Главная городская газета

Россию спасут «середняки»

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Экономика

Криптовалюты: как не стать жертвой мошенников

Крипторынок занимает менее 1% от мирового ВВП, но его популярность неуклонно растет. Торговые операции криптовалютами через классические биржи несут в себе много рисков для инвесторов. Как не стать жертвой мошенников? Читать полностью

Поставщиков без «Меркурия» отлучат от прилавка

Торговые сети уже готовы расторгать контракты с поставщиками продуктов, не подключенными к новой электронной системе ветеринарного учета «Меркурий». Бизнес считает новую систему «сырой». За кем правда в данном вопросе? Читать полностью

Биржевая неделя: Россия «бросает» Америку

Индекс РТС начал минувшую неделю на уровне 1114 пунктов, а закончил ее на отметке 1125,4 пункта. Не будем забывать: до конца июня в России идет период годовых собраний акционеров. До середины июля наступит время для переписи акционеров всех АО на получение дивидендов за 2017 год. Читать полностью

Как исландский скир пришел в Великий Новгород

На предприятии в Великом Новгороде запущена первая и пока единственная в России технологическая линия российско-исландского производства национального исландского продукта. Как его приготовить? Читать полностью

«Слоеный НДС» или два процента с сюрпризом

Правительство России приняло решение увеличить налог с 18 до 20%. Чем же это обернется для потребителей? Читать полностью

Как рождаются «Лидер» и гиганты

Крыловский научный центр испытывает ледоколы будущего. За процессом наблюдал автор «СПб ведомостей». Читать полностью
  Россию спасут «середняки» | ФОТО Александра ДРОЗДОВА

ФОТО Александра ДРОЗДОВА

Оценки по поводу того, что ждет нашу страну хотя бы в следующем году, значительно разнятся. Одно то, что профильное министерство – Минэкономразвития – в сентябре и в конце ноября давало прогноз по уровню инфляции, отличающийся на 1,5%, наводит на грустные мысли. По мнению нашего сегодняшнего собеседника, теме глобальной неопределенности России еще предстоит раскрыться. О том, на что надо делать ставку и почему всегда стоит оставаться оптимистом, нашему корреспонденту рассказал директор Санкт-Петербургского филиала Высшей школы экономики (ВШЭ) Сергей КАДОЧНИКОВ.


Необъяснимый рост

– Сергей Михайлович, какое положительное и отрицательное влияние уже оказали международные санкции на российскую экономику?

– Мы можем говорить только о краткосрочных эффектах. Что мы видим: в России изменилась тенденция развития промышленного производства. До сентября этого года индустрия сокращала обороты, но потом статистика зафиксировала необъяснимый и уверенный рост.

Еще летом опросы Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики отмечали отрицательные настроения по базовым параметрам (по спросу, выпуску, прибыльности, доступу к финансовым ресурсам). А в сентябре эти настроения тоже улучшились. Как минимум по оценке спроса и выпуска своей продукции. Это довольно представительная выборка: ежемесячно опрашивают более 4 тысяч компаний.

Недавно закончили свое исследование и специалисты Института анализа предприятий и рынков ВШЭ. С июня по октябрь они опросили более 2 тысяч российских промышленных компаний по поводу того, как они реагируют на западные санкции. Примерно 45% считают, что это их вообще не касается. А из тех, кого это касается, около 30% заявили, что уже нашли себе новые сегменты рынка в России и новых отечественных поставщиков. Это неожиданный результат. За несколько месяцев компании смогли переориентировать около трети своих поставок. При этом российские фирмы не ищут себя в Китае, Индии, Турции, а остаются на родине. А еще 10% руководителей опрошенных компаний сказали, что нашли для себя новых поставщиков технологий, что тоже представляется немалой величиной.


Что произошло  в отдельных отраслях?

– В сельском хозяйстве зафиксирован резкий рост по ряду продуктов. Например, на 17% за год вырос выпуск сыров. Это данные на октябрь. Или 14% прироста по мясным продуктам. А это большие сегменты рынка. Далее – нефтегазовый рынок. Благодаря соглашению о поставке нефти в Китай на 30% увеличен выпуск труб. Это явно заказы «Роснефти» нашим компаниям-производителям.

В финансовом секторе центральная проблема – резкое сокращение доступа к внешним финансовым ресурсам, в частности, для рефинансирования внешнего долга. В этих условиях и банковский сектор, и промышленные компании уходят от внешнего долга. Внешний долг банковского сектора, а также сектора компаний России – около 650 млрд долларов, из которых 45 миллиардов были сокращены только за третий квартал этого года. И за последние годы ситуация изменилась радикально. Напомню, во время кризиса 1990-х годов львиная доля внешнего долга, до 80%, была долгом федерального правительства, сейчас это по большей части долг частный.


– Как будет развиваться мировой энергетический рынок?

– Вспоминается время середины 1980-х годов, когда тоже было резкое падение цены на нефть, и тогда период низких цен (с относительно небольшими колебаниями) на нефть продлился вплоть до конца 1990-х годов. Тем временем подкралась новая технологическая волна с новыми источниками добычи нефти и газа, которые стали прибыльными. И ОПЕК в такой ситуации перестает играть ту же роль, что она играла раньше. Да, есть риски дальнейшего снижения цены на «черное золото», но мне они не кажутся радикальными, как 30 лет назад. И объяснение этому очень простое. Новые технологии добычи сланцевой нефти, вызвавшие бурный рост нефтедобычи в США, как раз и ослабили существенно рыночную силу ОПЕК. Снижение цены на нефть ниже этого уровня приведет к закрытию ряда новых нефтяных проектов и, соответственно, к сокращению предложения нефти и росту ее цены.


– Насколько эффективным для развития отечественной экономики стало торговое эмбарго, введенное в отношении ряда стран?

– Нынешние инициативы власти в основном исходят из того, чтобы привлечь обратно российский капитал, раз об иностранном говорить не приходится. Деофшоризация и экономическая амнистия в этом должны помочь. Кроме того, для российских корпораций высоки риски сокращения операций за границей, поэтому они возвращают свои капиталы в Россию. Вопрос в том, что обещания экономической амнистии, которые давала власть раньше, выполнены не были. Так, не стала более гибкой наша налоговая система. Поэтому бизнес не слишком верит в эти заманчивые предложения.


– То есть мы опять делаем ставку на сырьевые корпорации...

– Думаю, что в такой ситуации надо делать ставку не на крупный, а на средний бизнес, потому что крупный бизнес вряд ли вернет все деньги в Россию. Да и роль малого предпринимательства в нашей стране традиционно невелика. Поэтому вся надежда на бизнес средний. Но в России для него многие рынки закрыты, поэтому успешными станут те, кто видит себя экспортером.

Кстати, типичный пример среднего бизнеса – это сфера информационных технологий. Его доля в структуре ВВП сейчас, правда, невелика – около 2%, но она может существенно вырасти. Традиционный инструмент для облегчения выхода среднего бизнеса на рынок – участие в выставках, роуд-шоу и др. И делать это нужно за счет бюджета. Не менее важны вопросы существенного снижения доступа среднего бизнеса к инженерной инфраструктуре, устойчивость налогового режима. На сегодня помимо необходимости радикальных шагов по обеспечению макроэкономической стабильности в условиях нахлынувшего шторма на валютном рынке в России это реальная область изменений, сдвиги в которой могут демпфировать быстрое скатывание российской экономики в кризис.


Потеря эластичности

– Можно ли обрисовать долгосрочную перспективу развития отечественной экономики?

– Ситуация на мировом рынке нефти и падение интереса к российским активам привели к драматическому ослаблению рубля. Даже при самых позитивных сценариях на нефтяном рынке (например, при цене около 100 долларов за баррель), если сохранится сильный отток капитала (около 90 млрд долларов в год, а уже на конец этого года ожидается большая сумма), у нас будут минусовые показатели по валовому внутреннему продукту. В худшем случае – минус 0,8% в год, максимальный – минус 3%.


– Каков, по вашим ожиданиям, будет курс валют на ближайшие месяцы?

– Если мы ориентируемся на эластичность курсов и цены на нефть – а для нашей страны зависимость тут очевидная – опыт говорит нам следующее. При падении цены на нефть на 10 долларов за баррель курс теряет 1,5 – 2 рубля. С лета у нас нефть упала в цене на 55 долларов. В теории курс должен был потерять рублей 10 – 12. Все мы знаем, что за последние месяцы рубль «просел» значительно больше.

