Замерзший городовой на чертеже: как в Петербурге 1906 года утеплялись на улицах

В фонде Петроградской городской управы сохранился чертеж переносной грелки, спроектированной архитектором Карлом Бальди и установленной в 1906 году у Консерватории на Офицерской улице (ныне улице Декабристов). Он содержал не только техническую схему самой грелки, но и изображение ее вечного спутника — замерзшего городового.

На чертеже Карла Бальди грелка представляет собой простую переносную конструкцию высотой около трех метров, состоящую из металлической клетки, перекрытой конусом из листов железа./Из фонда ЦГИА СПб

Архивный документ словно бы подтверждает художественное описание прозаика Сергея Горного (его настоящее имя Александр Авдеевич Оцуп). Тот в своих мемуарах так описывал петербургскую зимнюю ночь начала XX века: «В очень холодные ночи в железной круглой печи, сделанной всего только из нескольких железных полос с большими просветами, зажигался костер… Когда горящее полено вылезало сквозь железо, дворник поддавал его обратно ногой в твердом, черном валенке».

Кажется, будто Карл Бальди запечатлел именно того человека, которого спустя годы будет вспоминать писатель. И эта деталь на чертеже создает пора­зительную связь между документом и живой памятью…

Статья по теме:

«Пером их водило пристрастие…» Подвиг русской армии, совершенный ею в ходе борьбы с Наполеоном, забвению не подлежит

Переносные грелки должны были прийти на смену уличным кострам, которые появлялись на петербургских улицах в особо морозные дни. По распоряжению градоначальника их устраивали на перекрестках, чтобы согреть прохожих. Подле костра неизменно находился следящий за порядком городовой. Грелись бродяги, мальчишки-разносчики, продрогшие извозчики… Прохожие задерживались ненадолго — только чтобы на бегу отогреть руки.

Полицейским приставам было велено не требовать особых разрешений на устройство подобных «обогревательных пунктов», а, напротив, побуждать управления казенными домами и частных домовладельцев зажигать костры при минус 15 градусах и ниже. Единственным условием было располагать их в местах, не затруднявших движения экипажей и пешеходов.

Однако уличные костры хоть и согревали горожан, но имели ряд опасных недостатков: искры угрожали прохожим и проезжающим, возникала угроза пожаров. Иногда случались и трагические происшествия. Промасленная одежда посыльных, работавших в хозяйственных лавках, могла вспыхнуть от одной искры, стоило им приблизиться к костру. Что касается расхода дров, он тоже был непозволительным.

Именно поэтому в ноябре 1893 года Санкт-Петербургская городская управа представила в городскую думу доклад о преимуществе переносных грелок. Они исключали риск пожаров, были экономичнее и эффективнее: в них в качестве топлива кроме дров можно было использовать уголь или кокс. В докладе обосновывалась необходимость выделить средства на устройство во время сильных морозов шестнадцати грелок и двух ­костров в самых оживленных местах города.

Финансовая комиссия, рассмотрев вопрос, постановила ассигновать 3 тысячи рублей из текущих городских средств не только на устройство переносных печей, но и на закупку для них дров и кокса.

Читайте также: 

В начале января 1895 года Александринский театр представил премьеру — спектакль по пьесе Владимира Немировича-Данченко «Золото»

Газетный зал. О чем писала пресса в ХIХ и ХХ веках?

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 5 (8070) от 16.01.2026 под заголовком «16 грелок для столицы».