Портал в город ветров: в Коканде можно увидеть настоящую аутентичную Среднюю Азию
Древний город Коканд — не самое популярное туристическое направление. Он находится в стороне от Самарканда, Бухары и Хивы, самых посещаемых узбекских городов. Но именно в Коканде можно увидеть настоящую аутентичную Среднюю Азию.
ФОТО АВТОРА
Самса от Аллаха
Между Петербургом и Кокандом прямого авиасообщения нет. Один из вариантов добраться — долететь до Намангана, откуда еще часик езды на такси. Таксистов искать не надо, они сами встретят вас у выхода из аэропорта, на хорошем русском языке ответят на все вопросы, обменяют рубли на местные сумы, а бонусом проведут экскурсию, в финале которой вы вполне можете оказаться у них дома у казана с ароматным пловом.
Мне всю дорогу от Намангана до Коканда седовласый узбек-таксист рассказывал про то, что у них машину можно купить один раз и ездить на ней всю жизнь, так как она не гниет, ведь ни дождя, ни соли в этих краях нет. А еще я узнала, что он «в 15 лет зарезал барана, а его брат до сих пор этого сделать не может, что плохо, потому что это не по‑мужски».
В отличие от популярных туристических городов Коканд живет обособленной жизнью. По улицам ходят женщины в национальной одежде с покрытой головой. Местное население русским владеет плохо или уже просто не знает нашего языка. Кухня замечательная, все, что удалось попробовать, оказалось очень вкусно. Особенно понравился местный плов, который готовится с чесноком и жгучим перцем и без каких‑либо сладких добавок. А «Гран-при» дегустационного рейтинга отдаю кокандской самсе из невзрачной на вид кафешки с вывеской Basmala («Басмала» — это исламский термин, означающий «Во имя Аллаха; С именем Аллаха»).
Вот спиртное купить в Коканде проблематично, хотя официально оно не запрещено. В единственном неприметном пивном магазинчике без вывески за прилавком дремал дедушка-продавец. На вопрос, какой напиток вкуснее, он возмущенно ответил, что не знает, потому что в таких местах могут работать только непьющие люди. «Как бы я здесь работал, если бы пил? Я бы сразу спился!» — логично объяснил он.
Минарет для неверных жен
Первые письменные упоминания о городе Коканде уходят в Х век. Тогда он назывался Ховакенд, или Хоканд, и был крупным ремесленническим и торговым центром на одном из маршрутов Великого шелкового пути. В XIII веке этот населенный пункт стерли с лица земли монголы. Расцвет возрожденного из крепости города пришелся на XVIII – XIX века, в 1740 году он стал столицей узбекского государства — Кокандского ханства.
С тех пор сохранилась главная жемчужина Коканда — дворец Худояр-хана. Роскошное здание с башенками-минаретами, облицованное керамическими узорными плитками, — идеальная иллюстрация сказок из «1000 и одной ночи». В былые времена этот дворцовый комплекс состоял из семи внутренних двориков с многочисленными постройками и 119 комнатами. До наших дней сохранилось всего два двора и 19 комнат. Отдельного внимания заслуживает великолепный тронный зал и личные покои хана. Они хранят множество тайн, для раскрытия которых необходимо проштудировать не один том по истории.
Еще одна городская достопримечательность — архитектурный комплекс Джами (конец XVIII — начало XIX века) с минаретом из жженого кирпича, мозаичными поясами и голубым куполом. Местная смотрительница, позвенев внушительной связкой ключей, предложила подняться наверх и открыла низенькую деревянную дверцу у основания башни, за которой оказалась винтовая лестница с очень крутыми каменными ступенями. Карабкаться по ним на высоту девятиэтажного дома (больше 22 метров) оказалось нелегко. Для меня осталось загадкой, как по пять раз на дню по ним взбирался азанчи (служитель мечети), призывающий мусульман на намаз (молитву).
С высоты башни открылся восхитительный вид на Коканд, но становится жутковато, когда узнаешь, что в былые времена отсюда сбрасывали преступников и провинившихся жен. Рядом с минаретом мечеть, состоящая из открытого айвана и закрытой зимней части. Ее свод поддерживают 98 деревянных резных колонн, увенчанных сталактитовыми капителями. Колонны сделаны из «каменного дерева» — так называют прочный и долговечный карагач.
ФОТО АВТОРА
Если зайти в этот каменноколонный лес и посмотреть вверх, начинает кружиться голова. Расписной потолок поражает мельчайшими витиеватыми узорами, выписанными яркими красками с добавлением золотой лазури. Считается, что на фоне белоснежных стен, которые символизируют земную жизнь, разноцветный потолок не что иное, как рай.
На сегодняшний день мечеть недействующая. В комплексе размещается Музей прикладного искусства и Центр ремесленников города Коканда. В мастерских работают чеканщики, ткачи, резчики по дереву. Уже третий год подряд в Коканде проходят Международный фестиваль народно-прикладного искусства и Международный форум гончарного дела. В прошлом году в мероприятиях приняли участие около трехсот мастеров из 70 стран мира. Что ж, почетному статусу «Всемирный город ремесленников» надо соответствовать…
Есть в Коканде и православный храм. Миниатюрная, словно игрушечная церквушка Казанской Божией Матери затерялась среди жилых глинобитных домиков. Она появилась в годы Великой Отечественной войны в здании культурно-просветительского центра, но историю свою ведет с далекого 1908 года, когда в городе на средства кокандских купцов была построена нарядная церковь в духе памятников русского деревянного зодчества XVII века, украшенная лепниной в восточном стиле. В тот храм, задуманный как явление Руси на Востоке, провели электрическое освещение, что было редкостью для культовых сооружений в Средней Азии, а колокола на звоннице отлили из ханских пушек. В 1937 году кокандский Казанский собор был взорван большевиками…
В пустынном дворе нынешней уютной голубой церквушки меня встретила вышедшая из цветника с розами старушка. Поинтересовавшись, есть ли у меня желание зайти в церковь, протянула ключ, а сама продолжила поливать цветы. В храме было тихо, и только невесомые пылинки отражались в солнечных лучах, которые мягко скользили по иконам и… картинам на евангельские сюжеты, больше характерные для католической церкви.
Местные старожилы рассказали, что эти удивительные произведения написаны пленным итальянским художником. Его после окончания войны привезли в Узбекистан для работы на стройке, а милосердные кокандцы обратились к воинским властям с просьбой, чтобы художник расписал храм, так как в городе своего иконописца не было. Документальных данных об этой истории нет, а вот картины сохранились.
Неистовый Хамза
Сегодня Узбекистан — светское государство. С 2023 года в стране введен запрет на ношение паранджи в общественных местах. Такие шаги, по заявлениям властей, направлены на обеспечение безопасности и поддержание общественного порядка, в частности, для работы информационных программ системы «Безопасный город».
Увидеть этот экзотический наряд можно в Доме-музее основателя узбекской литературы, поэта и драматурга Хамзы Хакимзаде Ниязи, который родился и большую часть жизни провел в Коканде. «Неистовый Хамза», как его называли современники, искренне поддерживал власть в советском Узбекистане, делал очень много для просвещения узбекского народа — организовал бесплатную школу для бедных, создал детский дом. Хамза был основателем первого профессионального узбекского театра. Популярностью пользовались его пьесы «Проделки Майсары» (1926) и «Тайны паранджи» (1927) о тяжелой доле узбекских женщин в дореволюционные годы.
Музей, посвященный Хамзе, был открыт в Коканде в 1959 году в доме, где он провел всю жизнь. В тихом музейном дворике в тени векового тутового дерева поэту установлен памятник. Сам дом не подвергся масштабной реконструкции, поэтому сохранился в первозданном виде. Жилое пространство разделено на мужскую и женскую половины. В мужской — кабинет отца поэта, уважаемого табиба (народного врача) и комната Хамзы. Рядом комнаты матери и сестры Хамзы, память о хозяйках хранят их паранджи…
ФОТО АВТОРА
Мне разрешили не только потрогать паранджу, но и примерить. На вид эта мешковатая, скрывающая фигуру верхняя женская одежда похожа на тяжелый халат с ложными зауженными книзу рукавами, закинутыми на спину, который надевают поверх головы. В комплекте с халатом идет чачван — закрывающая лицо сетка из конского волоса. Честно сказать, ощущать на себе этот наряд не очень приятно — тяжело, душно, ничего не видно…
В Средней Азии паранджу активно носили в XIX — начале XX века. Ее надевали девочкам, как только выдавали замуж — минимум с девяти лет. Постоянное ношение паранджи приносило немалый вред женскому здоровью. Она сковывала движения, женщины почти постоянно находились в полумраке и страдали такими глазными заболеваниями, как трахома и глаукома. Из-за того что стирать женскую одежду в арыках и открытых водоемах было запрещено, паранджа постоянно была грязной и служила рассадником для паразитов.
Хамза Ниязи, чьи мать и сестра были вынуждены носить паранджу, в 1920‑е годы на фоне революционных событий в Узбекистане проводил среди населения агитацию против предрассудков и суеверий, боролся за права женщин, выступал организатором акций в Международный женский день 8 Марта, когда женщины на площадях публично сбрасывали свои паранджи и сжигали их. Но с ношением паранджи было связано много местных обычаев и традиций, поэтому подобные действия были оскорбительными для народов Средней Азии. Против женщин-активисток развернулся настоящий террор — их избивали и выгоняли из дома, нападали на улицах и убивали.
Не простили революционных взглядов и пропаганду феминизма и Хамзе. Толпа оскорбленных местных мужчин 8 марта 1929 года насмерть забила его, сорокалетнего, камнями. На протяжении многих лет Хамза Ниязи оставался одним из символов советской власти в республике, но после распада СССР и провозглашения политической независимости Узбекистана населенные пункты и улицы, названные в его честь, были переименованы, посвященные ему памятники — уничтожены. Станция ташкентского метро «Хамза» превратилась в «Новзу». А кокандский Музыкально-драматический театр имени Хамзы, основанный поэтом, стал просто национальным академическим драматическим театром.
А вот Дом-музей Хамзы Хакимзаде Ниязи сохранился и, словно портал в прошлое, продолжает хранить историю и атмосферу Узбекистана конца XIX и начала XX века.
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 31 (8096) от 24.02.2026 под заголовком «Портал в город ветров».




Комментарии