Но есть еще фактор оттока капитала. Исходя из динамики III квартала уходящего года, на каждые 2,5 млрд долларов оттока бивалютная корзина дешевеет на 1 рубль – а это очень сильная волатильность. Допустим, при оттоке дополнительных 50 млрд долларов курс опускается еще на 20 рублей. Остальное не объясняется фундаментальными причинами. Это может быть оценка рисков, ожидания, спекуляции, боязни, а это непрогнозируемо. Очевидно одно – именно существенное ограничение доступа к международным финансовым рынкам, с чем Россия столкнулась с лета, вкупе с резким падением привлекательности рублевых активов и соответствующим оттоком капиталов из России оказались более значимыми факторами падения российского рубля, нежели падение цены на нефть на мировых рынках.


– В чем же гражданам хранить свои сбережения?

– В отношении личного благосостояния общие рекомендации здесь точно не помогут. Если все люди начнут этим рекомендациям следовать, произойдет резкое удорожание того актива (например, валюты), покупать который было всем рекомендовано. Но как индивидуальная стратегия это может быть выгодно. Например, скупка валюты в период начала резкого падения рубля оказалась выгодной стратегией, во всяком случае краткосрочно. Правда, стратегия скупки валюты работает при довольно больших суммах, потому что везде есть транзакционные издержки. Для среднего слоя населения всегда значима диверсификация своих активов. Ведь активы это не только деньги, но и товары, которые долго могут поддерживать свою стоимость. Все, по поводу чего есть ощущение, что это будет расти в цене, является активом. В качестве такого выгодного актива сейчас для многих может выступить недвижимость. Но, повторюсь, для всех единая общая стратегия не подходит.


Наука осталась в тени

– Какова роль фундаментальной экономической науки в России?

– Я вспоминаю, как в 2010 – 2012 годах, то есть после кризиса 2008 – 2009 годов, у российской власти возникла потребность в рекомендациях со стороны экономистов: теоретиков и прикладников. Чиновники обратились в Высшую школу экономики, а также в РАНХиГС, которые подготовили Стратегию-2020. Напомню, цель этого документа состояла в том, чтобы в условиях более жестких бюджетных ограничений определить параметры и новые механизмы для экономического роста, активного решения социальных вопросов.

Почти год велась активная работа, было много обсуждений. Одно из основных предложений состояло в том, чтобы сократить расходы на оборонку. Но в итоге мало что из этих рекомендаций стало реальной экономической политикой. Поэтому сейчас я не вижу, чтобы спрос на рекомендации оформился во что-то серьезное и комплексное. Пока это разовые предложения по аналитике.


– Можно ли вообще говорить о современной российской экономической школе?

– Сегодня в топовых экономических журналах мира публикуются не более десяти россиян, тех, кто живет в России. Это существенно меньше, чем в Китае и Индии, то есть тех странах, с которыми мы себя сегодня довольно часто соотносим. Перед нами, представителями экономической науки, стоит задача стать более заметными в России. Несколько лет назад Минобрнауки стало выделять так называемые мегагранты на развитие разных областей науки – всего около 15. В первую волну конкурса грант получила только одна экономическая лаборатория (кстати сказать, эта лаборатория по мегагранту действует в Санкт-Петербургском кампусе Высшей школы экономики), остальное досталось математикам, физикам и другим «естественникам».


– Есть ли среди российских ученых-экономистов талантливая молодежь?

– Конечно. Я бы выделил, например, Константина Сонина и Алексея Захарова – они уже состоявшиеся известные исследователи, оба работают в Высшей школе экономики. Некоторые из наших ярких экономистов-исследователей перестали работать в России, но их влияние по-прежнему чувствуется. Это Сергей Гуриев, Екатерина Журавская, Рубен Ениколопов. В петербургском кампусе Вышки в экономической мегалаборатории теории рынков и пространственной экономики, которой руководит известный экономист из Университета Лувена (Бельгия) Жак Тисс, работают специалисты, которые публикуются в первой десятке известных экономических журналов мира. Среди молодых талантливых экономистов этой лаборатории – петербуржец Филипп Ущев. Ему немногим больше тридцати, и он занимается теоретическими вопросами, связанными с моделями монополистической конкуренции и экономикой города.


– Смогут ли отечественные экономисты и предприниматели вывести Россию из кризиса?

– Я оптимист и уверен, что очень многое могут изменить люди. Если есть лидеры в бизнесе, которые способны брать на себя ответственность за продукт, который они выводят на рынок, это меняет и статистику, и объемы, и продажи. Думаю, в сложившейся ситуации больше шансов у тех, кто ставит на себя.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook