Главная городская газета

Мой отец, генерал Шепетов

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Наследие

Дом с переходами

Прогулки по городу: Кирочная ул., 24 Читать полностью

Светлановская молодость

Все мое детство и юность прошли на Светлановской площади. Там тогда еще находился одноименный рынок, за которым начиналась улица, где я жил... Читать полностью

Мундир, доставленный с опозданием

Ныне британский фельдмаршальский мундир Николая II хранится в Государственном историческом музее в Москве. Читать полностью

Правый поворот

Качнул маятник общественных настроений влево и открыл дорогу большевикам Читать полностью

Завтрак на орбите

Обычным людям всегда интересно, чем питаются космонавты на орбите. Это любопытство отчасти могут удовлетворить экспонаты Военно-медицинского музея. Читать полностью

Тринадцатая субмарина

«Пришвартовалась» в школьном музее Читать полностью
Реклама
 Мой отец, генерал Шепетов  | И. М. Шепетов в плену в крепости Летцен. Июнь 1942 г. ФОТО из семейного архива

И. М. Шепетов в плену в крепости Летцен. Июнь 1942 г. ФОТО из семейного архива

Я видел первый день войны. Потом был в оккупации два с половиной года. Забыть это невозможно, хотя с тех пор прошло уже много лет. Но самое большое испытание мне выпало, когда я узнал о трагической судьбе моего отца...

Перед войной мы жили в городе Черновицы, который находился на границе с Румынией. Мой отец, тогда полковник Иван Михайлович Шепетов, был командиром 96-й горнострелковой дивизии, расположенной в предгорьях Карпат.

16 июня 1941 года маме сделали операцию, она лежала в больнице.

Всю предвоенную неделю отец, взяв с собой меня, тринадцатилетнего, ездил с проверкой по полкам дивизии, которые занимались строительством укреплений вдоль румынской границы.

В ночь на 22 июня я проснулся от грохота. Отца дома не было, но прибежал его адъютант. «Вставай, Юрка, война!» - прокричал он. Отец забрал маму из больницы, и 24 июня, бросив все, мы уехали на грузовой машине, заполненной женщинами и детьми, в Киев.

Прощание с отцом было коротким и поспешным. Он подарил маме цветы, а мне часы со своей руки. Кадровый военный, за плечами которого был опыт Гражданской войны, он громких слов не произнес и никаких обещаний нам не дал. Но чувства, что мы расстаемся с ним навсегда, у нас с мамой тогда не возникло...

Наше бегство от войны под бомбежками и обстрелами оказалось ужасным. После дорожной тряски операционные швы у матери разошлись, началось кровотечение. Но мы сумели в начале июля добраться до Кировограда, где жила ее сестра Галя... Немцы заняли город 10 августа 1941 года.

Все наши документы мать предусмотрительно уничтожила. Мы были беженцы, и здесь таких оказались несколько тысяч. Мать проболела почти год и осталась инвалидом. Дом, где мы жили, находился на окраине и в глубине двора. Когда маму спрашивали, где ее муж, а меня про отца, мы говорили, что он не военный, а врач, которого призвали в армию. Это нас спасло от любопытства соседей, полиции.

Наша жизнь в оккупации все два с половиной года была ужасной. Нас терзали голод и холод, но более всего ужас, что кто-то выдаст полиции или меня поймают при очередной облаве, найдут при проверке. Я жил в подвале, в норе под стенкой, иногда на чердаке сарая или дома. Облавы на молодежь для отправки на работы в Германию проводились в Кировограде часто. Полицаи неоднократно осматривали дом и двор, но мое убежище ни разу не обнаружили. 7 января 1944 года после тяжелых боев Кировоград был освобожден.

Как только заработал военкомат, а это было через пару недель после изгнания врага, его стали осаждать толпы женщин, желающих узнать о судьбе своих воевавших близких. Среди них была и моя мать. Нам долго не давали ответа, и лишь 13 мая 1944 года мама получила справку, что Герой Советского Союза генерал-майор И. М. Шепетов пропал без вести. Для нас это стало ошеломляющей новостью. Гордость за отца - героя, надежда, что раз не погиб, то не все еще потеряно, тревога за будущее смешались в одно целое. Однако шли годы, но в нашей жизни ничего не менялось. Подробности о том, что произошло с отцом, мы узнали лишь в 1965 году.

Повышение в звании Иван Михайлович получил в октябре 1941 года, а Звезду Героя и орден Ленина месяцем позже за успешную операцию в августе, когда его дивизия прорвала кольцо окружения и обеспечила переправу армии через Днепр. А в мае 1942 года в боях под Харьковом, когда дивизия выходила из окружения и несла большие потери, он был ранен и попал в плен.

Больше месяца его лечили в госпитале крепости Летцен. Затем переместили в лагерь военнопленных Хаммельбург. В декабре 1942 года он был там арестован тайной полицией и отправлен в Нюрнберг. Здесь его судили за активное противодействие немецким властям и уже как политзаключенного отправили в концлагерь СС Флоссенбург (Бавария), где он был убит 21 мая 1943 года. Его награды, Золотая звезда № 565 и орден Ленина, были использованы немцами в 1944 году при подготовке покушения на Сталина (ими «наградили» диверсанта, заброшенного в наш тыл). По-видимому, именно этот факт стал причиной того, почему так долго нам не давали сведений об отце.

На родине моего отца в Днепродзержинске (теперь - Каменское) установлен его бюст. Есть мемориальная доска в Кировограде. И более того - в октябре 2009 года немецкий народный союз по уходу за воинскими захоронениями установил мемориальную доску трагически погибшему генералу Шепетову в капелле мемориального центра концлагеря Флоссенбург.

А в июле 2012 года, когда я приехал на место гибели моего отца (это был день памяти жертв концлагеря), случилось невероятное событие. Мне передали его фотографию, которая была сделана 75 лет назад в крепости Летцен. Президент Баварии Хорст Зеегофер расписался на обратной стороне снимка, сказав: «Это тоже наша история». О трагических ошибках в истории человечества никому забывать не стоит.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook