Не называя фамилий

С тех пор как он придумал едкое слово «журналюга», многие из пишущей братии стали относиться к нему с опаской. Говорят также, что и слово «совок», столь полюбившееся многим, — также его изобретение. Однако он не писатель, и настоящее дело его рук — это прежде всего рок, которым он занимается бог весть сколько нет причем на высочайшем — попробуйте со мной поспорить! — уровне. Когда объявляют его имя, зал привычно взрывается радостным шумом и аплодисментами. Итак, один из признанных патриархов нашего рок-движения, композитор, певец Александр ГРАДСКИЙ отвечает на вопросы нашего корреспондента.

Не называя фамилий |

— Как вам кажется, сейчас талантливому человеку легче пробиться, чем раньше?

— Намного легче. Он пробьется очень быстро. Но вот что-то талантливых людей не видно.

— Вы имеете в виду рок-культуру?

— И не только ее. Знаете, так всегда было в России. Конец века, как правило, был временем людей неинтересных, малоталантливых, в основном доживали свой творческий век те, кто стал известным в середине столетия. А начало следующего века — бурный всплеск, расцвет…

— Вас это засилье посредственности раздражает?

— Меня гораздо больше раздражают низкие запросы аудитории, и та легкость, с которой она все это принимает. Если бы аудитория не принимала этого, то и потока халтуры не было. Когда есть заказчик — человек не очень образованный, не очень развитой, — тогда появляется такая культура. Поэтому нечего пенять за самих артистов, музыкантов, поэтов.

— Они поставляют то, что от них хотят.

— Практически да.

— Довольно спорная, по-моему, точка зрения. Истинно талантливый человек вряд ли в момент творчества уже думает о покупателе его продукции. А вам, кстати, приходилось когда-либо наступать на горло собственной песне ради чего-то — славы, денег?..

— Никогда. Я просто помню моменты, когда внезапно «перебегал» в другой жанр. Например, записывал песни Пахмутовой, Саульского, Тухманова, а при этом работал как артист рок-группы, сочинял как рок-композитор. И это многим не нравилось. Просто до такой степени было засилье эстрадной культуры в 70-е годы, до такой степени молодым людям было это противно, что, когда они увидели, как их любимый рокер Градский вдруг стал петь песни Пахмутовой, это было им абсолютно не в кайф. Я-то считал, что если ты умеешь высказываться в разной музыке, можешь привнести в нее свой темперамент, голос, талант, то это только хорошо. Лишь потом я понял, как много значила для этих людей тогда полная приверженность их культуре, их стилю, и что они восприняли это как отход.

— А на самом деле…

— Как ни странно, на самом деле в чем-то это был действительно отход от такого подъездного рока, от того, что я называю советской народной электрической музыкой. Вот я тогда ушел от этого, а все остальные в ней остались, поэтому мы сейчас имеем то, что имеем.

— Понял. Печально я гляжу на наше рок-поколение...

— Очень печально. Мы имеем тех, кто никому не нужен на Западе, чье творчество не является фактом искусства для людей культурных здесь, а является, скорее, фактом социальным. Потому что говорить серьезно об этих людях как о певцах, композиторах и даже как о поэтах просто невозможно.

— Осталось только назвать несколько фамилий.

— Я не стану называть фамилии. Не в том дело. Есть, конечно, среди них люди исключительно одаренные, чьи стихи, песни мы знаем и любим. Но это исключение из правила. А в принципе все это самодеятельность. Раньше, когда от меня просили этих слов, я их не говорил, понимая, что могу нанести урон самому этому делу как делу искреннему. А теперь я ничего не боюсь. Теперь эти люди «раскручены», знамениты... Нет, эта музыка не является фактом искусства. В конце концов, думаю, что-то изменится к лучшему, но пока...

— Вы стояли у истоков появления отечественной рок-музыки, и сейчас работаете как рок-музыкант. Понятно, что вероятность самоповтора с годами увеличивается. Вы боитесь его? Ведь это искушение…

— Как ни крути, как ни уходи от этого, все равно будешь повторяться. Но для профессионала есть один замечательный закон: надо к самому себе без пиетета относиться. Начинаешь слушать свои вещи — и смотри, где ты сам у себя украл. Вообще, у самого себя украсть не так позорно, но лучше бы этого не делать. Вот у меня есть две работы, которые я делал почти одновременно, — на стихи Рубцова и на стихи Элюара. Очень много взаимовлияний. Видимо, в этот период у меня не было свежих мыслей — и в аранжировке и в музыке. И спасло меня только то, что это совершенно разные по духу стихи. Я сразу для себя решил, что французские стихи — французская аранжировка, вальсы, стихи Рубцова — архаика, XVII — XVIII век, определенный лад и так далее. Конечно, опасность повтора существует, и приходится все время помнить о ней.

— Вам хочется кого-то учить?

— К сожалению, да. И это мешает заниматься искусством, отнимает много времени. Когда начинаешь кого-то учить, это затягивает. Когда не очень получается, думаешь: стоп, пора менять тактику. А тактика такая: живи сам по себе, производи то, что считаешь нужным производить, и если кто-то захочет на этом научиться — прекрасно! Пусть сам это и делает. Вот это правильная позиция. И я к ней в последнее время практически пришел. Но любому человеку очень приятно, когда тебе кто-то заглядывает в глаза и говорит: вот я вас слушал, я понял... Но если это становится задачей — все ломается. Да, «ты царь, живи один». Скорее, так...

— И, наверное, чем больше работаешь, тем труднее кого-то учить…

— Наверное. Я помню, что когда я начинал, то было огромное желание себя утвердить. Потом, когда это довольно быстро получилось, качался период «гениальности»: «А вот я вам всем сейчас покажу, как надо делать» А уже потом, когда начинаешь сомневаться, дело ты говоришь или нет, вот это период основной, который до конца жизни длится. И он сейчас у меня как раз настал, период сомнения. ...Хотя после всех сомнений потом приходят ответы. Понимаете, музыка — особое искусство, она в некотором смысле похожа на спорт.

— А вы с кем-нибудь соревнуетесь?

— Есть несколько спортивных соперников.

— А кто именно?

— Вам опять фамилии нужны?

— Объясните тогда, почему они соперники.

— Потому что добились и сделали такие произведения, которые по качеству исполнения я тоже хотел бы сделать. Например, если уж браться за крупную форму, то надо делать ее не хуже, чем Бизе…

— Наконец-то хоть одна фамилия прозвучала. А над чем вы сейчас работаете? В музыкальном мире ходят какие-то слухи об одном вашем грандиозном проекте…

— Я закончил в декабре 1991 года свою пластинку «Фрукты с кладбища», которая скоро выйдет. Некоторые вещи уже появлялись в телевизионных программах, но в примете эго абсолютно новая работа. Там есть песни американские, английские, свои... Это цифровой диск. Сейчас я хочу выпустить восемь или девять компактных пластинок со всеми своими записями, а за это время подготовить к выпуску оперу «Мастер и Маргарита», которую я делаю уже двенадцать лет.

— Но эта работа еще не закончена?

— Да она еще и не начата как следует! Это очень серьезная работа. Во всяком случае, на то, чтобы ее записывать, у меня есть согласие очень известных людей. Хворостовский, например, как ни странно. Уровень будет вот такой.

— А кроме названия, простите за бестактность, в этой опере будет хоть немного… Булгакова?

— Знаете, я очень люблю Булгакова, и роман этот — один из самых моих любимых. Конечно, опера — это нечто принципиально другое. Но я стараюсь быть скрупулезным. Я даже текст распеваю, не либретто, а реальный прозаический текст пою, чтобы не удаляться от Булгакова. Как все это получится — пока не знаю. Именно потому, что я не уверен, будет ли это хорошо, я и боюсь все это обнародовать.

— Но вполне возможно, к началу следующего века…

— Возможно, что и раньше. Кроме того, я еще занимаюсь сейчас строительством. Строю в Москве собственный театр. Это будет ангажементный театр, притом, по замыслу, самоокупаемый. Через два-три года, надеюсь, он начнет работать...

Александр Градский говорил, что наше время — нетворческое, время посредственности. А сам он — человек удивительно талантливый и профессиональный, и после стольких лет работы у него полно интереснейших планов...

Разумеется, Градский мне на это ничего не сказал. Поскольку это был никакой не вопрос, а мой собственный постскриптум к нашей беседе, произнесенный тогда, когда он уже ушел на сцену, и я слышал его потрясающий голос…

М. БОЛОТОВСКИЙ

Материал был опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 45 (722) от 10.03.1994 года.

Комментарии

Самое читаемое

#
#
Почему Анну Старобинец признали лучшим фантастом Европы
01 Августа 2018

Почему Анну Старобинец признали лучшим фантастом Европы

Как случается с любой более-менее резонансной литературной наградой, от Нобелевской премии до «Большой книги», одни коллеги поздравляли московскую писательницу с победой, другие шумно негодовали.

Михаил Пиотровский: «Есть великие примеры»
02 Июня 2018

Михаил Пиотровский: «Есть великие примеры»

Директор Эрмитажа - об автономности культуры, уголовных делах, связанных с хищениями в музее и о прошедшем Юридическом форуме.

Сказать всё, никого не обидев
12 Июля 2017

Сказать всё, никого не обидев

Музей работает для всех, но ему важна понимающая аудитория. Есть люди, которые все понимают, ориентироваться надо на них. Сегодня это важно.

Уроки танца не кончаются
13 Июня 2017

Уроки танца не кончаются

Состоялся 275-й выпуск Академии русского балета им. А. Я. Вагановой. По давней традиции, в июне выпускники демонстрируют свои таланты на сцене Мариинского театра в рамках фестиваля «Звезды белых ночей...

Гений места движет фестиваль
25 Мая 2017

Гений места движет фестиваль

XXV, международный фестиваль «Дворцы Санкт-Петербурга» откроется 31 мая в Эрмитажном театре концертным исполнением оперы «Сельская честь» Масканьи.

Великая Победа глазами потомков
19 Мая 2017

Великая Победа глазами потомков

В нарядном недавно отреставрированном Доме журналиста на Невском вчера было непривычно, по-школьному, шумно...

Вся ночь впереди
19 Мая 2017

Вся ночь впереди

Завтра в 10-й раз в Петербург придет «Ночь музеев» - одно из главных культурных событий года.

Гранатовый браслет из Гатчины
02 Мая 2017

Гранатовый браслет из Гатчины

В Гатчине подвели итоги XXIII кинофестиваля «Литература и кино».

Кармен-сюита
25 Апреля 2017

Кармен-сюита

Удивительное дело: ни в одной другой экранизации не было так очевидно, что эти двое совершенно не созданы друг для друга...

Уважение рождается в борьбе
09 Марта 2017

Уважение рождается в борьбе

Благодаря музею Исаакий стал гражданской святыней, обрел значение, которое выдвинуло его в первый ряд памятников Петербурга. Музеи всегда оказываются на передовой линии борьбы за цивилизацию. Они подч...

Михаил Пиотровский: Исаакий себя защитит
02 Февраля 2017

Михаил Пиотровский: Исаакий себя защитит

Я написал письмо Патриарху Кириллу. Пресс-секретарь Святейшего сообщил, что Патриарх готов встречаться и обсуждать эти вопросы.

Как сэкономить на культуре
15 Декабря 2015

Как сэкономить на культуре

Посещение музеев, особенно всей семьей, обычно влетает в копеечку и для многих становится роскошью. Сегодня мы расскажем о том, как можно сэкономить, напомним о бесплатных днях и льготах.