Самое почетное место захоронения. Прах полководца Суворова хотели перенести

Весна 1941 года. На почтовой карточке с фотографией Суворовского музея второй секретарь городского комитета ВКП(б) Алексей Кузнецов карандашом пишет вопрос, адресованный главному архитектору Ленинграда Николаю Баранову: «Кто должен восстановить здание?».

Самое почетное место захоронения. Прах полководца Суворова хотели перенести | Репродукция. ФОТО Сергея ГЛЕЗЕРОВА

Репродукция. ФОТО Сергея ГЛЕЗЕРОВА

Почему речь шла именно о «восстановлении»? По всей видимости, именно таким термином был обозначен существенный ремонт, требовавшийся помещениям. Как известно, после революции Суворов попал в число «приспешников царского режима», посвященный ему музей был в 1918 году закрыт. Некоторое время его помещения занимал Аэромузей, созданный по инициативе Осоавиахима (Общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству).

В середине 1930‑х годов государственная политика стала перестраиваться на патриотический лад, полководцев прошлого подняли на щит. Появились и планы возродить Суворовский музей. Более того — даже перенес­ти в него прах полководца, захороненный в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры… С этим и был связан вопрос Алексея Кузнецова, адресованный Николаю Баранову.

Тот в своей докладной записке, которая тоже сохранилась в Центральном государственном архиве Санкт-Петербурга, ответил, что восстановить здание силами ленинградских архитекторов и воссоздать там Суворовский музей силами сотрудников Артиллерийского музея «вполне реально», а вот единого мнения относительно переноса могилы полководца в возрождаемый музей нет.

В подтверждение своих слов он переслал в Смольный протокол совещания совета при Музее городской скульптуры, состоявшегося в конце ноября 1940 года. Основным его вопросом как раз и было обсуждение переноса праха Суворова: звучали предложения перезахоронить останки в Казанском соборе или в Суворовском музее. Дескать, упокоить полководца надо либо рядом с Кутузовым, либо в посвященном ему музее.

Категорически против выступил на совещании совета заведующий отделом надгробной скульптуры Николай Успенский. Он отметил, что Благовещенская церковь с первых лет основания города на Неве, еще задолго до окончания строительства Петропавловского собора, стала «самым почетным в России местом захоронения». Именно по этой причине в 1800 году прах Суворова был захоронен именно в «этой старинной усыпальнице, по справедливости отмеченной всеми бытописателями как бы русским пантеоном». И с тех пор громкое имя полководца запечатлено здесь, «среди других его сподвижников и предшественников, содействовавших славе русского оружия».

Что же касается конкретных предложений по переносу праха Суворова — то они, по мнению Успенского, не выдерживали никакой критики. Перезахоронить останки в Казанском соборе, где тогда находился Музей истории религии и атеизма, — «совершенно неприемлемо», и здесь Успенского поддержал сотрудник этого музея историк-медиевист Георгий Петри. Он подчеркнул, что «нет никакого основания к этому ни по времени постройки собора, ни по тематике помещающегося в нем музея», и «по отношению к памяти Суворова, глубоко религиозного человека, это было бы, по крайней мере, странно».

Предложение захоронить полководца в Суворовском музее Успенский разгромил в пух и прах. Он заявил, что это здание «случайное по своему местоположению и не представляющее художественно-архитектурного интереса», а потому оно «не может быть почетным и достойным могилы мирового полководца».

Резко не согласились с переносом праха Суворова из Благовещенской церкви и участвовавшие в совещании писатель Владимир Боцяновский и архитектор Дмит­рий Крыжановский, а представитель Института истории Академии наук СССР зачитал мнение историка академика Евгения Тарле, также несогласного с перезахоронением.

В резолюции, принятой по итогам совещания, говорилось, что переносить куда бы то ни было прах Суворова «нецелесообразно», потому что это «нарушило бы подлинную историчность захоронения». Кроме того, отвечая на упреки в малодоступности могилы Суворова (в Благовещенской церкви тогда шел ремонт), было решено к 23 февраля 1941 года, к Дню Красной армии, обеспечить беспрепятственный доступ к захоронению знаменитого полководца.

Великая Отечественная война на время отодвинула планы по возрождению Суворовского музея. В 1943 году во время вражеского налета здание серьезно пострадало, но к 1951 году было восстановлено по проекту, разработанному архитектором Михаилом Плотниковым. В том же году музей был открыт для посетителей. А прах Суворова остался в Благовещенской церкви. Больше о его переносе уже не вспоминали.

Лучшие очерки собраны в книгах «Наследие. Избранное» том I и том II. Они продаются в книжных магазинах Петербурга, в редакции на ул. Марата, 25 и в нашем интернет-магазине.

Еще больше интересных очерков читайте на нашем канале в «Яндекс.Дзен».

#история #могила #Суворов #музеи #СССР

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 133 (7216) от 22.07.2022 под заголовком ««Среди других его сподвижников»».


Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Мысль об Артабане. Как театрал Жихарев написал «галиматью» по совету Державина
09 августа 2019

Мысль об Артабане. Как театрал Жихарев написал «галиматью» по совету Державина

Трагедия о коварном сборщике податей оказалась «смесью чуши с галиматьей, помноженных на ахинею»

Ретирадник с дверью сбоку. Как в Петербурге XIX века появились общественные туалеты
09 августа 2019

Ретирадник с дверью сбоку. Как в Петербурге XIX века появились общественные туалеты

Сделать этот вроде бы простой шаг в направлении общественного благоустройства было не так легко.

Битва без победителей. Подлинные факты о сражении под Прохоровкой в 1943 году
07 августа 2019

Битва без победителей. Подлинные факты о сражении под Прохоровкой в 1943 году

В знаменитом танковом сражении ни одна из сторон не выполнила поставленных задач. Но оно во многом определило исход Курской битвы.

Безлошадный царедворец. Что Макаренко писал о князе Кочубее
02 августа 2019

Безлошадный царедворец. Что Макаренко писал о князе Кочубее

Известный советский педагог начинал свою учительскую карьеру с того, что служил репетитором в Диканьке - имении Кочубеев на Полтавщине.

Ангел над городом. Как создавали шпиль Петропавловского собора
02 августа 2019

Ангел над городом. Как создавали шпиль Петропавловского собора

По этому рисунку Доминико Трезини был создан первый ангел, сгоревший при пожаре в 1756 году.

Признание после отказа. Почему петербургская публика не сразу оценила Федора Шаляпина
26 июля 2019

Признание после отказа. Почему петербургская публика не сразу оценила Федора Шаляпина

Покорить город на Неве великому артисту удалось не с первого раза.

Азимуты Линдуловской рощи. Как в Ленинграде зародилось спортивное ориентирование
19 июля 2019

Азимуты Линдуловской рощи. Как в Ленинграде зародилось спортивное ориентирование

У его истоков стоял преподаватель туризма ленинградец Владимир Добкович.

Гибель шведской империи: неизвестные факты о Полтавской битве
10 июля 2019

Гибель шведской империи: неизвестные факты о Полтавской битве

Баталия похоронила великодержавные мечты Карла XII.

Здание с драконами и павлинами. История дома Тупикова на Литейном проспекте
28 июня 2019

Здание с драконами и павлинами. История дома Тупикова на Литейном проспекте

При создании декоративного убранства фасадов зодчий словно бы совершенно забыл о практицизме, с головой погрузившись в мир волшебных сказок.

«Но и Дидло мне надоел». Как великий балетмейстер оказался в немилости
28 июня 2019

«Но и Дидло мне надоел». Как великий балетмейстер оказался в немилости

Выдающийся хореограф и педагог в старости был отброшен, как надоевшая игрушка.

Битва при Рауту. Почему тихое место под Сосновом назвали «Долиной смерти»?
26 июня 2019

Битва при Рауту. Почему тихое место под Сосновом назвали «Долиной смерти»?

Забытому трагический эпизод гражданской войны в Финляндии разыгрался здесь в конце зимы - весной 1918 года.

Роковая поездка. Как погибла балерина Лидия Иванова
21 июня 2019

Роковая поездка. Как погибла балерина Лидия Иванова

«В ее танцах жил мятежный, вольный дух», - писала «Ленинградская правда».