Переплыть океан оперы

Минувшим летом всемирно известный тенор Владимир ГАЛУЗИН вернулся на сцену Мариинского театра в своей коронной партии Алексея в «Игроке» Прокофьева, а совсем недавно спел там принца Калафа в «Турандот» Пуччини с Марией Гулегиной в титульной партии.

26 ноября певец даст концерт в Большом зале Филармонии вместе с супругой сопрано Натальей Тимченко. А 27 ноября вручит приз «Легенда» тенору Владимиру Атлантову на церемонии вручения оперной премии «Онегин». Уникальный исполнитель партии Германа в «Пиковой даме» рассказал музыковеду Владимиру ДУДИНУ, как держать под контролем безумие своего персонажа, почему он боится концертмейстеров и что еще мечтает спеть.

Переплыть океан оперы | ФОТО предоставлено пресс-службой национальной оперной премии «Онегин»

ФОТО предоставлено пресс-службой национальной оперной премии «Онегин»

- Вас давно не было слышно в Мариинском театре. Уходили в «творческий отпуск»?

- Мне была нужна пауза. Я стал понимать, что участие в одних и тех же спектаклях превращает творчество в рутину. Возникла необходимость обновить репертуар. Таким образом, и театр от меня отдохнул, и я от него. Минувшим летом неожиданно возникло мое участие в «Игроке» Прокофьева, причем в день моего юбилея. Я почувствовал ностальгию по театру. Работая в американских и европейских театрах, начинаешь выше ценить и понимать класс нашего оркестра, хора, солистов. Никакие коллективы в Париже и Лондоне не могут похвастать таким составом участников, какие есть в Мариинском театре. Об этом я говорю не ради красного словца, но из своего опыта. Здесь есть Академия молодых певцов, которая позволяет работать этой гигантской машине, где и маленькие винтики, и винтики побольше знают свое место. А маленькие винтики в свое время становятся большими.

- Иногда, правда, кажется, что нагрузки на эти винтики стали очень высокими, изнашиваемость механизмов повысилась.

- Зато тем, кто прошел школу Мариинского театра, на Западе легко работается, они там уже, можно сказать, отдыхают. Когда я только пришел работать в Мариинский театр, мне сразу дали учить партию Владимира Игоревича из «Князя Игоря» Бородина, Алексея в «Игроке» Прокофьева, учил я и Пьера Безухова в «Войне и мире» Прокофьева, которого не спел, потому что его «перекрыло» предложение спеть «Отелло» Верди. Сначала меня попросили петь Кассио, но Валерий Абисалович быстро решил, что меня надо поставить на Отелло. Вот и представьте себе, какие контрасты. В этом театре не просто кидают в бассейн, из которого как-то надо выплыть: тебя кидают в океан! И до берега не близко - его просто не видно.

- Вы сумели выплыть.

- Да вот живой пока. Но тогда у меня была паника, я закурил впервые в 33 года, когда посмотрел клавир «Отелло». Но Валерий Абисалович сказал: «надо», я ответил «есть». Правда, тогда казалось, что «есть» - не про нашу честь. Но как-то все сложилось. После «Отелло» меня по всему миру начали приглашать на эту партию. Хотя я и был больше похож на Кассио, чем на Отелло.

- В Мариинский театр вы пришли актерски подготовленным?

- Я получил актерскую базу в Театре оперетты в Новосибирске, где проработал восемь лет. Первые два-три года постигал азы, а в последние осваивал уже искусство импровизации. Музыкантская составляющая моего таланта резко выросла в Мариинском театре. Был очень сильный состав концертмейстеров, которые заставляли работать на износ с утра до ночи. Но я ни в коем случае не сетую. Напротив, у меня было огромное преимущество перед западными коллегами, которые боятся резких перепадов. А мы к этому привычные. Да и о чем говорить, когда есть работа, к тому же любимая, да в итоге еще и оплачиваемая. Хотя так было далеко не всегда, и уж точно не так, как сейчас. Были желание и страсть работать, но не зарабатывать сиюминутно деньги. Потому что когда в глазах появляются нули, они и в нотах постепенно возникают вместо палочек.

