Только на сайте

Стрит-арт от первого лица: основатель HoodGraff - о «полотнах» на трансформаторных будках

Артём Бурж рассказал о том, как граффити белорусских художников разделили Петербург на два лагеря.

Стрит-арт от первого лица: основатель HoodGraff - о «полотнах» на трансформаторных будках |

Черно-белые портреты лидера рок-группы «Кино» Виктора Цоя и актера Сергея Бодрова на улицах Петербурга уже стали неформальными достопримечательностями. Люди со всей России фотографируются рядом с граффити. Но мало кто знает автора этих и многих других портретов на петербургских трансформаторных будках. 

Вместе с этим, мнения жителей города на Неве разделились: кто-то выступает против уличного искусства и считает, что работы нужно закрашивать, а другие восхищаются талантом стрит-арт художников и призывают защитить законом их творения.

Идея создавать на улицах Санкт-Петербурга портреты в черно-белом стиле принадлежит основателю команды уличных художников HoodGraff - Артёму Буржу. Он рассказал нам, с чего начиналась арт-группа, почему именно Петербург стал местом для их творчества в России, а также поведал, как он относится к негативной реакции на их работы.

- Вас называют идейным вдохновителем и основателем арт-группы. Что конкретно стоит за этой формулировкой?

- Такая формулировка присутствовала изначально, потому что я не знал как «обозваться». Мне не нравилось слово «продюсер» в силу того, что я родом из Белоруссии, а там это - достаточно странный собирательный образ. 

- С чего началось ваше увлечение уличным искусством и граффити?

- Мы начинали в Витебске. Я сидел с ребятами на «заброшке», они рисовали граффити. И я подумал, что у них это круто получается. Почему тогда это запрещено? Я решил поискать информацию «на злобу дня» о том, почему это нелегально. Оказалось, что все идёт вразрез: с одной стороны красиво, людям нравится, но в то же время это незаконно. Помню, к вечеру на меня напал революционный дух. Я вывез ребят в центр, сказал, что вся ответственность на мне и мы должны сделать портрет. Тогда мы рисовали Снуп Догга. На самом деле, мне было неважно, с чего начать. Первая реакция поразила, и поэтому я начал заниматься. Нашёл слабину, на которую можно надавливать и продвигать эту культуру в целом.

UP4HNEOzQ1s.jpg

Граффити с персонажем фильма «Не грози Южному централу...». Фото: HoodGraff / ВКонтакте

- Какая реакция вас поразила?

- Прибывшие к нам сотрудники правопорядка не знали, что им делать, потому что вроде бы это красиво. К тому же, если человек - преступник, то он убегает. А тут вроде не убегают, и всем нравится. Что делать - непонятно. Там даже чуть бунт не начался среди бабушек. Они подумали, что мы Шевчука рисуем, а не Снуп Догга.

В этом контексте и начал работать. Это было пять лет назад (Кстати говоря, портрет лидера группы «ДДТ» стрит-арт художники все же нарисовали, но позже и не в Витебске, а в Петербурге - прим.ред.).

- Почему вы решили назваться именно HoodGraff?

- Первый состав арт-группы учился на художественно-графическом факультете и я постоянно гонял в «худграф». Подумал и предложил на контрасте с классической кафедрой создать альтернативу в уличном искусстве. Название на латинице тоже имеет смысл: hood в переводе с английского - «район» и graff – сокращение от граффити.

- Как происходит разработка идеи нового граффити?

- В любом проекте я стараюсь делать акцент на идею. По итогу, это моё творчество. Так как я сам не рисую, мне надо развиваться за счет идей. Когда мы начинали в Витебске, все было так: «Ой! Давай Боба Марли и Стива Джобса нарисуем». Для начала этого было достаточно, чтобы проявить себя в качестве уличных художников, которым можно разрешать рисовать или хотя бы не давать штрафы и не сажать. Тогда это было нужно.

А сейчас я стараюсь, во-первых, благотворительностью заниматься - не только деньги выделять фондам, но и делать какие-то проекты. Например, мастер-классы для детей на Самуи.

- Откуда вы черпаете вдохновение?

- Вдохновение приходит отовсюду. В основном - от путешествий. Изначально, когда появляется идея, я делюсь ей с художником и прошу его высказать свой взгляд, хочу услышать от него конструктивную критику. В техническом плане спрашиваю, как это можно реализовать, также советуюсь с художниками об их мнении по поводу реакции людей на работу. Зачастую сначала я сталкиваюсь с какой-то новостью. В конечном счёте, идея выглядит примерно так: проснулся, прочитал новость и вдохновился.

- Что насчет одного из самых известных портретов – граффити с Сергеем Бодровым? Какая новость стала поводом для этой работы?

Это немного другая история. С Бодровым портрет был более или менее системным. Его кандидатура давно была в наших списках и я долго вынашивал эту идею. У нас есть негласные списки личностей, портреты которых мы хотели бы нарисовать.

IMG_8829.jpg

Граффити с актером Сергеем Бодровым. Фото: HoodGraff / ВКонтакте

- Значит, идея рождается не только от новостей? Что же еще может стать поводом для нового портрета?

- Когда мы были в Витебске, работы отталкивались от идеи изобразить культовых личностей, которые что-то изменили в этом мире. В определенный момент я понял, что надо привязываться к конкретной локации, потом начал думать о памятной дате. В таком случае граффити начинают «набирать сок». Мы стали ждать определенной даты, готовиться. И только потом я начал привязываться к новостям. 

- Когда вы переехали с группой в Петербург? Почему выбрали именно этот город?

- В Питере у меня жил отец, я сюда в 2008 году приехал, влюбился в город и всё. Потом я поступил здесь в ВУЗ, и для меня это был официальный повод переехать. В Витебске было невыносимо развиваться творчески. Мне однозначно нужно было переезжать, и я выбрал для себя город, который понравился мне изначально. А в 2014 году я перевез за собой ребят из команды.

- С чего начиналась работа арт-группы в Петербурге?

- После того, как мы переехали сюда, у меня был расписан план на год-полтора. Я так посчитал, что если мы полгода потратили в Витебске для того, чтобы нами заинтересовались, то для такого большого города, как Питер, нужно больше времени. Был опять же неформальный список тех, кого мы нарисуем: где, как, в какие даты.

- Какая работа была первой после переезда?

- Вообще, первым считается Хью Хефнер. Его закрасили, тогда мы еще не переехали окончательно в Питер. Это была пробная вылазка. Виктор Цой считается официально первым. Буквально с первого портрета с нами связывается администрация города. Вообще было так: просыпаюсь с утра, мне звонят с «Эха Москвы» и говорят, что закрашивают нашу работу. Я начал нервничать, все-таки первая работа и уже закрашивают. Тут, видно, будет тяжело, я подумал.

kLHzNV3-idA.jpg

Граффити с Виктором Цоем. Фото: HoodGraff / ВКонтакте

- Но ведь портрет Цоя не закрасили?

- Тогда было предвыборное время и тут такая благородная история с Цоем. Потом оказалось, что губернатору Петербурга Георгию Полтавченко нравится Цой и вообще группа «Кино». Плюс это - петербургская история. Как раз в тот момент произошёл раскол. Как сказал Юлий Цезарь, «разделяй и властвуй». Вот мне удалось поделить мнения людей даже в администрации города на тех, кому нравится наше искусство и на тех, кто следует букве закона.

После этого пошли публикации в СМИ, вместе с ним пошёл и интерес. Мне позвонили из городской администрации с предложением встретиться. Предлагали предоставить 102 площадки, чтобы рисовать. Справедливости ради, хочу сказать, что мы ни в чем не нуждались и поэтому когда нам предлагали какую-то технику или краску – это меньшее, что нам могли предложить. Я отказался.

- Что вы можете сказать о петербургских стрит-арт художниках?

- В Петербурге очень много художников талантливых, но все то ли лентяи, то ли руки опустили. Параллельно с нами стартануло два проекта, ребята «на волне» подхватили вовремя. А моя ставка на ребят, которые здесь были старожилами, не оправдалась. Мне тогда хотелось сказать: «Ну давайте, ребят! Тут какие-то белорусы приехали и «качнули». Давайте вы, продолжайте дальше». Я ждал конкуренции, партнерства, лишь бы это пошло. А никого нет. Мы одни рисуем и понять не можем, почему никто не пользуется идеей рисовать что-то толковое и доступное для людей в центре города.

- В чем заключается концепция HoodGraff?

- Изначально мы рисовали людей, изменивших мир к лучшему. Это концепция началась в Витебске и продолжилась в Питере до того момента, как я начал более детально относиться к каждому портрету отдельно. Я бы, конечно, не сказал, что мы [актера Михаила] Галустяна (в образе персонажа ТВ-передачи «Наша Russia», Людвига Аристарховича - прим.ред.) нарисовали - и он изменил мир к лучшему. Тут можно оправдать себя тем, что смех продлевает жизнь. По сути, рисуется цитата и к ней персонаж. Есть некоторые кричащие портреты сами по себе. К примеру, портрет Зинаиды Портновой, который был нарисован к 9 мая. Там нет цитаты, рядом с её портретом указаны годы Великой Отечественной войны. Я считаю, что слова там не нужны.

t7zlfKA7u_o.jpg

Граффити с пионером-партизаном Зиной Портновой. Фото: HoodGraff / ВКонтакте

- Трудно не заметить, что у вас крайне мало женских портретов. С чем это связано и планируете ли вы исправить эту несправедливость?

- Этот вопрос у нас очень остро стоит, потому что надо нарисовать. Мы хотим и есть кандидатки. На сегодняшний день из представительниц прекрасной половины человечества мы нарисовали только Зинаиду Портнову и Мерлин Монро в Витебске. Вполне возможно, что в скором времени мы одним портретом дополним это количество. Но пока что я не вижу, как это сделать масштабно, потому что мне хотелось бы именно так. Есть персонажи очень достойные. Даже одну назову. У нас была идея нарисовать принцессу Диану. Но я понял, что идея очень дорогая и рисовать нужно не в России.

Если говорить о русских женщинах, то мы хотели нарисовать Фаину Раневскую. У неё очень много интересных цитат. Я всё жду удачного повода, чтобы её саркастичное высказывание попало в цель.

Кстати, мы ведь рисовали портрет Жанны Фриске. Я хотел открыть еще одно ответвление от нашей концепции, и это была первая работа. История с Фриске меня почему-то тронула. Я многие мнения слышал по этому поводу. Кто-то говорил, что это попса, другие говорили, что она не достойна быть в одном ряду с другими нашими работами. Задача была в другом – поддержать человека. Мы сделали холст три на три метра, поставили на Малой Садовой и просто начали рисовать.

Эта работа, пожалуй, входит в пятерку самых положительных отзывов. Дело было летом, когда в центре было много туристов. Когда мы закончили рисовать, вся эта толпа туристов сплотилась, и они начали оставлять какие-то пожелания на свободных местах холста. В итоге весь холст был исписан фразами на разных языках. Это очень было трогательно. Позже портрет забрали в Москву, на передачу, посвященную Жанне.

- Не все относятся позитивно к граффити. Ваши работы достаточно часто закрашивают, бывает, что вандалы портят портреты надписями.

- Был случай, когда жилец написал жалобу. Кто-то созидает, а кто-то наоборот деструктивно действует. Мне не обидно, когда закрашивают наши работы. Для меня это - новый вызов. На днях мне звонили из «Ленэнерго», они звонят раз в полгода примерно. Им очень нравится всё, но их обязывают закрашивать. Мне сказали, что 3 мая будут закрашивать граффити с Галустяном. Меня просто предупредили. Я у них спросил, для чего меня сейчас ставят в известность. Мне нужно пойти закрасить или это какая-то угроза? Нет, говорят, нам просто обидно и мы решили вам сообщить.

- То есть вы к этому относитесь спокойно?

- Ну, закрашивают. Это их работа согласно букве закона. Вот уже полтора года удерживается граффити с Бодровым.

- Несмотря ни на что, вы продолжаете работать в Петербурге. Почему именно этот город вы выбрали для себя среди всех российских городов?

- Знаете, со мной недавно произошла такая история. Я возвращался из отпуска, и у меня была пересадка в Москве, где я встретил пожилую ленинградку. Я обычно ни с кем не общаюсь, хотя с пожилыми я люблю общаться, тем более с питерскими. Она оказалась архитектором-искусствоведом и в ходе разговора мне рассказала, что архитектура в Питере для нее - самое важное, что есть в мире.

Несмотря на то, что она за свою жизнь побывала в 30 странах, нигде, кроме Санкт-Петербурга, она не может жить. Как архитектор она видит каждую деталь, наслаждается красотой зданий, перспективой улиц, и ей это нравится. Для меня это один из многих моментов, которые я люблю в Петербурге. Этот город никогда не отставал от всего мира в творческом понимании. Любая субкультура, которая была на пике за границей, присутствовала и жила в Северной столице, ещё со времен панков. Для меня Питер был всегда городом-оазисом среди всех прочих городов. Мне нравилось, что Петербург легко принимал эту моду и люди разных поколений всегда толерантно относились к любой субкультуре.

#граффити #интервью #стрит-арт

Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Эротика в обмен на продукты. Как художник Сомов выживал в Петрограде
21 августа 2019

Эротика в обмен на продукты. Как художник Сомов выживал в Петрограде

Русский музей развернул в Михайловском замке выставку к 150-летию Константина Сомова.

Иронический оптимизм от Тарантино. О чем рассказывает фильм «Однажды в... Голливуде»
16 августа 2019

Иронический оптимизм от Тарантино. О чем рассказывает фильм «Однажды в... Голливуде»

В своей картине режиссер противопоставляет жизненную правду - и ее вечную, несокрушимую экранную имитацию.

Перчик под дождем. Как прошел фестиваль «Оперетта-парк» в Гатчине
06 августа 2019

Перчик под дождем. Как прошел фестиваль «Оперетта-парк» в Гатчине

Оперетта хороша в любое время года, но летом - особенно.

Михаил Пиотровский. Не отрекаясь и не проклиная
31 июля 2019

Михаил Пиотровский. Не отрекаясь и не проклиная

Настал важный момент для культуры нашей страны: идет война за то, как она будет развиваться дальше.

Люди земли и неба. Какими были Семен Аранович и Илья Авербах
29 июля 2019

Люди земли и неба. Какими были Семен Аранович и Илья Авербах

Вспоминаем двух советских режиссеров.

Маринист на рейде. 35 картин и рисунков Айвазовского представили на выставке в Кронштадте
03 июля 2019

Маринист на рейде. 35 картин и рисунков Айвазовского представили на выставке в Кронштадте

Участие коллекционеров позволило наглядно показать контрасты художника, которого одинаково занимали темы бури и покоя.

Граф поклонялся искусству. В Эрмитаже представили коллекцию Строганова
27 июня 2019

Граф поклонялся искусству. В Эрмитаже представили коллекцию Строганова

Живопись, акварели, скульптура, фарфор, мебель, редкие книги — все это показывает хороший вкус коллекционера.

Анна Нетребко впервые исполнила в России партию Аиды в опере Верди
13 июня 2019

Анна Нетребко впервые исполнила в России партию Аиды в опере Верди

Это случилось на исторической сцене Мариинского театра на фестивале «Звезды белых ночей».

В особняке Карла Шредера открыли доступ в кабинет хозяина
11 июня 2019

В особняке Карла Шредера открыли доступ в кабинет хозяина

Туда можно попасть с экскурсией просветительской программы «Открытый город».

Открыли архивы: неожиданные повороты в судьбах известных зданий Петербурга
10 июня 2019

Открыли архивы: неожиданные повороты в судьбах известных зданий Петербурга

О том, как решения властей отражались в судьбе самых известных объектов города, можно узнать на выставке.

«Теперь у нас подлецов не бывает». Размышления о спектакле «Мертвые души» в Театре имени Ленсовета
08 июня 2019

«Теперь у нас подлецов не бывает». Размышления о спектакле «Мертвые души» в Театре имени Ленсовета

Спектакль молодого режиссера Романа Кочержевского – это тоска по живой душе в круговороте душ мертвых.

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции
05 июня 2019

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции

Почему присутствие Эрмитажа на Венецианской биеннале вызвало у многих раздражение?