроходцев приходят люди, которые просто обживают новые земли, а если чему и противостоят, то лишь неумолимому ходу времени. Героический эпос сменяется хроникой, пафос преодоления - размеренным обустройством быта.

«Сердце Пармы» подхватывает, несет, кружит читателя, как беспокойная река Чусовая с ее отмелями, стремнинами и скалами-бойцами. «Тобол» катит свои волны величественно и неторопливо. Роман изобилует отступлениями, развернутыми экскурсами в историю Сибири, подробными описаниями городов и селений - кажется, будь у него такая возможность, автор снабдил бы книгу бессчетными архитектурными планами и многостраничными строительными сметами. Здание романа сбито по-сибирски крепко, обстоятельно, с многократным запасом прочности.

Оборотная сторона медали - неторопливость, вязкость повествования. На страницах книги происходит масса событий, больших и малых, важных и почти незаметных, но все они умещаются в две пятилетки с момента назначения Матвея Петровича Гагарина губернатором Сибири. Не исключено, что в следующем томе все перевернется с ног на голову и темп действия резко ускорится...

Но не будем гадать. «Много званых» - только половина романа. Вторая часть дилогии, «Мало избранных», должна выйти весной - летом 2017 года. Что ж, подождем: по сравнению с 14 годами, прошедшими с момента выхода «Сердца Пармы», эти пять-шесть месяцев промелькнут незаметно.

Алексей Иванов. Тобол. Много званых: Роман. - М.: АСТ, 2017.




Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 018 (5880) от 01.02.2017.


Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Эротика в обмен на продукты. Как художник Сомов выживал в Петрограде
21 Августа 2019

Эротика в обмен на продукты. Как художник Сомов выживал в Петрограде

Русский музей развернул в Михайловском замке выставку к 150-летию Константина Сомова.

Иронический оптимизм от Тарантино. О чем рассказывает фильм «Однажды в... Голливуде»
16 Августа 2019

Иронический оптимизм от Тарантино. О чем рассказывает фильм «Однажды в... Голливуде»

В своей картине режиссер противопоставляет жизненную правду - и ее вечную, несокрушимую экранную имитацию.

Перчик под дождем. Как прошел фестиваль «Оперетта-парк» в Гатчине
06 Августа 2019

Перчик под дождем. Как прошел фестиваль «Оперетта-парк» в Гатчине

Оперетта хороша в любое время года, но летом - особенно.

Михаил Пиотровский. Не отрекаясь и не проклиная
31 Июля 2019

Михаил Пиотровский. Не отрекаясь и не проклиная

Настал важный момент для культуры нашей страны: идет война за то, как она будет развиваться дальше.

Люди земли и неба. Какими были Семен Аранович и Илья Авербах
29 Июля 2019

Люди земли и неба. Какими были Семен Аранович и Илья Авербах

Вспоминаем двух советских режиссеров.

Маринист на рейде. 35 картин и рисунков Айвазовского представили на выставке в Кронштадте
03 Июля 2019

Маринист на рейде. 35 картин и рисунков Айвазовского представили на выставке в Кронштадте

Участие коллекционеров позволило наглядно показать контрасты художника, которого одинаково занимали темы бури и покоя.

Граф поклонялся искусству. В Эрмитаже представили коллекцию Строганова
27 Июня 2019

Граф поклонялся искусству. В Эрмитаже представили коллекцию Строганова

Живопись, акварели, скульптура, фарфор, мебель, редкие книги — все это показывает хороший вкус коллекционера.

Анна Нетребко впервые исполнила в России партию Аиды в опере Верди
13 Июня 2019

Анна Нетребко впервые исполнила в России партию Аиды в опере Верди

Это случилось на исторической сцене Мариинского театра на фестивале «Звезды белых ночей».

В особняке Карла Шредера открыли доступ в кабинет хозяина
11 Июня 2019

В особняке Карла Шредера открыли доступ в кабинет хозяина

Туда можно попасть с экскурсией просветительской программы «Открытый город».

Открыли архивы: неожиданные повороты в судьбах известных зданий Петербурга
10 Июня 2019

Открыли архивы: неожиданные повороты в судьбах известных зданий Петербурга

О том, как решения властей отражались в судьбе самых известных объектов города, можно узнать на выставке.

«Теперь у нас подлецов не бывает». Размышления о спектакле «Мертвые души» в Театре имени Ленсовета
08 Июня 2019

«Теперь у нас подлецов не бывает». Размышления о спектакле «Мертвые души» в Театре имени Ленсовета

Спектакль молодого режиссера Романа Кочержевского – это тоска по живой душе в круговороте душ мертвых.

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции
05 Июня 2019

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции

Почему присутствие Эрмитажа на Венецианской биеннале вызвало у многих раздражение?