Наследие Арктики как доказательство того, что Россия присутствовала в северных широтах с самых давних времен
В минувшем году наш собеседник, старший научный сотрудник Центра арктических исследований Музея антропологии и этнографии имени Петра Великого (Кунсткамера) РАН, заместитель директора Арктического музейно-выставочного центра Павел ФИЛИН принял участие в совместных экспедициях Русского географического общества и Минобороны России. Первая отправилась на архипелаг Новая Земля, вторая — на остров Врангеля, она была приурочена к 100‑летию водружения там советского флага. И все это отнюдь не ради чистого любопытства. Наш собеседник уверен, что изучение и популяризация объектов историко-культурного наследия Арктики исключительно важны с точки зрения национальных интересов нашей страны, поскольку доказывают ее присутствие в северных широтах с самых давних времен.
Полярная станция в бухте Тихой на Земле Франца-Иосифа. В 2015 году комплекс строений был признан выявленным объектом культурного наследия Российской Федерации. Фото 2018 г. /ФОТО Павла ФИЛИНА
— Разве в этом присутствии кто‑то сомневается?
— Еще как! Арктика до сих пор до конца не поделена между странами. Поэтому многие ее части являются спорными территориями, и принцип «кто пришел первым» имеет очень большое значение.
Желая, как говорится, застолбить за собой территории, многие страны устремились в этот регион еще более века назад. В ту пору существовал международный императив, требующий эффективного освоения новых земель: недостаточно было просто установить флаг своей страны, нужно было организовывать там деятельность и демонстрировать ее другим государствам.
Начало положила в 1907 году Канада. Как самое ближайшее государство к Арктике, она объявила о создании в ней своего «сектора». Российская империя в 1916 году приняла похожий на канадский закон документ, в котором заявила о своих правах на арктические острова.
Однако спустя несколько лет представители Канады, Великобритании и США, посчитав, что Советская Россия, в которой только закончилась Гражданская война, слишком слаба, решили просто забрать один из арктических островов — остров Врангеля. Его Российская империя объявила своим еще в 1916 году, однако год спустя империи не стало, формально остров оказался «ничейным», и поэтому представители Канады и Великобритании подняли на нем свои флаги и поселили колонистов-эскимосов.
Конец таким действиям положила экспедиция российского ученого военного гидрографа Бориса Давыдова. В 1924 году он на ледокольном пароходе «Красный Октябрь» достиг берегов острова Врангеля, экстрадировал обнаруженных там четырнадцать представителей Канады и США и поднял на острове флаг СССР, что обозначало советское присутствие на этой территории.
Спустя еще два года там был образован поселок, много позже названный Ушаковским, где велась хозяйственно-экономическая и научная деятельность — добыча морских животных, охота и разведение песца, работала гидрометеорологическая полярная станция «Остров Врангеля». То есть все происходило как раз в соответствии с международным правом того времени.
Примерно та же история повторилась в середине 1920‑х годов с Землей Франца-Иосифа. По сути дела, это тоже была гонка — кто первым? Туда одновременно двигались несколько судов из Норвегии с заданием создать там промысловую базу и советская экспедиция под руководством Отто Шмидта. У норвежцев ничего не получилось: ни один корабль не прошел из‑за сложной ледовой обстановки, а Шмидту повезло: он в 1929 году дошел до Земли Франца-Иосифа и в бухте Тихой основал полярную станцию.
Чуть раньше, в апреле 1926 года, было принято постановление президиума Центрального исполнительного комитета (ЦИК) СССР, в ту пору высшего органа государственной власти в стране, «Об объявлении территорией Союза ССР земель и островов, расположенных в Северном Ледовитом океане». Оно установило границы советского сектора Арктики — от 32-го градуса восточной долготы до 168-го градуса западной долготы, включая все открытые и будущие земли и острова в этом секторе, закрепив за СССР права на эти территории. Документу скоро исполнится ровно 100 лет!
— Как другие страны отнеслись к этому решению Советского Союза?
— Как я уже сказал, Канада еще раньше объявила о своем секторе в Арктике. Другие государства свои арктические владения никак законодательно не оформляли, при этом и возражений СССР и Канаде не высказывали.
В настоящее время действует Конвенция ООН по морскому праву 1982 года, которую Россия ратифицировала в 1997 году. Она устанавливает правовой режим всех основных морских пространств.
Согласно этому документу, в зоне территориального моря — 12 морских миль — прибрежное государство обладает полным суверенитетом. Далее идет исключительная экономическая зона — 200 миль. Конвенция предоставляет прибрежным государствам право расширить ее еще на 150 морских миль, но только если страны смогут продемонстрировать, что за этот предел выходит естественное продолжение их континентального шельфа.
Послание Русского географического общества потомкам, оставленное на острове Врангеля в 2025 г. / ФОТО Павла ФИЛИНА
И сейчас Россия доказывает, что хребет Ломоносова является продолжением Евразийского континента. Это послужило основанием для российской заявки в ООН о расширении границ континентального шельфа за счет глубоководной морской территории, богатой залежами газа и нефти. В то же время Канада и Дания считают хребет Ломоносова продолжением своих материков…
Так что, возвращаясь к вопросу о важности объектов историко-культурного наследия Арктики: они являются показателем присутствия того или иного государства на этой территории, элементом обоснования его приоритета.
Изучать объекты российского арктического наследия начал еще в 1950 – 1960‑х годах ленинградский ученый доктор исторических наук Михаил Белов. Он был одним из авторов четырехтомника «История освоения Северного морского пути». Это базовая книга, на нее ссылаются все исследователи, хотя издана она была достаточно давно. Сейчас обсуждается подготовка нового многотомного издания, посвященного истории российской Арктики. Труд будет готовиться совместно Музеем антропологии и этнографии имени Петра Великого и Санкт-Петербургским институтом истории РАН.
Дело Белова, создавшего в 1970‑х годах первый обзор памятников истории освоения Арктики в России, продолжил Петр Боярский — создатель и бессменный руководитель Морской арктической комплексной экспедиции Российского НИИ культурного и природного наследия имени Д. С. Лихачева. Основные объекты его исследования — Новая Земля и Земля Франца-Иосифа.
Он стал автором карт культурного и природного наследия российской Арктики. На их основе он планировал создать атлас, в который вошли бы также карты Новосибирских островов, Северной Земли, Баренцева, Белого, Карского, Восточно-Сибирского, Чукотского, Берингова морей. Увы, было издано всего несколько карт, Петра Владимировича уже нет с нами, и мы сейчас прилагаем большие усилия, чтобы вернуться к этой работе…
Особо востребованы отдельные карты по острову Врангеля и архипелагу Шпицберген. Опять‑таки потому, что они представляют собой еще и политическое заявление.
— …много объектов на Шпицбергене названы по‑русски. Важно закрепить эти названия на карте. Даже если они сейчас не используются, надо обязательно указать, что они существовали.
Сейчас на Шпицбергене достаточно сложная ситуация: по сути дела, Россию пытаются выдавить с территории этого архипелага. Что остро чувствуют на себе, например, ученые: если раньше начальник Шпицбергенской археологической экспедиции Института археологии РАН Вадим Старков имел возможность практически беспрепятственно проводить работы на архипелаге, то последние годы раскопки фактически запрещены, в лучшем случае удается лишь проводить какие‑то поверхностные наблюдения.
А развивалась вся эта история так. По договору 1920 года, на подписание которого, кстати, нашу страну вообще не пригласили, Шпицберген как «ничейная земля» стал доминионом Норвегии. Правда, в том же документе указывалось, что страны, подписавшие договор, имеют право заниматься там своей хозяйственной деятельностью. СССР в середине 1930‑х годов подключился к этому договору в обмен на признание Норвегией Советского Союза. И, таким образом, наша страна — едва ли не единственная! — в соответствии с договором реально стала организовывать на Шпицбергене свою хозяйственную деятельность. Там еще до революции российские исследователи нашли угольные месторождения, затем началась добыча угля, были организованы несколько рабочих поселков…
Сейчас Норвегия использует принцип «мягкой силы», чтобы увеличить свое влияние на Шпицбергене. Значительную часть архипелага она объявила особо охраняемыми природными территориями, на которых вообще невозможно какое‑либо хозяйствование.
— Соответственно, карта нужна, по сути дела, для отстаивания интересов нашей страны на архипелаге…
— Совершенно верно. На ней будет обозначен целый ряд исторических пластов присутствия России на Шпицбергене.
Первый — поморский: выходцы с Русского Севера жили здесь с очень давних времен. На Шпицбергене не менее 70 объектов, так или иначе связанных с активностью поморов. Археолог Вадим Старков методом дендрохронологии определил, что самое раннее поселение относится к XVI веку. Норвежцы ставят эту датировку под сомнение. Сейчас перепроверить не получается, поскольку они не дают разрешения на раскопки. Архивными документами подтвердить также невозможно, поскольку материалов XVI – XVII веков нет, многие документы погибли еще в старину.
Второй пласт — топонимика: много объектов на Шпицбергене названы по‑русски. Важно закрепить эти названия на карте. Даже если они сейчас не используются, надо обязательно указать, что они существовали.
Кроме того, есть места, связанные с экспедициями Василия Чичагова, предпринятыми в 1765 и 1766 годах. Они были организованы по «программе Ломоносова», который предположил, что, если двигаться на север от Шпицбергена, можно дойти до Индии, Китая и американских берегов. Ученый полагал, что там будет меньше льдов. Чичагов дважды пытался пройти севернее Шпицбергена, но безуспешно. Для этой экспедиции на архипелаге была построена база, ее следы сохранились…
Следующий исторический пласт — XIX век, когда российские ученые исследовали центральную часть Шпицбергена. В первую очередь — крупная российско-шведская экспедиция по градусным измерениям, проводившаяся в 1899 – 1901 годах. Затем туда на Шпицберген приходил ледокол «Ермак» во главе с вице-адмиралом Степаном Макаровым. В 1912 году полярный исследователь и геолог Владимир Русанов занимался поиском угольных месторождений. Были установлены «заявочные столбы», дабы обозначить права России на территории и ресурсы. И в более поздний, советский, период шло активное освоение архипелага, были построены поселки Баренцбург, Пирамида, Грумант.
Все эти объекты должны лечь на карту, над которой мы как раз сейчас активно работаем. Она должна существовать и в традиционной печатной версии, и как электронная геоинформационная система. Такая карта будет иметь и управленческое, и культурное, и образовательное, и туристическое значение.
— Туризм в Арктике развивается?
— Да, хотя, конечно, в высокоширотной Арктике в силу природных и климатических особенностей он вряд ли будет массовым. Позволить себе подобные путешествия могут лишь весьма обеспеченные люди. А точками притяжения как раз и являются объекты наследия. На том же острове Врангеля их достаточно много. Это памятник основателю поселка Ушакову, сами дома поселка, строения старой полярной станции, два кладбища, на одном из которых похоронены эскимосы-первопоселенцы.
В ходе экспедиции нами были обследованы найденные рядом с поселком остатки самолета. Установлено, что это С-47 «Дуглас», поставлявшийся во время Великой Отечественной войны по ленд-лизу. Предстоит установить обстоятельства и причины его аварии. Тут же были найдены фрагменты другого самолета, также ленд-лизовского, а также обследованы два деревянных винта 1930‑х годов, которые использовались на самолетах ТБ-1 или Р-5.
На том же острове Врангеля еще в 1970‑х годах была открыта стоянка древнего человека «Чертов овраг», которой три тысячи лет. Что там делали люди в эпоху каменного века и как туда добрались — большой вопрос. Пролив Лонга, расположенный между островом Врангеля и побережьем Чукотки, пересечь крайне сложно: там сильные ветра и дрейфующие льды.
Археолог Николай Диков, исследовавший эту стоянку, полагал, что древние люди выбрали самое удачное место для ее расположения — высокую точку, с нее был виден весь залив. Однако мы убедились, что она продуваема всеми ветрами. Культурный слой, обнаруженный там, был не очень богатым. Непонятно, как часто туда приходили люди, откуда, оставались ли на зиму? Так что вопросов больше, чем ответов…
Не менее уникальные объекты историко-культурного наследия на Новой Земле. На мысе Спорый Наволок находятся остатки зимовья экспедиции Виллема Баренца, совершенной в 1596 – 1597 годах. Баренц пытался достичь Индии и Китая северо-восточным проходом, ближе к Северному полюсу, будучи уверенным, что в высоких широтах льда должно быть меньше, так как он будет растоплен солнцем полярного дня. Его экспедиция закончилась неудачно, корабль был зажат льдами. После зимовки, оставив судно, остатки команды на лодках вернулись домой. Сам Баренц умер в этом последнем походе…
Первым зимовье Баренца обнаружил капитан Эллинг Карлсен в 1871 году. На тот момент постройка еще была целой и выглядела так, как будто команда покинула его только вчера, хотя прошло почти три века. Внутри находились кровати, сундуки с предметами быта, очаг и даже записки Баренца.
— В этом регионе какие‑то особые климатические условия, способствующие сохранности исторических объектов?
— Они существовали прежде. Сейчас их уже нет, это связано с глобальным потеплением. А раньше они естественным образом «консервировали» объекты, если их, конечно, не трогали. Тот же Карлсен, который обнаружил зимовье Баренца, видимо, нарушил эту естественную консервацию. И следующие мореплаватели, которые побывали в этом месте спустя несколько десятков лет, увидели, что строение стало очень быстро разрушаться. А в 1930‑х годах, когда там оказалась советская экспедиция геолога Бориса Милорадовича, от постройки оставались одни руины.
Ныне на месте зимовья установлен памятный крест, рядом — мемориальный знак. Видны следы раскопок и остатки очень старых бревен… «Зимовье Баренца» — официально охраняемый археологический объект, исторический памятник XVI века, расположенный в национальном парке «Русская Арктика» на Новой Земле. Это самая северная особо охраняемая природная территория России, она охватывает архипелаги Новая Земля и Земля Франца-Иосифа, а также прилегающие акватории и создана для сохранения уникальной арктической природы.
Несколько слов о судьбе корабля Баренца. Команда оставила его вмерзшим в лед недалеко от берега, на нем были пушки, якоря, а также товар, предназначавшийся для торговли в Индии и Китае. Что с судном случилось дальше — неизвестно. С 1980‑х годов большие усилия по его поиску предпринимал исследователь и подводный археолог Дмитрий Кравченко. Он организовал около десятка экспедиций, но так ничего и не нашел.
Несколько лет назад в ходе экспедиции Русского географического общества на Новую Землю благодаря великолепной погоде была проведена аэрофотосъемка прибрежной и подводной части мыса Спорый Наволок. На расстоянии примерно 400 метров от береговой линии и немного севернее зимовья на глубине двух с половиной — трех метров четко прослеживались объекты, не похожие на естественные геологические. Их можно было интерпретировать как бревна, возможно, шпангоуты.
Памятная акция Русского географического общества и Министерства обороны, посвященная 101‑й годовщине поднятия советского флага на острове Врангеля. 2025 г. / ФОТО Павла ФИЛИНА
В ходе экспедиции 2025 года эта территория была дополнительно обследована с помощью эхолота и подводного буксируемого металлоискателя. Возможно, нам удалось наткнуться на остатки корабля Баренца, буквально «разутюженные» льдами. Однако точку в этом вопросе может поставить только работа подводных археологов…
Что же касается приоритета нашего присутствия в Арктике, с чего мы начинали нашу беседу, то самым важным событием в рамках мемориальной экспедиции на остров Врангеля, состоявшейся в минувшем году, стала церемония поднятия флага. Символично, что в ней участвовал внук начальника той самой первой экспедиции, поднявшей советский флаг в этих местах, — Алексей Давыдов.
Участники экспедиции отремонтировали флагшток, установленный еще в 1924 году, водрузили на его вершину реплику советского флага, а также подняли российский триколор. Вновь, как и сто лет назад, он обозначает бесспорное присутствие России на острове Врангеля. Сегодня на нем расположены кордон «Ушаковское» действующего арктического заповедника «Остров Врангеля», а также гидрометеорологическая полярная станция.
Читайте также:
Музеи Русского Севера. Создан новый сборник-путеводитель
В России в ближайшее пять лет построят четыре атомных ледокола
Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 8 (8073) от 21.01.2026 под заголовком «Наследие Арктики».
Комментарии