Перешагнуть порог. Обязательное тестирование по русскому языку для многих ребят-иностранцев — серьезное препятствие на пути к школе
Закон, запрещающий принимать детей-иностранцев в школы без прохождения теста на знание русского языка, заработал с 1 апреля 2025‑го. Аргументов в пользу его принятия у законодателей, экспертов, а особенно у педагогов и родительских сообществ было множество. Ведь ком проблем в школах и классах с высокой долей учеников-иностранцев достиг тревожных размеров. А отсутствие интеграции семей приезжих в принимающее сообщество с возникновением мигрантских анклавов все чаще оборачивалось полукриминальными историями. Однако свои резоны есть и у тех, кто считает новые правила приема детей-иностранцев в школы неоправданно жесткими, а экзаменационный порог — чрезмерно высоким. Аргументы в обоснование такого взгляда — в конкретных жизненных ситуациях.
ФОТО Kelly Sikkema on Unsplash
Проверка на легальность
Для зачисления ребенка-иностранца в школу родители должны предоставить полный комплект документов, подтверждающих легальность их пребывания в РФ (удостоверение личности, патент или разрешение на работу, трудовой договор, медицинскую справку об отсутствии инфекционных заболеваний, регистрацию и т. д.). Да и садиться за парты должны дети, как минимум понимающие речь учителя.
Чиновники тезис об эффективности языкового «фильтра» подтверждают статистикой первого полугодия его работы. Так, в сентябре Рособрнадзор сообщал, что в российские школы не зачислили 87 % детей мигрантов, отправивших заявки на обучение. Всего же за пять месяцев, по информации ведомства, было подано 23,6 тыс. заявлений на зачисление, но к экзамену допустили лишь чуть более 8,2 тыс. детей, то есть 34,8 % (большая часть заявлений отсеивается из‑за недостаточности пакета документов или недостоверности сведений), из них половина не справились с заданиями.
Где‑то пройти проверку экзаменом смогли лишь четверть допущенных, где‑то около половины, и только в Татарстане — более 89 %. Если же оценивать результативность тестирования, отталкиваясь от числа заявившихся, то она составляет в среднем 12 – 24 %. Эти данные, по мнению властей, свидетельствуют об эффективности нового инструмента по решению языковой проблемы в российском образовании. В ряде субъектов РФ количество школьников-иностранцев сократилось в 7 – 10 раз.
Возвращение к родному
С начала учебного года в Совет по правам человека (СПЧ), уполномоченным по правам ребенка в регионах, в Рособрнадзор, региональные комитеты по образованию стали поступать обращения от родителей-репатриантов, вернувшихся вместе с детьми в Россию из бывших республик СССР. Их русскоязычные чада, учившиеся в Молдавии, Латвии, Киргизии, Казахстане и других странах бывшего СССР в русских школах, не могут сдать «входной» экзамен по русскому языку. В телеграм-каналах замелькали ролики с участием детей, которые обращаются за помощью к ответственным взрослым на русском без малейшего акцента, а в подтверждение своей русскости с выражением и артистично читают стихи или поют.
Окончившей пятый класс в русской школе Казахстана 12‑летней Софии в Тюмени не хватило двух баллов, чтобы пройти тест. Ее дедушка родом из Свердловской области, бабушка — из Ростовской, оба родителя — русские, другого языка она и не знает… Этих двух баллов ей не хватило, чтобы подтвердить не столько владение родным языком, сколько статус отличницы по русскому и литературе, который был у нее в прежней школе. София пропускает занятия, ведь пересдать экзамен можно только через три месяца после неудачной попытки.
Мама двух девочек, также переехавших из Казахстана, признается: у нее сложилось впечатление, будто оценивали не знание языка, а знание всей учебной программы. Да, ее девочки не отличницы, но ведь в школах бывают хорошисты и даже троечники…
Третья русскоязычная семья переехала в Тобольск из Казахстана, чтобы легче было жить в своей языковой среде, однако сейчас обращается в СПЧ из‑за провала детей на тестировании. Старшего сына им пришлось отправить доучиваться в Казахстан, с младшей пока занимаются сами, но уже опасаются прихода опеки, а следом штрафов и депортации — ребенок не учится, а это нарушение его прав…
Недавно семьи русских переселенцев, приехавшие в Москву и Подмосковье, Петербург, Краснодар, Омск, Тюмень и другие города России, направили в приемную президента РФ коллективное обращение. Они жалуются на необъективность тестирования, да и в целом — на то, что их детей приравняли к не знающим государственного языка РФ иностранцам. «Учитывая то, что наши дети учились в стране исхода на русском и имеют положительные оценки по нему, неуспешное прохождение этого теста повергло нас в шок, — пишут они. — Ведь тестирование направлено на исключение из учебного процесса детей, не знающих русский язык. А для наших детей он родной: дети думают на русском, свободно говорят и пишут, читают стихи и поют песни, и мы общаемся в семьях на русском языке… Тест превращен в экзамен на знание грамматики, с которым не смогут справиться даже ученики российских школ, что не раз подтверждали многие учителя».
Надо заметить, что после родительских обращений в различные инстанции в октябре 2025‑го был издан приказ Минпросвещения РФ, предусмотревший изменение формы тестирования детей некоторых иностранцев. Они, во‑первых, теперь сдают экзамен только в устной форме, а во‑вторых, могут пересдавать его без трехмесячной паузы. Но эти изменения касаются лишь семей трех категорий иностранцев: участников госпрограммы по добровольному переселению в Россию соотечественников, переехавших в РФ в рамках указа № 702 и разделяющих традиционные российские духовно-нравственные ценности, либо членов семей иностранных должностных лиц и сотрудников дипмиссий. А поскольку написавшие обращение люди перебрались на историческую родину не по программе переселения, а самостоятельно, на них эта «льгота» не распространяется — формально они не репатрианты.
Эти родители просят включить в поправки, касающиеся тестирования, и другие категории русских и коренных народов России, которые могут документально подтвердить обучение ребенка на русском языке в стране исхода. Думается, что власть их услышит и проблемы этих семей будут со временем разрешены.
Но интересно другое: почему дети из русскоговорящих семей не могут преодолеть экзаменационный порог? И насколько реально тогда преодолеть его тем, у кого русский не родной?
Без права на ошибку
Тесты разработаны Федеральным институтом педагогических измерений, демонстрационные варианты размещены на его сайте (https://fipi.ru/inostr-exam/inostr-exam-deti). Будущим первоклассникам для поступления в школу достаточно устно ответить на десять несложных вопросов, тест для более старших состоит уже из устной и письменной частей, и заданий там больше. Нужно, например, подобрать однокоренные слова, вставить пропущенное слово в подходящей тексту форме, не ошибиться с ударением и т. д. А для поступления в 7 – 9‑й классы необходимо уже написать и сочинение… В общем, экзамен как экзамен.
Вся загвоздка в «проходном балле»: для зачисления в 1-й класс необходимо набрать 9 из 10 возможных, во 2 – 5-й классы — 18 из 20, в 6 – 9-й — 20 из 22, в 10-й и 11-й — 22 из 24.
Семилетка Денис, приехавший с родителями из среднеазиатской столицы, назвал лейку на картинке «поливалкой». Он, горожанин, знаком с этим предметом прежде не был, да и растерялся, как говорит мама. Другой мальчишка «срезался», не сумев развернуто рассказать, как помогает старшим дома. Ответил коротко: «Да, помогаю», а дальше его и не расспрашивали. Итог у обоих — 80 % верных ответов при проходном минимуме 90 %. Заметим: на ОГЭ по русскому минимальный порог сдачи — 38 %, а это 14 выполненных заданий из 37.
Даже хорошо говорящий по‑русски ребенок набирает в среднем по 70 – 80 баллов, уверяют в региональной общественной организации «Дети Петербурга», помогающей семьям мигрантов с 2012 года. С волонтерами-педагогами очно (в библиотеках города) и дистанционно ежегодно занимаются более сотни детей из ближнего и дальнего зарубежья. Одних здесь готовят к поступлению в школу, других к ОГЭ и ЕГЭ, третьих подтягивают по предметам…
Как рассказали в организации, прошлым летом и в сентябре здесь готовили к тестированию по русскому 61 подопечного. Экзамен проходили 34 из них, успешно справились — только десять.
— К началу учебного года мы прозанимались с этими ребятами от месяца до четырех, этого недостаточно, — поясняют волонтеры. — Даже тем, кто свободно говорит по‑русски, нужно освоить формат тестирования. А еще важно не растеряться…
Зато в конце ноября «Дети Петербурга» порадовались успеху подопечных: за месяц сразу пятеро ребят поступили в школы, двое — в пятый и девятый классы, трое — в первый (причем до того они ходили в детсады в Петербурге). Четверо младших сдавали дважды.
Главная гордость волонтеров — за девятиклассника, приехавшего в Петербург из Казахстана. Пробное тестирование он написал всего на 14 баллов из требуемых 20, но после пятидневного «интенсива», где с ним разбирали структуру заданий, писали сочинения и решали пробные тесты, юный иностранец победил систему и был принят в школу.
Правда, зовут этого иностранца Мишей, и его первый, родной язык — русский…
В ТЕМУ
По данным МВД на 1 января 2025 г., в РФ находились чуть менее 783,6 тыс. несовершеннолетних мигрантов (26,5 % — граждане Таджикистана, 14,2 % — Киргизии, 13,8 % — Узбекистана, 11,8 % — Белоруссии, 8,2 % — Украины), из них образовательные организации в прошлом учебном году посещали чуть более 192,2 тыс. (24,5 %).
По информации Минобрнауки, экзамен по русскому успешно сдали 86,9 % взрослых мигрантов, получающих разрешение на работу в РФ.
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 8 (8073) от 21.01.2026 под заголовком «Перешагнуть порог».
Комментарии