Главная городская газета

Битва против всех

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Наследие

Не забудь зажечь свечу

22 июня ровно в 4 часа... или несколько позже в окнах многих домов страны загорятся свечи памяти. Читать полностью

«Образцовые дома» града Петрова

Со времен Петра I в Северной столице сохранилось не мало домов, возведенных для «именитых», «зажиточных» и «подлых» горожан. В статусах «образцовых» строений разбирались «СПб ведомости». Читать полностью

Харьковское товарищество барона Бергенгейма

Историческое клеймо качества «ХТБЭБ» довольно часто можно встретить на петербургской плитке. Кому принадлежит этот символ и что он означает? Мы изучили знак и раскрыли его тайну. Читать полностью

Последние поэты: 100 лет назад был закрыт Императорский лицей

Ни одно учебное заведение царской России, закрытое после революции, в наши дни не вспоминают столь часто, как бывший Царскосельский лицей. Мы разобрались, что случилось с Императорским лицеем после его закрытия. Читать полностью

Зубы дракона на Мокрушах

«СПб ведомости» обнаружили в исторической хронике необычный случай появления «зубов» на Петроградской стороне. Разберемся в ситуации и рассмотрим, причем здесь «Никола-Мокрый». Читать полностью

Истории: как камердинер Пушкина воспитывал и шутливые стихи Суворова

Из рубрики «Просто анекдот» наши читатели узнают, как дядька-камердинер Никиты Всеволожского заставлял Пушкина писать стихи. А также прочтут нетленные короткие стихи Суворова, написанные после победы в Туртукае. Читать полностью
Битва против всех | Так сожжение Яна Гуса изображено в средневековой «Хронике Шпицера» (Берн, 1485 г.).<br>Источник: www.wikipedia.org

Так сожжение Яна Гуса изображено в средневековой «Хронике Шпицера» (Берн, 1485 г.).
Источник: www.wikipedia.org

Шестьсот лет назад в Европе произошло знаковое событие, имевшее далеко идущие последствия. 6 июля 1415 года в Констанце был казнен проповедник, мыслитель Ян Гус, ставший впоследствии национальным героем чешского народа. От Гуса требовали отказа от своих убеждений, но он предпочел смерть. И был сожжен на костре по решению Констанцского собора, претендовавшего на права высшей юрисдикции в католической церкви. Казнь Гуса вызвала войны между его последователями (враги называли их «гуситами») и католиками, продолжавшиеся полтора десятилетия. О том, что лежало в основе гуситского движения и почему до сих пор такой интерес вызывает личность Яна Гуса, мы беседуем с кандидатом исторических наук, научным сотрудником Санкт-Петербургского института истории РАН, богословом Павлом КРЫЛОВЫМ.

– Павел Валентинович, существует расхожая формула: Джон Уиклиф высек искру, Ян Гус зажег свечу, а Мартин Лютер осветил весь мир горящим факелом...

– Действительно, она близка к исторической реальности. Начиная с английского богослова, реформатора и предшественника протестантизма Уиклифа – а затем через гуситское движение к Лютеру, – утверждалась мысль о превосходстве авторитета Священного Писания над всем остальным. Над любыми другими мнениями, оценками, властными решениями. На Констанцском соборе Гус требовал, чтобы с помощью Библии его убедили в неправоте его тезисов. Собор же требовал от Гуса подчинения без каких-либо условий. Отказ Гуса привел его на костер.

И еще одна важнейшая мысль была близка всем троим упомянутым мыслителям. О том, что люди церкви не должны купаться в золоте и заниматься государственными делами, их призвание – учить народ жить по слову Христа, являя пример личной скромности и благочестия.

На самом деле Ян Гус был очень умеренным реформатором: он призывал очистить церковь от злоупотреблений, которые в ней всегда были. Но его противники из числа лидеров Констанцского собора представили его просто исчадием ада: им надо было продемонстрировать власть и мощь соборного решения.

Сегодня же действительно Ян Гус прежде всего известен и почитаем как символ человека, верного своим убеждениям, наперекор любым обстоятельствам вплоть до смерти, как одно из «имен Чехии». Возможно, потому что гуситство как таковое и гуситская Реформация стали делом чешского народа, можно сказать, даже проявлением средневекового мессионизма. Тогда чехи осознали себя избранными, народом Божьим, несущим истину всему христианскому миру.

Движение очень быстро приобрело национальный колорит, отчасти антинемецкий, но и в большей степени «против всех». Есть замечательная серия фильмов чешского режиссера Оттокара Вавры, снятая в 1950-е годы, – «Гуситская тетралогия». Название третьего из этих фильмов – «Против всех» – очень точно отражает суть гуситского движения: это война против всего мира...


– За что?

– В понимании гуситов – за Божью правду. У них было самоназвание «Мы Божьи воины». И были так называемые прекрасные походы, когда гуситы отправлялись проповедовать мечом, огнем, силой. Одни отряды шли к Балтийскому морю, другие по окрестным германским землям...

Замечу, что гуситское движение было интернационально. В нем участвовали не только чехи, но и немцы, французы, англичане, которых на родине преследовали за убеждения.

Против гуситов было устроено пять крестовых походов, и все они потерпели поражение. Гуситам удавалось побеждать более крупные армии с тяжеловооруженными рыцарями. Если первый поход гуситы отбили в предместьях Праги (сражение на Витковой горе в 1420 году), то последний, пятый, в 1431 году – на границе Чехии. Там даже до сражения дело не дошло: когда крестоносцы увидели многотысячную гуситскую армию, приближавшуюся с пением гимна «Кто такие Божьи воины», они сразу обратились в бегство. Настолько фанатичным и внушающим страх был сам вид гуситского войска.


– В чем же состояла, говоря современным языком, «программа» последователей Яна Гуса?

– Она состояла из так называемых пражских артикулов 1420 года.

Первый – свобода проповеди слова Божьего, второй – запрет церкви пользоваться светской властью. Чешское общество раздражало, что представители церкви занимаются не делами господними, а государственным правлением. Получая церковные доходы, сидят на государственных должностях. Против этого особенно сильно возражали чешское дворянство и аристократия.

Третий пункт, и едва ли не самый важный, – «причащение под обоими видами для всех», не только для клириков, но и для мирян. Поясню, что это значит. К XIV – XV векам в западном христианстве возникла практика, когда священник поднимал чашу и говорил: «Примите и пейте из нее все. Сия чаша есть Новый Завет в моей крови». Затем он выпивал ее один, а всем остальным раздавал только облатку (плоский круг из теста, используемый в приготовлении различных блюд. – Ред.).

Со временем такой порядок стал восприниматься как несправедливость – возможно, потому, что было с чем сравнить. Не столь далеко от чешского королевства находилось Великое княжество Литовское, где было много православного населения. Причем не только простого народа, но и представителей знати. А в православной традиции было причащение под обоими видами – хлебом и вином – для всех.

Поэтому и возникло одно из требований гуситского движения: причащаться должны все из чаши, причем не только хлебом, но и вином. То есть не только плотью, но и кровью Христовой.


– Неужели это было настолько значимо?

– Чрезвычайно! Это ведь вопрос допущения к таинству, что очень важно с религиозной точки зрения. Недаром литургическая чаша даже изображалась на знамени гуситов – как символ всего движения. А еще одним их прозвищем было «чашники». Сдавшийся им на милость враг мог рассчитывать на пощаду, причастившись из чаши. Это воспринималось гуситами как знак перехода на их сторону.

А четвертый пункт пражских артикулов – «наказание смертных грехов». В целом он отражал стремление к социальной справедливости, против неравноправия. Если говорить современными понятиями, то речь шла о равенстве всех перед законом. Имелся в виду тогда, конечно, Закон Божий, записанный в Евангелии и Ветхом Завете.

Если говорить несколько упрощенно, то ситуация выглядела так: к примеру, если клирик убьет горожанина, то первый, как человек духовного звания, отделывается покаянием. Если, наоборот, горожанин убьет клирика, то первый попадет на виселицу. Подобное вполне очевидное неравноправие увеличивало чувство несправедливости.


– Как известно, среди гуситского движения были сторонники самых радикальных действий, прежде всего так называемые табориты...

– Это была треть гуситов. Радикалы начали с того, что устроили укрепленный лагерь на горе, которую назвали в честь горы Фавор (она расположена неподалеку от Назарета и в христианстве считается местом Преображения Господня. – Ред.). По-чешски это название произносится «Табор». Там они пытались устроить коммуну наподобие первых общин христиан. Каждый входящий должен расстаться со всеми имеющимися у него драгоценностями...

Лагерь таборитов достаточно быстро попытались уничтожить, но поскольку среди них нашлось немалое количество людей, владевших оружием, то они все атаки отбили, а затем сами перешли в наступление. И движение таборитов распространилось по всей стране.

Когда табориты приходили в монастыри, они крушили все статуи, утверждая, что нельзя поклоняться идолам. Особенное отвращение они питали к золотым церковным украшениям. Как может быть в церкви золото? У Христа ведь не было золота. Он ходил босой, ничем не владел. Соответственно, табориты делали вывод: никто ничем не должен владеть, и вообще собственность – грех. Все должно быть общим.

У гуситов были последователи и среди высшего дворянства, которые не отличались радикализмом, а наоборот, очень строго и консервативно выступали за практически полное сохранение католической церкви. Для них был важен пункт пражских артикулов о причащении под обоими видами. Выступали они также за первенство чешского языка в богослужении и вообще в королевстве.

Умеренные гуситы довольно успешно объединялись с радикальными, когда наступала необходимость отбить очередной крестовый поход. Но только на это время...


– Чем же все закончилось?

– Мирным договором между представителями католической иерархии и гуситами о некоем взаимном признании. То есть Рим признал за гуситами право на существование, но в рамках чешского королевства, а те, соответственно, отказались от войны за распространение своего учения за пределами Чехии. Табориты не признали договор с Римом, но в сражении при Липанах в 1434 году потерпели поражение.

В советской и чехословацкой социалистической историографии это событие считалось поражением всего гуситского движения. Сейчас наблюдается некий отход к более старым, довоенным чешским оценкам. Разгром таборитов при Липанах видится неким элементом очищения от «экстремистов», противопоставивших себя всему обществу, которому надоела эта война.

Главный же итог: гуситское движение помогло признанию чешского языка. Да и положение церкви в обществе уже никогда не было таким, как до гуситского движения. Она действительно стала более умеренной, отстраненной от власти. Духовенство перестало влиять на политические решения.


– Отношение к Гусу и гуситскому движению нередко менялось в зависимости от политической конъюнктуры. К примеру, оно довольно долго считалось одним из самых ярких революционных событий в истории средневековой Европы...

– Да, с этой точки зрения Ян Гус выглядел настоящим революционером: мол, он проникся бедственным положением чешских бедняков и начал призывать к акциям неповиновения против немецких аристократов и католической церкви. Акцент делали на том, что это было движение крестьянства и городских низов. Но это не всегда было так. Даже среди самой радикальной части гуситов – таборитов – были дворяне и даже некоторые аристократы.

Гуситское движение старались представить по Марксу, считавшему, что в Средневековье любые социальные противоречия приобретали религиозную окраску. В итоге уходил в сторону собственно религиозный момент, который в гуситском движении, на мой взгляд, был ключевым. Очень важно, что оно все-таки не было движением исключительно сельских и городских низов. И было в значительной степени не социальным, а религиозным.

Яркий пример: пан Ян Рогач, представитель одного из самых ярких аристократических родов в Чехии, Бенешевичей из Дуба, был вождем полевых войск таборитов. Это еще раз показывает: не всегда происхождение и достаток определяют взгляды человека. То есть можно быть вполне консервативно настроенным крестьянином и, наоборот, революционером из дворян. Вспомним наш пример – дворянку Софью Перовскую...


– Как вы считаете, насколько фигура Яна Гуса сегодня известна?

– В Чехии он был и остается национальным героем. К 600-летию его казни выходят посвященные ему книги, одну из них, «Ян Гус. Жизнь и дело», написал один из ведущих чешских историков Франтишек Шмагель. Вышел сериал на чешском телевидении. Открыли Дом Яна Гуса в Гусинце, там будут собраны все книги, посвященные ему...

А вот за пределами Чехии об этом событии практически не вспомнили. В том числе и у нас. Почему? С одной стороны, нынешние внешнеполитические обстоятельства не способствуют идее славянского единства, и образ Гуса как общеславянского лидера (каким он, кстати, никогда и не был) не звучит. С другой – в обществе сегодня доминируют установки на единство и стабильность, что не допускает благосклонного отношения к любому виду бунтарского поведения, примером которого как раз и служит чешский мученик и в особенности его последователи. Что же касается идей Яна Гуса о том, что церковь должна быть бедна материально и отстранена от вмешательства в дела государственные, то они, на мой взгляд, не близки большинству россиян...

Любопытно, что век назад, когда исполнилось 500 лет со времени казни Яна Гуса, в России придавали этому событию особое значение, были даже опубликованы его послания в переводе на русский язык. Тогда, во время Первой мировой войны, Ян Гус и гуситство для славянофилов отвечали запросу на славянское единство и противоборство с германским миром.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook