Главная городская газета

Свой дом после 35 лет жизни в интернатах

Свежие материалы Общество

Справедливость — его ремесло

На днях, 14 сентября, на «Литераторских мостках» Волковского кладбища торжественно открыли надгробный памятник Анатолий Федорович Кони после реставрации Читать полностью

Химчистка для полигона

Когда рассеется туман над «Красным Бором».

Читать полностью

Не браконьер, а рыбовод!

Кержаков «отнерестился» на Ладоге.

Читать полностью

Лужа на семи мостах

Новым островам в дельте Невы не улыбнулась судьба Китеж-града.

Читать полностью

Виноградный дуэт

Калейдоскопом ярких, но иных, нежели весной и летом, красок может удивить осенний сад.

Читать полностью

Осенний марафет

«Осень она не спросит, осень она приедет...» — звучит известная мелодия.

Читать полностью
Реклама
Свой дом после 35 лет жизни в интернатах | Самостоятельная жизнь сложна и полна тревог, но она лучше интернатовского «счастья». ФОТО АВТОРА

Самостоятельная жизнь сложна и полна тревог, но она лучше интернатовского «счастья». ФОТО АВТОРА

У всех нас есть тот или иной опыт «общежитского» проживания. Даже если не довелось делить комнату с парой-тройкой однокурсников, учась в вузе, то наверняка приходилось бывать в детском лагере, санатории или лежать в большой больничной палате. Но опыт большинства в основном краткосрочный - несколько дней, недель, месяцев, в крайнем случае лет. Для Юли Калаевой это была вся жизнь. Начиная с дома ребенка и заканчивая психоневрологическим интернатом. О своем доме Юля не мечтала, ведь даже представить такое было невозможно...

Лежи, «лежак»

Родители оставили Юлю в роддоме сразу после рождения. Можно только догадываться, что говорили им врачи, так как проблем со здоровьем у нее хватает. Своего раннего детства она не помнит, первые воспоминания уже «школьного» периода, лет с семи-восьми (вот только школы у нее в детском доме-интернате, как тогда говорили, «для умственно отсталых», не было).

- В детдоме жили по-разному. В обычной группе - по 18 человек, «на лежаках», где лежачие и колясочники, - человек 14 - 15, не больше, - вспоминает Юля. - Я почти постоянно «на лежаках» была, но так как в детстве немного ходила, меня порой переводили в группу, где активные ребята. Только переведут, неделя-другая, с ногами стало хуже - и обратно. Так по группам и гоняли, туда-сюда. Обучения у нас не было практически никакого. Очень об этом жалею. Читать я могу, но писать почти нет. Когда общаюсь в Интернете, я на телефон говорю, он сам печатает.

Дорога из детского дома для «особых» ребятишек только одна - в психоневрологический интернат.

- Меня утром врач позвала на осмотр, там я и услышала: «Мы тебя сегодня переводим». Я так прям и села... Расстроилась, слезы потекли. Меня собрали и отвезли. Я там сидела в приемном покое и плакала, плакала...

Конечно, все мы знали о том, что нас ждет, но переезд дался тяжело. В детском доме, если ребята лежачие, то приходила санитарочка, которая не только покормит, но и повернет, и белье перестелет. Следили, чтобы не было пролежней, на прогулки вывозили, как-то сажали, пытались с нами заниматься. В интернате же - привели в палату, показали «твоя кровать, твоя тумбочка», делай, что хочешь. Если лежишь и не можешь шевелиться, то и лежи.

В Юлиной палате тогда было 13 человек всех возрастов - от очень пожилых до таких, как она, 18-летних выпускников детдома. Никто и никогда не называл, да и не смог бы назвать место, где они жили не то что «своим домом», но хотя бы просто «своей комнатой». Это были именно больничные палаты, постояльцам которых предстояло «проболеть» в них всю свою жизнь.

Открытая перспектива

Но Юле повезло. Ведь ее из детского дома перевели именно в тот ПНИ, в который примерно в то же время пришли волонтеры благотворительной организации «Перспективы».

- Если бы не они, всего этого бы не было, - обводит Юля глазами кухню, на которой мы разговариваем, распивая чай. В свою квартиру Юля перебралась совсем недавно, прошлой осенью. В комнате переливчато беседуют попугайчики, а под ногами снует маленький вертлявый песик Игнат. Щенок - это практическое первое Юлино приобретение - подарок себе на новоселье.

- В интернате я оказалась в той же палате, что и выпускники детдома № 4, с которыми волонтеры занимались раньше и за которыми пришли в ПНИ. Я их всех помню по именам: Света, Филипп, Рома, Илона, Маша, Маргарита... Было удивительно вначале - какие-то люди, не санитарки, не воспитатели. Но они с нами занимались, устраивали какие-то праздники, куда-то возили. Без них все, что ты можешь делать, - это или на кровати в палате лежать, или по коридору пройтись туда-сюда.

Особенно Юля подружилась с Илоной. И та пригласила ее в гости. Написала требуемое заявление на «домашний отпуск» и привезла Юлю на несколько дней к себе домой.

- Я впервые увидела, что такое дом. Увидела, как люди живут. Вот тогда и захотелось самой, чтобы свое, не палата. Но тогда я еще не думала прямо так: «Хочу свою квартиру». Да и представить, что такое может быть, не смогла бы. Но если у Илоны жила долго, очень расстраивалась, когда надо было в интернат возвращаться. И в последний раз от нее я поехала не в интернат, а в тренировочную квартиру.

Такую квартиру «Перспективы» открыли в начале прошлого года. В ней ребята из интерната, имеющие тяжелую инвалидность, в течение четырех месяцев пробуют жить самостоятельно, для начала - с поддержкой опытного педагога.

- Когда я там жила, мне сказали, что у меня будет своя квартира. Я даже не знаю, верила я в это или нет. Я и сейчас боюсь, как бы ее государство не забрало обратно. Вдруг решат, что я не могу жить сама...

За несколько месяцев абсолютной самостоятельности Юля вполне освоилась. Ее квартира на первом этаже нового дома. Видно, что при строительстве проживание колясочника уже было заложено в план. Дверные проемы широкие, вход в подъезд оборудован хорошим пандусом. Хотя на пенсию особо не разгуляешься, Юля не унывает. Конечно, если бы не помощь ее друзей-волонтеров, то обустроиться было бы намного сложнее. Ведь с собой из ПНИ она увезла только немного одежды, свой ноутбук и клетку с птичкой, которую ей там разрешали держать. И первым делом Юля позаботилась о попугайчике, приобретя ему в зоомагазине подружку, и купила щенка, о котором давно мечтала.

Возможно, подобная трата и так не слишком больших финансовых ресурсов многим покажется неразумной или детской. В конце концов собачку-компаньона можно найти и совершенно бесплатно. Но на такой комментарий Юля упрямо закусывает губу: «У него порода, паспорт, прививки, все-все...». Может быть, для нее особенно важно завести четвероногого друга не из приюта, иметь право самой решить, что самое важное и необходимое в ее новой самостоятельной жизни.

Друг Игнат заодно дает Юле повод выбраться из дома, с собачкой ведь надо гулять. Перед прогулкой его наряжают в модный комбинезон, который Юле подарили соседи, тоже гуляющие с собачкой похожих размеров. Выходит, Игнат еще и знакомиться с людьми помогает. Впрочем, коммуникативных проблем у Юли нет. Она человек открытый и уже успела познакомиться и со многими соседями, и с дворниками. И даже устроить маленький «домашний отпуск» для пары подруг из интерната, просившихся в гости «посмотреть на дом».

Конечно, все совсем не безоблачно. Юля со вздохом перечисляет, что еще необходимо купить для обустройства жилья. Делится впечатлениями от попыток впервые самостоятельно оплатить коммунальные услуги, которые существенно «откусили» от ее инвалидной пенсии. Переживает, что на коляске ездить по городу тяжело, и не всегда удается попасть куда хочется. И новую обувь надо покупать, причем срочно... Но аргумент - пусть в интернате не весело, зато оденут, накормят и волноваться «на что жить» не надо - тут же решительно отметает: «Ну уж нет, не надо мне такого счастья».

Вместо комментария

Надежда СОТА, педагог тренировочной квартиры, сотрудница благотворительной организации «Перспективы»:

- Важно было преодолеть Юлины страхи перед самостоятельной жизнью. Их у нее было много, для нас с вами непонятных. Страх, что вдруг скажет или сделает что-то не то и у нее все заберут и опять отправят в интернат. Да и новая жизнь вне интерната - это неизвестность, это страшно...

Хотя Юля была более подготовлена, чем другие. Она бывала в гостях, видела, как живут люди, их быт. А то у нас один мальчик недавно прочитал в рецепте слова про «сырые куриные яйца» и просто впал в ступор. Он в интернате ел вареные яйца, конечно, но знать не знал, что они куриные. И тем более что бывают сырые...

Понятно, что она переживала «у меня не хватит денег, никто не возьмет меня на работу, я никому не буду нужна»... Я ей всегда говорила: «Юля, ты обаятельный умный человек, у тебя не может быть таких проблем, если ты сама в себе не замкнешься». Сейчас для нее главное - решить вопрос с работой, найти интересы в жизни. Ей нужна поддержка, и мы помогаем. Но в целом я за нее спокойна, потому что уверена - она справится.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook