Главная городская газета

Во глубине сибирских руд

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Общество

Не платишь? Поплатишься!

Два петербургских предпринимателя за систематически задержку выплаты заработной платы своим работникам, поплатились свободой. Читать полностью

Россиянам разрешат самим вырубать елки перед Новым годом

Жителям России могут разрешить самостоятельно вырубать елки перед празднованием Нового года. Читать полностью

Вопрос–ответ 18 октября 2017

В этом году красивый и обильный листопад. Дворники мешками убирают опавшую листву с уличных газонов. А зачем? Читать полностью

«От чего бывает вдруг этот горестный недуг...»

Военно-медицинский музей, обычно отличающийся строгой академичностью, предложил на этот раз своим посетителям тему достаточно пикантную. Читать полностью

Паркинг ушел с молотка

Очередные торги Фонда имущества Петербурга, состоялись по программе Смольного в начале октября. Читать полностью
Реклама
Реклама
Во глубине сибирских руд | Министр обороны Шойгу вспоминает свою археологическую юность: на раскопках могильника Эки-Оттуг, Тувинская экспедиция, 2012 г.<br>ФОТО из архива Института истории материальной культуры РАН

Министр обороны Шойгу вспоминает свою археологическую юность: на раскопках могильника Эки-Оттуг, Тувинская экспедиция, 2012 г.
ФОТО из архива Института истории материальной культуры РАН

50-летие Саяно-Тувинской экспедиции отмечает вовсе не только «главный герой» — петербургский Институт истории материальной культуры РАН (прежде – Ленинградское отделение института археологии АН СССР). На раскопках в Саянах и Туве уже пятый год будут работать молодые волонтеры из 38 стран. Конкурс – как в хороший вуз, от пяти до десяти человек на место.

«Мне достался каменный век»

Саяно-Тувинскую археологическую экспедицию снарядили в 1965-м – вести раскопки на месте проектируемой Саяно-Шушенской ГЭС: об археологических памятниках в тех местах упоминалось уже в документах XVII века.

– Мы еще до начала работ смогли подсчитать примерное количество объектов, которое надо раскопать. Около пяти тысяч курганов, – рассказывает один из руководителей экспедиции Сергей Астахов.

Это позже у экспедиционных отрядов появились катера, машины, вертолеты, вспоминает ученый. Первоначально была только деревянная лодка, а Енисей – река порожистая.

– Мы распределили работу по эпохам, на мою долю достался каменный век, – говорит Астахов. – Если в начале раскопок было зафиксировано около десятка палеолитических стоянок, то потом – сотни, и если сначала речь шла о памятниках, возраст которых не выходил за пределы 15 – 20 тысяч лет, то потом были открыты памятники, возраст которых около 350 тысяч лет. Мы увеличили историю Тувы вглубь на сотни тысяч лет.

Ученик Астахова, а теперь зав. отделом археологии палеолита Сергей Васильев рассказывает, как в 1970-х нашли глиняную статуэтку. Возраст – 16 тысяч лет.

– Мы явились в кабинет к директору Эрмитажа Борису Борисовичу Пиотровскому, показали статуэтку. Он сказал: «Сережа, мы ее отреставрируем, но с одним условием – чтобы она больше не покидала эти стены».

Сейчас она в экспозиции Эрмитажа.

Экспедиция разрослась и поделилась на две части – Саянскую и Тувинскую. И если прежде ученые спешили изучить/спасти памятники в зоне будущего затопления, то есть водохранилища ГЭС, то теперь готовят почву для другого крупного проекта. В 2007 году правительство РФ одобрило строительство 400-километровой железнодорожной линии Кызыл – Курагино, связывающей Туву с Красноярским краем.

Сергей Васильев работает вместе с коллегами из Хакасии в верховьях Абакана – дальше только знаменитая отшельница из старообрядцев Агафья Лыкова живет. На трассе Кызыл – Курагино, рассказывает Васильев, целый «слоеный пирог» обнаружился: сверху – скифы, глубже – бронзовый век, «и еще глубже, совершенно неожиданно, палеолит». Пришлось срочно (дело было в октябре, уже снег лег) вести работы. Кроме каменных орудий и костей вымерших животных (гигантских оленей, бизонов) нашли занятный амулет. Мраморная галька. Еле в руке умещается. Возраст – 12 тысяч лет. 37 нарезок по краю, крестообразные насечки. Дело в том, что мрамора в тех местах нет. Ближайшее месторождение километрах в ста – то есть вещица принесенная.

...Железная дорога пройдет прямо через эту стоянку.


Саянская и Тувинская

Такого рода экспедиции археологи называют «новостроечными». Самая что ни на есть прикладная наука. По федеральному закону # 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия...», каждый, кто надумал вести какую-либо хозяйственную деятельность на некой территории, должен проверить, нет ли там объектов культурного наследия. Если есть – принять меры к сохранению. Исполнители такого рода работ, разумеется, археологи.

Та экспедиция, которая Саянская, работает на юге Красноярского края. Охватывает восточную часть Минусинской котловины и Западные Саяны, где будет самая сложная часть строительства – с мостами и туннелями.

– Только на территории Красноярского края несколько сотен памятников, из них 88 попадают в зону строительства железной дороги, мы там проводим спасательные раскопки, – говорит начальник Саянской экспедиции Андрей Поляков.

Разумеется, есть открытия. Тем более что восточная часть Минусинской котловины была слабо изучена: прежние крупные экспедиции работали в зоне будущего затопления, а районы, приближенные к тайге, изучались гораздо меньше.

– Нами уже исследовано около 60 памятников, они перекрывают практически весь диапазон культур, от палеолита до средневековья, – продолжает Поляков. – Практически на всех хронологических горизонтах мы колоссально расширили наши научные знания о том, как проходило заселение этих территорий.

Поляков демонстрировал в ТАСС найденные вещи эпохи средневековья. Из захоронения воина XI – XII веков – набор стрел на все случаи жизни, хоть на зверя, хоть на человека без доспехов. В захоронении женщины (IX – X века н. э.) украшения, в том числе позолоченная бронза. Серьги, фрагмент зеркала. Интересно то, что в непотревоженных могильниках вещи поломанные или разбитые.

Ученый объясняет: во-первых, чтобы попасть в загробный мир вместе с хозяином, вещь тоже должна была «умереть», потерять целостность; во-вторых, по захороненным в разных могилах частям одного предмета умершие близкие могли «узнать» друг друга.

Вообще-то найти неразграбленный курган – редкая удача. Нынешние черные археологи далеко не первопроходцы.

– 98% курганов разграблены, – комментирует Марина Килуновская, начальник Тувинской экспедиции. – Причем в большинстве случаев грабили свои же, практически современники погребенных.

Хотели нажиться? Не факт. Как поясняет Андрей Поляков, есть и версия о некой инициации, через которую проходили юные: забраться в могилу предка и не струсить.

Впрочем, был период в истории Сибири, когда целые деревни именно наживались на таких «копаниях».


Да, скифы они

У Тувинской экспедиции тоже дел невпроворот.

– Железная дорога пройдет по тем местам, которые наиболее насыщены археологическими памятниками, – отмечает Килуновская. – Видимо, это была старая кочевая тропа, связывающая Красноярский край, такой «большой мир», и Тувинскую котловину. Здесь мы находим цепочку курганных могильников различных исторических эпох, но есть и стоянки.

Работы в Туве разделились на две части. Первая – «Долина царей», где раскопаны знаменитые скифские курганы «Арджаан-1» и «Арджаан-2» (там в 2001 году было найдено захоронение скифского царя). Вторая – у впадения реки Ээрбек в Енисей, где планируется строительство крупной ж/д станции. «В этом месте мы обнаружили больше 70 памятников, в том числе курганных могильников, а каждый могильник – это от 2 до 12 курганов».

Сейчас раскопано больше 150 погребальных памятников по железнодорожной трассе.

– Мы можем подойти к решению главной научной проблемы – происхождению скифов, – говорит Килуновская.

Участники Саянской и Тувинской экспедиций считают себя наследниками той, Саяно-Тувинской, не на словах. Каждый год они работают и возле Саяно-Шушенской ГЭС. Многие памятники недоисследованы, надо опережать черных археологов. Это для ученых «общественная нагрузка». Деньги на такую работу получили лишь однажды, в 2011 году, – Анатолий Чубайс дал.

Что до «новостроечных» работ, то для археологов они и удобны и неудобны.

Удобны – потому что государству или бизнесу строиться надо, экспертиза обязательна – значит, ученые получают возможность удовлетворить свое любопытство за счет государства или бизнеса.

Неудобно – потому что иногда заказчик нетерпелив: закругляйтесь, господа ученые, побыстрее.

– В нашем договоре с заказчиком работ всегда есть техническое задание и календарный план, в который мы должны уложиться, – рассказывает зам. директора института Наталья Соловьева. – Но бывает, мы находим мощный пласт, допустим, эпохи камня, и тогда требуется гораздо больше времени и усилий.

В этом конкретном проекте ученым повезло: помогает Русское географическое общество, президент которого министр обороны Сергей Шойгу сам в юности работал на раскопках.

Но и в целом заказчики, говорит Соловьева, все чаще идут навстречу. В Петербурге, например, некоторые застройщики даже просят отдать им какие-нибудь найденные артефакты – свою выставку сделать.

С артефактами, к слову, отдельная проблема.

– По закону, институт имеет право три года хранить у себя находки для научной обработки, – комментирует Соловьева. – После мы обязаны передать их Государственному музейному фонду, а он распределяет их по музеям.

Вот только музеям они не очень-то нужны. Фонды переполнены, и речь чаще не о статуэтке вроде той, которая приглянулась Эрмитажу, а о фрагментах керамики и т. п.

После изучения то, что было найдено Саянской и Тувинской экспедициями, отправится в Минусинский краеведческий музей, один из старейших в Сибири.

Специального музея археологии в России нет.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook