Главная городская газета

От Сэлинджера до подшипников

Свежие материалы Культура

Нестареющая Золушка

История балетных интерпретаций сюжета «Золушки» по известной сказке Шарля Перро богата событиями, именами хореографов, композиторов, исполнителей ведущих партий.

Читать полностью

Меломанов ждал завод

Новый сезон в Мариинке начался музыкой машин.

Читать полностью

Неделя ювелирной моды пройдёт в Музее связи

21-24 сентября 2017 года Музей связи примет неделю ювелирной моды «Сокровища Петербурга», которая объединит почти 250 российских и зарубежных компаний. Читать полностью

Выставка «Блокадный рисунок»

Облик и реалии осаждённого Ленинграда в работах С. П. Светлицкого Читать полностью

Ты записался в плакатисты?

Первую в постсоветское время выставку графической агитации «Плакат эпохи революции» Русский музей открыл в залах Мраморного дворца.

Читать полностью

Чепчик со звездой

В Мраморном дворце прошел... прием в пионеры.

Читать полностью
Реклама
  От Сэлинджера до подшипников | Иллюстрация cienpies/ yayimages / ТАСС

Иллюстрация cienpies/ yayimages / ТАСС

...и от Мехико до села Растопуловка. Таков охват завершившегося конкурса молодых переводчиков Sensum de Sensu.

Конкурс, организованный петербургским отделением Союза переводчиков России (и на подобное в стране больше никто не замахнулся), в этом году семнадцатый. По названию - «Санкт-Петербургский», но участники - из 59 регионов России и шести других государств - Белоруссии, Украины, Казахстана, Узбекистана, Германии и Мексики (впрочем, все - «наши люди»).

Как всегда, жюри, состоящее из суперпрофессионалов, дивилось не только переводческим алмазам, но и слабостям человеческим. Председатель оргкомитета конкурса Павел Брук произнес слово «наивность». Возможно, ею можно объяснить переводы, сделанные лишь на треть (а оставшееся пусть Пушкин переводит или члены конкурсной комиссии). Или вот еще один образец: конкурсная работа, состоящая из одной строчки - переведенного названия текста. «Есть люди, не готовые к взрослой жизни», - констатирует Павел Семенович.

Но иные приемы назовешь простодушными только с натяжкой. Некоторые участники были так восхищены уже существующими переводами Сэлинджера и Бёлля, что частично их заимствовали. Впрочем, были и те, кто (судя по работам) никаких бёллей с сэлинджерами не читал и имел счастье познакомиться с ними только в пределах конкурсных фрагментов текстов (а всякую «пропасть во ржи» и прочее пусть читает Пушкин и члены конкурсной комиссии).

Были и те, кто настолько верит в прогресс, что доверил перевод компьютерной программе. Та пыхтела, как могла, но, как всем известно, она порой «падежов не вяжет». В силу чего жюри укоризненно отмечало небезупречное владение не только иностранным, но и русским языком, кое не позволило ряду участников хотя бы замести следы.

Это ложка дегтя. Она горчит в каждом сезоне Sensum de Sensu (да и, пожалуй, в любом конкурсе). Но в целом жюри отметило: средний уровень конкурсантов вырос.

В XVII Sensum de Sensu было пять языковых разделов: английский, немецкий, испанский, французский и славянский (польский и чешский). Десять номинаций. Предлагалось перевести либо специальный текст (например, патент на изобретение - скажем, на штуковину a rolling bearing assembly, «подшипник качения в сборе»... хм... что бы это ни значило), либо художественный (поэзию и/или прозу). В последнем случае главной интригой был, конечно, фрагмент из The Catcher in the Rye Сэлинджера. За последние 20 лет название этого романа переводили и как «Обрыв на краю ржаного поля детства», и как «Ловец на хлебном поле». Но «Над пропастью во ржи» Райт-Ковалевой из нас не вытравишь.

- Член конкурсной комиссии Вера Борисовна Полищук отметила, что есть отдельные находки, абсолютно конкурентоспособные известным переводам, - комментирует Павел Брук. - Если текст - это серия переводческих задачек, то в этот раз некоторые задачки были решены очень здорово.

В некоторых номинациях строгое жюри никому не присудило первое место. Зато в славянском разделе, как исключение, выдала внеконкурсный поощрительный диплом «Надежда». Дело в том, что в чешском подразделе не хватило работ, чтобы конкурс состоялся, но перевод Светланы Сборщиковой из Тюмени обидно было бы не отметить.

Все конкурсанты были под кодовыми номерами, так что только по итогам и выяснялось, что один человек мог блеснуть в разных номинациях, а то и в разных языках: Ксения Богданова, Анна Карповская, Ольга Ходаковская. Все из Петербурга.

Ответственный секретарь конкурса Лариса Мухитова приводит статистику: было 1205 персональных кодов, рассмотрено 416 работ - 34,5% от количества выданных персональных кодов. То есть из замахнувшихся на участие только треть довели дело до конца. Дипломами отмечены 55 работ, и это 13,2% от общего числа рассмотренных. Интересно, что из всех дипломов 22 - «испанские». Как утверждают члены жюри, действительно много достойных переводов.

Среди призеров больше всего петербуржцев (15 работ), но от нас и участников было больше. Вторая - Москва (8 работ).

Победителей в Sensum de Sensu-2017 - семь: Александра Листьева (Московская обл., Мытищи), Ксения Богданова и Мария Жук (СПб), Найля Уталиева (Астраханская обл., Приволжский р-н, с. Растопуловка) Мария Голубева (Томск), Алина Зубарева (Брянск) и Ирина Ханнанова (Иркутск).

Есть завсегдатаи, которые участвуют не один год; есть два призера Sensum, которые взяли призы и на Открытом Евразийском конкурсе (его проводят фонд «Евразия» и Оренбургское отделение Союза переводчиков России). И есть кое-какая выгода - как написала одна иногородняя студентка в оргкомитет: узнала, что получила диплом, - умоляю, вышлите, в вузе обещали стипендию повысить!

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook