Два брата в свете Лампи
На масштабной выставке «В зеркале судьбы. Русский исторический портрет» (12+), развернутой в Михайловском (Инженерном) замке Русского музея, невозможно не обратить внимание на парные портреты двух братьев Зубовых — Валериана и Платона. Рассказывая об этих полотнах, «Санкт-Петербургские ведомости» продолжают серию публикаций, посвященных грандиозному проекту национальной портретной галереи, о необходимости создания которой еще больше ста лет назад говорил художественный критик Александр Бенуа.
РЕПРОДУКЦИИ предоставлены пресс-службой Русского музея
Автором обоих произведений является знаменитый портретист рубежа XVIII – XIX веков Иоганн Баптист Лампи. Портреты датированы 1796 годом, когда братья находились в зените могущества и в расцвете молодости. Эти портреты — уникальное изображение кавалеров высшего российского ордена, Андрея Первозванного, в установленном статутом полном орденском облачении…
Платон стал последним фаворитом стареющей императрицы. В восемь лет он был записан в сержанты Семеновского полка, затем в чине вахмистра переведен в Конную гвардию. В нужный час он оказался в нужном месте: упросил начальство разрешить ему командовать конвоем, сопровождавшим Екатерину II во время ее поездки из Петербурга в Царское Село.
Так 22‑летний конногвардеец, обладавший привлекательной внешностью, сумел обратить на себя внимание императрицы. На него сразу же посыпались милости, он стремительно рос в чинах: был произведен в генерал-майоры. Екатерина не жалела наград: в 1790 году Платону Зубову были пожалованы орден Святой Анны, прусские ордена Черного и Красного Орлов и польские Белого Орла и Святого Станислава, а также орден Святого Александра Невского.
Приблизив к себе Платона Зубова, Екатерина несколько отдалила от себя светлейшего князя Григория Потемкина, в котором прежде души не чаяла. В последние годы царствования Екатерины Платон Зубов сосредоточил в своих руках тринадцать должностей, даже командовал Черноморским флотом. Хотя современники отмечали, что для подобных миссий он не обладал ни знаниями, ни способностями.
Характерный курьез: во время грозы Платон Зубов иногда запускал с вершин царскосельских башен бумажного змея, оклеенного фольгой. Окружающие полагали, что он просто развлекается, Зубов же искренне считал, что проводит эксперименты по «извлечению воздушного электричества»… Гавриил Романович Державин писал в 1792 году, обращаясь к нему: «Смотри и всяк, хотя б чрез шашни // Фортуны стал кто впереди, // Не сплошь спускай златых змей с башни // И, глядя в небо, не пади».
Восхождение Зубова оборвалось с кончиной покровительницы и приходом к власти императора Павла. Впрочем, настроения Павла Петровича были весьма переменчивы. Спустя несколько лет опальный Платон Зубов получил обратно отобранные имения и был назначен директором Первого кадетского корпуса, что, впрочем, не помешало ему стать одним из активных участников заговора против Павла I. Платон рассчитывал занять высокий пост при Александре I, однако его надежды оказались тщетными, и он остался на обочине политической жизни…
Брат фаворита, Валериан Зубов, изображенный на втором, парном, портрете, появился при императорском дворе исключительно благодаря старшему брату. Екатерина II сообщала Потемкину, что «меньшой брат» Платона, «который здесь на карауле теперь наместо его, сущий ребенок, мальчик писанный, он в конной гвардии поручиком, помоги нам со временем его вывести в люди».
Сам того не ожидая, Валериан стал весьма значительной фигурой при дворе. Екатерина также не скупилась на подарки для него. Когда младший Зубов отправился в действующую армию, императрица попросила светлейшего князя Потемкина дать ему возможность отличиться в боях. Валериан показал себя с самой лучшей стороны при штурме Измаила, был награжден орденом Святого Георгия IV степени, произведен в бригадиры, а также получил чин капитан-поручика Измайловского лейб-гвардии полка.
— Примечательно, что на портрете 1796 года Валериан Зубов изображен без увечий, хотя двумя годами ранее, во время подавления польского восстания, в результате ранения он лишился левой ноги. Английские врачи изготовили для него искусный протез, благодаря которому он мог, как и прежде, ездить верхом, сутками оставаясь в седле, — говорит старший научный сотрудник отдела живописи XVIII — первой половины XIX века Валерия Демкович.
В 1796 году 24‑летний граф Валериан Зубов был назначен генерал-губернатором Кавказского наместничества, встав во главе 35‑тысячного Каспийского корпуса, отправленного на завоевание Передней Азии. Поход проходил успешно, однако пришедший к власти император Павел велел вернуть войска, а Валериана отстранил от службы. Правда, уже в конце 1800 года Зубов был восстановлен на службе в чине генерала от инфантерии и поставлен во главе Второго кадетского корпуса…
Автор обоих портретов Иоганн Баптист Лампи-старший работал в России с 1792-го по 1797 год, его по праву считают главным придворным художником последних лет правления Екатерины II. Пригласил его в Россию Григорий Потемкин: за короткий период жизни в его резиденции в Яссах художник написал два портрета фаворита императрицы. Ко времени приезда в Россию Лампи успел поработать в Вене и Варшаве — при дворе последнего польского короля Станислава Понятовского.
В России Лампи был весьма популярен, у него появились покровители, заказчики и ученики, в числе которых был молодой Владимир Боровиковский. В 1794 году к живописцу приехал из Вены его сын и полный тезка, именуемый в литературе Лампи-младшим.
Лампи-старший собирался работать в России долго, однако после кончины Екатерины II оказался в опале точно так же, как и братья Зубовы. Император Павел Петрович был холоден к нему. Причина проста: тот был близок к его матушке, к которой новый государь относился с предубеждением. В 1797 году Лампи перестали платить пенсион, и он вынужден был покинуть Петербург. В Вене художник успешно трудился еще тридцать три года.
Читайте также:
Покровитель ученых и повелитель чумы
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 36 (8101) от 03.03.2026 под заголовком «Два брата в свете Лампи».
Комментарии