Жизнь после ада

Чем дольше живу, тем больше убеждаюсь: есть наркомафия и есть мафия борцов с наркомафией. Если бы в один прекрасный день все наркоманы вылечились, это стало бы настоящей катастрофой для тысяч людей, денно и нощно радеющих об их излечении. Какие деньги крутятся в этом благородном бизнесе, одному Богу известно. И, что интересно, большая часть этих денег достается явно не врачам-наркологам...

Жизнь после ада | Спасти этого человека медицина еще в состоянии, но дальнейшая его судьба - под большим вопросом. ФОТО Марианы ЛЫСЦЕВОЙ/ТАСС

Спасти этого человека медицина еще в состоянии, но дальнейшая его судьба - под большим вопросом. ФОТО Марианы ЛЫСЦЕВОЙ/ТАСС

С иглы... на иглу

Процесс возвращения в нормальную жизнь спасенного от смерти наркомана, как известно, называется реабилитацией. Вы, может быть, не поверите, но вот официальная информация, оглашенная на прошедшей недавно в Петербурге научно-практической конференции «Комплексная реабилитация и ресоциализация потребителей наркотиков: проблемы и перспективы». Оказывается, в 2015 году Комиссия ООН по наркотическим средствам признала российскую модель оказания наркологической помощи передовой.

Для сведения: на сегодняшний день в России три (!) государственных реабилитационных учреждения, 15 отделений со статусом центра, а также 109 стационарных и 70 амбулаторных реабилитационных отделений. Достаточно ли этого для страны, где, только по данным диспансерного учета, имеются около 700 тысяч наркоманов, а просто активно потребляющих - более 3 миллионов? В ООН, видимо, считают, что достаточно.

Но, к счастью, есть более качественный индикатор ситуации. В негосударственном секторе действует около 900 (!) организаций, занимающихся реабилитацией. А коли они существуют, значит, на них есть спрос. И, видимо, там и клубится основной контингент желающих порвать с наркотиками.

Разумеется, огульно утверждать, что во всех этих структурах озабочены лишь тем, чтобы делать деньги на человеческой беде, было бы несправедливым. Многие из них существуют в статусе общественных организаций, зарабатывают сами (например, на результатах трудотерапии своих реабилитантов), пользуются грантами или пожертвованиями. Но в том, что большую часть этого рынка занимает коммерческий сектор, сомневаться не приходится. Стоимость услуг бывает весьма высока. Тем более что на таковые услуги опытные «благодетели» порой подсаживают наркоманов, как на новую иглу.

Деньги эти, идущие в карманы предпринимателей от наркологии, государством, безусловно, потеряны (в лучшем случае малую часть из них оно получает в виде налогов). Казалось бы, чего проще - надо отобрать хлеб у частника, расширить государственный сектор! Зачем позволять каким-то сомнительным людям обирать несчастных?! Но не все так просто. Ведь даже в уже имеющихся государственных структурах очередей из пациентов не наблюдается. Более того, практически во всех из них имеются избыточные ресурсы (места в стационарах, высококлассное оборудование, необходимые препараты и т. д.). А лечиться амбулаторно после стационара изъявляют желание лишь 5% оклемавшихся наркоманов.

Все дело в том, что в соревновании с государством у частника есть непобиваемый козырь: анонимность. Коммерческой структуре, по сути, все равно, кому она оказывает услуги, - плати деньги и лечись. Государство же без документов (за исключением, конечно, случаев экстренной медицинской помощи) лечить никого не может. Хотя бы из соображений элементарной финансовой дисциплины - всегда надо понимать, на кого, зачем и насколько обоснованно потрачены деньги налогоплательщика.

Сей неизбежный расклад выбивает из государственного сектора реабилитации наркоманов по крайней мере две категории клиентов. Первая - люди, не имеющие документов (что для данного специфического контингента вполне типично). Вторая - люди, не желающие светить свои персональные данные, ибо не знают, как и кем они завтра могут быть использованы. Этот сидящий буквально в подкорке страх перед Системой ничем не убить, и никакие убеждения здесь не помогут.

Придется, таким образом, оставить соотношение государственного и частного секторов как есть, надеясь, что ситуацию сбалансирует сам рынок. Но при этом желательно все же знать, что творится за стенами тех самых негосударственных структур. Как и чем там лечат? Как обращаются с людьми? Неоднократно приходилось слышать, что во многих таких местах наркоманов приковывают к кроватям наручниками или используют как рабов. Известно, что на этом поле активно работают религиозные фундаменталисты, тоталитарные секты, иностранные религиозные организации и миссионеры. Чем они заменят наркозависимость, это большой вопрос.

Система вне закона

Какой-то механизм государственного контроля над этой сферой, таким образом, просто необходим. И попытка его создать была предпринята. 18 апреля 2011 г. состоялось заседание президиума Государственного совета, обсудившее противодействие потреблению наркотиков среди молодежи. По его итогам тогдашний президент Дмитрий Медведев дал поручение правительству РФ совместно с органами власти субъектов Федерации организовать национальную систему медико-социальной реабилитации и ресоциализации лиц, прошедших курс лечения от наркотической зависимости. В основе этой системы должно было лежать государственно-общественное партнерство, соединяющее в себе, с одной стороны, государственный заказ на социальную реабилитацию наркозависимых и контроль за его исполнением, с другой - творческую инициативу, личностный потенциал, уникальный опыт служения и милосердия общественных организаций.

В национальную сеть должны были войти лучшие реабилитационные центры страны, как государственные, так и негосударственные, а главным критерием их отбора предполагалось сделать качество, эффективность и безопасность предоставляемых услуг.

Ничего этого, как мы видим, до сих пор нет.

Пока не воплощается в жизнь и разработанная по поручению уже следующего президента России государственная межведомственная программа «Комплексная реабилитация и ресоциализация потребителей наркотических средств и психотропных веществ». Название ее, правда, почти дословно повторил специальный        раздел уже следующей программы «Противодействие незаконному обороту наркотиков», утвержденной постановлением правительства РФ # 299 от 15 апреля 2014 года.

Свой вклад в разработку «грандиозных» проектов внес и Петербург. Во исполнение указанной программы 18 декабря 2015 года на расширенном заседании Антинаркотической комиссии был утвержден план мероприятий на 2016 - 2018 годы по созданию регионального сегмента той самой национальной системы, о которой говорили еще при президенте Медведеве.

Увы, с большой долей вероятности можно предположить, что и эти замечательные проекты останутся только на бумаге. По той простой причине, что налицо попытка поставить телегу впереди лошади.

Да будет вам известно, читатель, что постмедицинская реабилитация (на официальном языке - комплексная, или КР) формально медицинской помощью не считается. И потому определение ее термина и методологические основы организации в нормативных документах РФ не закреплены. Более того, она:

1. Не включена в перечень лицензируемых видов деятельности;

2. Не предусмотрена федеральным законодательством;

3. Не входит в компетенцию федеральных и региональных органов исполнительной власти в сфере охраны здоровья и социальной защиты граждан.

Говоря по-простому, в данной сфере царит полный правовой произвол. И если государственные структуры, занимающиеся этой деятельностью, еще поддаются какому-то контролю, то негосударственные можно проверить лишь чисто формально: законность предпринимательства, уплата налогов и т. д. Спросить же по существу: «А что вы там делаете с наркоманами?» - никто не имеет права. До тех пор, разумеется, пока не обнаружатся факты приковывания наручниками или нанесения вреда здоровью.

Надо ли говорить, что в таких условиях как-то регламентировать работу этого дикого рынка весьма затруднительно.

Автобус надежды

Правовой вакуум имеет и чисто прикладные, локального свойства, но весьма важные для всех нас последствия. Простая ситуация: поскольку КР как таковая официально не существует, органы наркоконтроля (теперь находящиеся в структуре МВД) снимают наркомана с учета, как только он покидает медицинское учреждение. Медики считают, что процесс его излечения только начинается, а правоохранители ставят точку: здоров. Соответственно, ему не грозит административное наказание за уклонение от лечения наркомании, и стимулов выполнять предписания врачей у него не будет.

Реабилитационные мероприятия не положены и отбывающим наказание в местах лишения свободы. Между тем проблема, что называется, вопиет. По своим масштабам наркопреступления - на третьем месте после краж и экономических преступлений. Число осужденных по «наркотическим» статьям все время растет. 85% этих людей сами потребляют наркотики. Покинув места лишения свободы, они возобновляют потребление, и, как показало социологическое исследование, уже в первые полгода 61% освободившихся снова становятся на преступный путь.

Ни в государственные, ни в частные реабилитационные структуры эти люди сами, скорее всего, не пойдут. Выражаясь научным языком, им не хватает мотивации. Кто и как ее будет формировать? Кому это нужно?

В мировой практике сейчас получили большое распространение низкопороговые («уличные») сервисы, в том числе так называемые программы снижения вреда. Наш Государственный антинаркотический комитет, правда, реабилитационными их не считает и в вышеуказанную национальную систему не включает. Неудивительно - ведь они не пытаются «исправить» наркомана, а принимают его таким, каков он есть. В Петербурге эти структуры представляют два благотворительных фонда - «Диакония» и «Гуманитарное действие». В их распоряжении - несколько автобусов, где наркоманы могут получить горячую еду, обменять шприцы, пройти тест на ВИЧ-инфекцию. Основное преимущество этих сервисов - абсолютная доступность и полная анонимность.

Казалось бы, такая деятельность только провоцирует потребление наркотиков. Однако в этих автобусах рядом с медиками - психологи, социальные работники, юристы. С каждым посетителем они обстоятельно беседуют и исподволь, без нажима, подводят его к мысли об изменении своей судьбы. Того, кто такое решение примет, берут под социальный патронат: отводят к врачам, если нужно - помогают с регистрацией (что дает возможность получать государственную медицинскую помощь) или восстановлением утраченных документов.

Важный момент - участие в этой работе так называемых равных консультантов. То есть людей, которые сами прошли через наркотический ад и смогли из него вырваться. Разумеется, такому человеку наркоман доверяет больше. Тем более что тот на него не давит, а лишь примером своей жизни дает знак: выход есть!

С одним из таких «равных» я познакомился в автобусе «Гуманитарного действия». При моем вопросе, как ему удалось «соскочить с иглы», глаза его увлажнились, и он тихо сказал: «Анонимные наркоманы».

Организация, многократно у нас раскритикованная как якобы «зомбирующая сознание», эффективно работает сегодня в 137 странах мира. При всех возможных к ней претензиях несомненно одно: она, безусловно, честная и свободная от коммерческого интереса. Эффект достигается за счет общения наркомана с себе подобными и появления коллективной мотивации на излечение. Позитивная энергия, таким образом, идет ИЗНУТРИ самого наркоманского сообщества, а не продуцируется какой-то внешней (кому-то может даже показаться - враждебной) силой.

Разумеется, этот вариант «народной медицины» не единственный. Каждый созревший для возвращения в нормальную жизнь может найти подходящий для себя путь. Важно одно: пока там, наверху, большие дяди за большие деньги разрабатывают грандиозные планы, здесь, внизу, идет подспудная, тяжелая, часто неблагодарная работа. Включается инстинкт самосохранения - человечество пытается спасти само себя от мирового зла. И зла становится меньше. Во всяком случае очень хочется в это верить.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 199 (5816) от 25.10.2016.

Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Не спеша по скоростной. Как проходит строительство платной трассы из Петербурга в Москву?
23 Мая 2018

Не спеша по скоростной. Как проходит строительство платной трассы из Петербурга в Москву?

На подходе к Петербургу магистраль далека от готовности, и дорожникам придется очень постараться, чтобы открыть движение хотя бы к концу нынешнего года. К задержке могли привести как уточнения проекта...

Прощайте, Даниил Александрович
06 Июля 2017

Прощайте, Даниил Александрович

В ночь на 5 июля в Петербурге на 99-м году жизни скончался писатель Даниил Гранин.

Юность, красота и успех
06 Июля 2017

Юность, красота и успех

Интервью с Алёной Корневой, чья исследовательская работа «Я знал и труд, и вдохновение…» прочно укрепилась в пятёрке самых читаемых материалов на сайте

Спектральный анализ по сходной цене
15 Июня 2017

Спектральный анализ по сходной цене

В советском уголовном праве было понятие «исключительный цинизм». Оно представляло собой квалифицирующий признак, усугубляющий вину. В УК Украины и Белоруссии оно осталось, из УК РФ — исчезло.

Муринский прокол
15 Июня 2017

Муринский прокол

Второй въезд в Мурино из Петербурга построят к осени

Уйти достойно
31 Мая 2017

Уйти достойно

Хотя в России упрощен доступ к обезболивающим препаратам, это не облегчает страдания пациентов

Экологическая «прививка»
29 Мая 2017

Экологическая «прививка»

В Петербурге завершился VIII Невский международный экологический конгресс, организаторами которого выступили Межпарламентская ассамблея (МПА) стран - участниц СНГ и Минприроды РФ.

Уберут ли Uber?
23 Мая 2017

Уберут ли Uber?

На сегодня сервис заказа такси Uber работает почти в 400 городах и 68 странах мира. На него с удовольствием переходят потребители...

Метро на вырост
18 Мая 2017

Метро на вырост

Конечная станция Ф-2 - второй очереди Фрунзенского радиуса - в 70-процентной степени готовности.

Ладожский клин
12 Мая 2017

Ладожский клин

Одно из мероприятий в преддверии празднования 90-летия Ленобласти получится грустным. Тональность международной конференции по Ладоге, которая открылась сегодня в Москве и собрала многих видных учены...

Детство кончилось
10 Мая 2017

Детство кончилось

Парадоксально, но затормозить развитие некоторых детей можно, впихнув их в группу сверхраннего развития.

Военные архивы
03 Мая 2017

Военные архивы

Где хранятся документы о военных и участниках Великой Отечественной войны