Эрмитаж завершил двухлетнюю реставрацию картины Пуссена «Пейзаж с Полифемом»
Эрмитаж представил на выставке одного шедевра отреставрированный «Пейзаж с Полифемом» кисти Никола Пуссена (0+).
ФОТО Алексея БРОННИКОВА/предоставлено пресс-службой Эрмитажа
Влюбленный в прекрасную Галатею циклоп уединился на высокой скале и тоскует, наигрывая на флейте. Музыку его зачарованно слушают люди, сатиры и нимфы. И, кажется, весь мир замер.
Те, кто помнит историю Полифема и Галатеи, знают, как хрупок этот покой. Возлюбленная предпочла циклопу другого, и в порыве ревности отвергнутый гигант убил соперника камнем. Пуссен запечатлел на полотне момент краткой гармонии, которую вот уже скоро разрушит дикая страсть.
Картина его многосмысленна. В ней есть и литературный сюжет, восходящий к «Метаморфозам» Овидия, и философская глубина. Это одновременно и гимн величию природы, и напоминание о бренности, краткосрочности всего земного. Поэтому полотно можно рассматривать очень долго, постепенно проникаясь его настроением, его «мелодией».
Известно, что картина была написана художником в 1649 году для постоянного заказчика, лионского банкира Жана Пуантеля. После смерти первого владельца несколько раз переходила из рук в руки, а в 1701 году при посредничестве Дени Дидро ее приобрела Екатерина II. Именно тогда, перед продажей, «Пейзаж с Полифемом» впервые был отреставрирован, точнее, почищен.
Согласно архивным данным, еще одна реставрация случилась в 1935 году, но дело ограничилось укреплением красочного слоя с грунтом и новым слоем лака. Да и последующие работы были направлены на максимально деликатное поддержание сохранности.
Удивительным образом за почти четыреста лет шедевр так и не был дублирован на новый холст. Как рассказывает художник-реставратор Алексей Никольский, картина выглядела «довольно благополучно», и хранители не видели необходимости в таком шаге. Несмотря на то что основа «Пейзажа с Полифемом» составлена из двух сшитых по вертикали частей.
При исследовании, с которого около двух лет назад начались работы, стало очевидно — прежде добротный, прочный холст обветшал, а между двумя его половинами образовалась щель, которая со временем могла расшириться. Это не было заметно публике, но требовало особенно бережного отношения и не позволяло «Пейзажу с Полифемом» участвовать в выставках.
Что сделали реставраторы? Сначала картину сняли с подрамника, укрепили красочный слой и грунт по всей поверхности, заклеили шов, удалили загрязнения. Только после этого ее дублировали на новый холст.
Второй этап посвятили работе с живописью и потемневшими слоями лака, из‑за которых некоторые детали изображения нельзя было рассмотреть. «Пуссен очень фактурно написал небо и очень легко, прозрачно наметил облака на нем, — рассказывает Алексей Никольский. — Слои лака лежали в углублениях следов кисти, и это усложнило процесс. Приходилось отдельно расчищать каждую бороздку».
Постепенно лак удалось утоньшить, поздние записи были удалены, а небольшие утраты живописи деликатно восполнены. И картина изменилась. Ничего нового на ней не обнаружилось, но краски стали ярче. Листва на дереве слева, которая прежде выглядела желтой, заиграла оттенками зеленого. Небо вновь приобрело изумительный по чистоте синий тон. И если раньше, описывая «Пейзаж с Полифемом», исследователи говорили о сумеречном, вечернем освещении, то теперь стало видно, что это яркий солнечный свет. «Мы смеялись, что сделали из осени лето», — говорит Никольский.
Интересно, что картина и до реставрации выглядела очень гармонично. Она словно впитала в себя пролетевшие над ней годы, взгляды, трактовки. Да, потемнела, покрылась кракелюром — соответствовала своему возрасту, но от этого не потеряла магического обаяния.
Теперь шедевр Пуссена помолодел, вернулся к изначальному замыслу, в собственное лето. И, пожалуй, больше всего повезло именно тем, кто сумел застать, увидеть его и до, и после преображения.
Споры о том, надо ли расчищать старые картины, ведутся давно, однако единственно правильное решение так и не найдено. Каждый случай требует индивидуального подхода. И главная задача реставраторов заключается не в том, чтобы вернуть прошлое, а в том, чтобы подарить памятникам будущее.
Читайте также:
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 197 (8262) от 22.10.2026 под заголовком «Продлить жизнь шедеврам».