- Правда ли, что вы начинали как баритон?

- Это случилось еще в консерватории, поэтому мировая общественность не успела заметить. У меня в принципе голос, который не укладывается в рамки. Скажу сейчас крамолу: я считаю, что итальянская классификация голосов неправильная, ошибочная. Сначала были тенора, баритоны, басы. Потом решили, что тенора могут быть лирическими, спинтовыми, драматическими, героическими. Все это страшная глупость. Вот есть скрипка, альт, виолончель и контрабас. Так и тенора надо называть одним именем. Композитор знает диапазон, к примеру, альта, удобную ему тесситуру и пишет так, чтобы красиво звучало. Так и голос - это всего лишь две хрупкие связочки. И не надо ставить его в экстремальные условия.

- Кто же заметил в вас тенора?

- Я сам и заметил. Я к опере никакого отношения не имел, когда начинал. Служил в Сибирском военном округе в ансамбле вместе с Сергеем Алексашкиным, которого вы сегодня знаете как баса, солиста Мариинского театра. Он - поклонник Шаляпина, у него был сборник шаляпинский, который я выучил. Сергей объяснял мне, как надо петь. В Новосибирскую консерваторию я поступил как баритон на подготовительный курс, когда мне оставалось еще три месяца службы. Но мне всегда очень нравились теноровые арии. По ночам, подрабатывая сторожем, я пел, начиная с басовых арий и доходя до теноровых. Я даже уходил из консерватории, но настоял на том, что я - тенор. Меня учил педагог-тенор с очень специфическим «большим» голосом, которым он показывал, как надо петь. Как только я начинал петь у него в классе, у меня появлялся хрип. Бывает такая несовместимость. И к фониатрам он меня таскал в поисках дефекта. По окончании консерватории я работал в Театре оперетты себе на здоровье и постепенно забыл ужасы консерватории, выйдя в нуль из минусовой степени. И потом начал самостоятельно выходить в плюс - выстраивать голос. После этого я очень боялся педагогов. Поэтому, когда концертмейстеры мне что-то говорят, советуют, я начинаю думать, что передо мной педагоги по вокалу, и у меня начинается чесотка.

- То есть во многом вы - сам себе педагог?

- Не во многом, а во всем. Мне помогали записи. Это и Корелли, и дель Монако, но в меньшей степени, и Джакомини, и многих теноров я анализировал. Но не только теноров - еще и скрипачей, чтобы на примере инструментального вибрато постичь природу вокала. У Когана было одно, у Ойстраха - другое, у Хейфеца - третье. Самое быстрое было у Когана. Но это отдельный большой разговор. Наша профессия требует ежедневной работы над собой. Голос певца не скрипка, у которой фиксированная длина смычка и струн, разве что влажность может повлиять на изменения в настройке. А у певцов все связано с эластичностью мышц, с возрастными изменениями. А как мы зависим от погоды, особенно в Петербурге! То есть вокал - темный страшный лес.

- Вы могли бы поделиться с молодыми секретами своего мастерства, заняться педагогикой?

- Времени нет. Но с собой все равно секреты не унесу - расскажу когда-нибудь, как Графиня напоследок назвала три карты.

- Всегда хотелось спросить, как у вас получается не только эмоционально петь, но и играть Германа в «Пиковой даме» Чайковского так, что всякий раз думаешь, что все происходит на самом деле? Каждый раз вы поете его как в последний.

- Спасибо, что заметили. Я осознанно не делаю одинаково. Мне самому очень неприятно, если повторяюсь. В этом как раз и заключается момент импровизации, для меня визит Графини, эта музыка в казарме - самая страшная музыка, какую я в жизни слышал. У меня до сих пор мурашки по коже. Самоконтроль уходит лишь в кульминациях, на пике. Потому что есть такие моменты в спектакле, когда ты не должен быть рабом, иначе не заденешь публику. Когда герой сходит с ума... Я знаю, как поставить этот спектакль.

- А любимая постановка «Пиковой дамы» у вас есть?

- Спектакль Юрия Темирканова - классика. Но любимой у меня пока еще нет. Не потому, что мне хотелось бы поставить. Но мне хотелось бы ближе подойти к раскрытию сути... У Пушкина ведь столько всего спрятано в повести. Не случайно же Германн и граф Сен Жермен - фактически одно и то же имя... Вот такие бы тонкие вещи найти и связать друг с другом. Мистика должна присутствовать еще как!

- Есть партии неспетые, о которых мечтаете?

- Думаю, Маурицио в «Адриане Лекуврер» Чилеа, потому что очень красиво. «Андре Шенье» Джордано, наверное, потому что не пел еще. Самсона в «Самсоне и Далиле» Сен-Санса, может быть. Хотелось бы разочек попробовать и Вагнера.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 220 (5837) от 24.11.2016.


Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции
05 Июня 2019

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции

Почему присутствие Эрмитажа на Венецианской биеннале вызвало у многих раздражение?

Лариса Малеванная: «Купчинскую квартиру выстроили  в Румынии – это дешевле»
22 Января 2019

Лариса Малеванная: «Купчинскую квартиру выстроили в Румынии – это дешевле»

Народная артистка России празднует сегодня юбилей – 80 лет. Наш автор пообщался с актрисой.

Делатель судеб. К 100-летию Игоря Владимирова
10 Января 2019

Делатель судеб. К 100-летию Игоря Владимирова

Его учеников-актеров было так много, что из них в Ленинграде с нуля был создан новый театр – Молодежный, который жив и сегодня.

Михаил Пиотровский. Что мы приносим в Петербург
19 Декабря 2018

Михаил Пиотровский. Что мы приносим в Петербург

Глава Эрмитажа – о прошедшем Дне музея и о том, что можно делать на Дворцовой площади.

«Иллюстратор» на фоне истории
13 Декабря 2018

«Иллюстратор» на фоне истории

Книга известного петербургского кинематографиста Дмитрия Долинина построена на воспоминаниях художника-иллюстратора Петра Воскресенского. Разберем ее составляющие.

Хирург запустил «Русский реактор» в Петербурге
08 Октября 2018

Хирург запустил «Русский реактор» в Петербурге

Фильм, снятый лидером Всероссийского мотоклуба «Ночные волки», представили в День рождения президента России.

Почему Анну Старобинец признали лучшим фантастом Европы
01 Августа 2018

Почему Анну Старобинец признали лучшим фантастом Европы

Как случается с любой более-менее резонансной литературной наградой, от Нобелевской премии до «Большой книги», одни коллеги поздравляли московскую писательницу с победой, другие шумно негодовали.

Михаил Пиотровский: «Есть великие примеры»
02 Июня 2018

Михаил Пиотровский: «Есть великие примеры»

Директор Эрмитажа - об автономности культуры, уголовных делах, связанных с хищениями в музее и о прошедшем Юридическом форуме.

Александр Петров, родившийся заново
01 Февраля 2018

Александр Петров, родившийся заново

Саша Петров поставил исповедальное поэтически-музыкальное шоу «#Зановородиться» по собственным стихам и издал книгу, которая вышла в январе.

Топ-100 от РОСФОТО
17 Июля 2017

Топ-100 от РОСФОТО

Свое 15-летие музейно-выставочный центр РОСФОТО отмечает выставкой ста лучших фотографий из собственной коллекции.

Сказать всё, никого не обидев
12 Июля 2017

Сказать всё, никого не обидев

Музей работает для всех, но ему важна понимающая аудитория. Есть люди, которые все понимают, ориентироваться надо на них. Сегодня это важно.

Юность покоряет олимп в Петербурге
20 Июня 2017

Юность покоряет олимп в Петербурге

На XXII международном фестивале «Музыкальный олимп» выступили лауреаты самых престижных конкурсов последних лет из семнадцати стран, среди которых значились не только США и Германия, но также Египет, ...