Олег Гаркуша: «Нам просто хотелось играть»

В самом начале марта будет отмечаться 40-летие Ленинградского рок-клуба, а 23 февраля отпраздновал 60-летие один из самых ярких его представителей Олег ГАРКУША. О том, как киномеханик, который не умел танцевать и петь, стал брендом питерского рока, и о том, что же произошло с роком нынче, журналист Ольга МАШКОВА и расспросила фронтмена группы «АукцЫон».

Олег Гаркуша: «Нам просто  хотелось играть» | ФОТО Евгения СТУКАЛИНА/ТАСС

ФОТО Евгения СТУКАЛИНА/ТАСС

– Олег Алексеевич, документальный фильм Алексея Учителя «Рок», снятый в 1988 году, начинается ни с кого-нибудь, а с вас, крутящего кинопленку в кинотеатре. Почему вы стали киномехаником?

– После восьмилетки надо было что-то выбирать. А учился я совсем неважнецки. Я заглянул в справочник «Куда пойти учиться» и наткнулся на кинотехникум. Глаз выцепил слово «кино», я и пошел. 10 лет работал киномехаником, вначале в кинотеатре «Современник» на Гражданке, потом в «Титане» на Невском. И надо сказать, мне нравилась профессия, хотя она очень непростая. Вначале я работал на угольных аппаратах, а от них грязи! А потом появились аппараты с ксеноновыми лампами, которые могли взорваться и о них рассказывали страшные истории. Слава богу, у меня ничего подобного не было. Зато помню, как искромсал фильм «Душа» с Софией Ротару, но нужна была мне не она, а «Машина времени», которая в фильме тоже присутствовала, и я из пленки делал слайды для дискотек. Между прочим, каждый такой слайд стоил 5 рублей, а мне таких нужно было штук 10 – 15...

– Тогда вы вряд ли могли предположить, что однажды и сами окажетесь в кино. Вот недавно в прокат вышла мелодрама Наны Джорджадзе «Кроличья лапа», где вы сыграли своего рода тотем питерской коммуналки – пьющего соседа. Как вы согласились на эту роль, она же практически без слов?

– Как раз то, что без слов, это такое счастье! Во-первых, памяти у меня особо нет, чтобы учить тонну текста, и без слов можно много выразить. А во-вторых (хотя, в общем-то, с этого и надо было бы начать), никакой я не артист и сыграть ничего не могу. Но, на мое счастье, боженька одарил меня, прошу прощения, харизмой, может, каким-то количеством таланта, не знаю, не мне судить. Но похвастаюсь немного: однажды Миша Трофименков, киношный обозреватель, написал такую фразу: «Изумительный естественный Гаркуша». Приятно, что и говорить.

А главное, как правило, режиссеры меня приглашают без всяких проб, разве что у Малюкова в «Распутине», где играл припадочного, скажем так, были пробы. Я там колено в кровь разбил. А потом, помню, уже во время съемок укусил Дапкунайте за ногу, но не специально, не подумайте чего.

Никакого портфолио у меня нет, агента тоже. Все в моей жизни спонтанно и случайно. Мне просто звонят помощники режиссеров или сами режиссеры, как было с Балабановым, и приглашают поучаствовать в том или ином фильме... Я тут попытался подсчитать, в скольких фильмах снялся, и получилось больше трех десятков. Вот и сейчас с 1 по 4 марта снимаюсь в короткометражке одной ученицы Алексея Учителя. И там – только не смейтесь, сам-то я смеялся очень долго, – мне предложена роль командира космического корабля.

– И в самом деле неожиданно.

– Может, это псевдокосмический корабль? Посмотрим, самому интересно. Кого я только ни играл – и профессоров, и антикваров, и библиотекарей, у Германа в «Хрусталев, машину!» две недели снимался в эпизодической роли военного, который своему соседу честь отдает. И такое было. Даже должен был сняться в роли любовника героини Ренаты Литвиновой – в фильме Балабанова, который он так и не снял. Балабанов любил непрофессиональных артистов. Изначально в его фильме «Я тоже хочу» должен был сниматься другой «аукцЫонист», Леонид Федоров. Я ему, честно признаюсь, завидовал и белой, и черной, всякой завистью. Ну а как! Сниматься у гениального Балабанова. Но видите, и здесь случилось, как и все в моей жизни, – спонтанно. Леня, у которого тогда приболела жена, физически не мог быть на съемках, и он дал мой телефон Балабанову. Тот мне позвонил. И все – без всяких проб я оказался в его фильме.

– Съемки в кино не сравнить с кайфом, который возникает на концертах.

– Да! Причем мне неважно, передо мной пять человек или пять тысяч. Прет страшно! Но и в кино надо выкладываться на все сто.

– В «Кроличьей лапе» есть сцена, где вы воете на луну. Жутковато получилось.

– Я там все свое нутро вывернул, ей-богу. Вою, а сам думаю: когда же скажут «стоп»? А все не говорят и не говорят. Я не то что злюсь, но завожусь от этого и еще сильнее вою, аж до экстаза дошел. Когда наконец все закончилось, ко мне подходит маленькая рыженькая Нана Джорджадзе, сама вся трясется: «Олег, с тобой все нормально?!».

В кино мне нравится сниматься, я ведь без желания никогда ничего не делаю, хоть пытай меня. Были предложения странные – участвовать в каких-то гламурных тусовках. Это не моя история. А вот кино другое дело, хотя бывает сложновато, особенно когда ночные смены.

– Действие «Кроличьей лапы» начинается в 1990-е годы, и в картине есть отголосок августского путча 1991-го. Вы помните, как это было?

– Толком и не помню. Сейчас не употребляю, а в те времена нещадно пил. И Ленька Федоров, лидер нашей группы, сказал тогда: «Давайте уедем на дачу пить». Мы и поехали. Я вообще тогда безалаберно относился к действительности.

– Вся политика побоку?

– Абсолютно. Всегда старался в нее не вмешиваться. Для меня главное, чтобы близкие были живы-здоровы, чтоб музыка была, и все...

– А ведь с рокерами связывают протестное движение. Хотя, говорят, знаменитое «Перемен!» Цой писал не как политический манифест, а как лирику...

– Да, все так и есть... Мы ни за что не боролись. Никто не писал песен типа «Долой!». Может, у кого-то и была фига в кармане, но протеста, в общем-то, не было никакого. Революции точно никто не хотел. Главное, что было, – музыка, и все. И будущее никак не представляли – нам просто хотелось играть. Мы не представляли, что про нас будут снимать фильмы, что мы когда-нибудь будем давать интервью. А я уж точно не загадывал ни съемки в кино, ни выступления в цирке и театре, ни ведение серьезных фестивалей, ни книжки стихов. А вот уже третья вышла, «Баба-яга» называется. Мы просто работали – кто киномехаником, кто инженером, кто пожарным, кто кочегаром, кто сторожем, как Гребенщиков, при бане на Некрасова. Главное, что после работы, пусть без сил, но радостные приходили на репетиционную точку, играли, сочиняли песни и нам все было в кайф.

– Скучаете?

– Конечно! И по тем временам веселым, когда был дефицит всего – музыки, музыкальных журналов, инструментов. Когда струны варили, из крышек роялей делали гитары, а с вагонов свинчивали шурупы, чтобы делать колонки. Когда мы не знали, как открыть баночное пиво, которое нам привез Удо Линденберг (немецкий рок-музыкант. – Прим. ред.), и мы разве что не грызли зубами эти банки. Когда костюмы для концерта шили из занавесок. Когда поклонники поездами отправлялись на концерты своих любимых групп бог знает куда – в Шушары, Левашово, Васкелово. Когда доставали пластинки зарубежных рокеров и потом переписывали на своих магнитофонах – помню, как нес пластинки Гребенщикову в его коммуналку на 7-м этаже на улице Софьи Перовской, как определяли день, когда в следующий раз приду уже обратно забирать пластинки. Так и распространяли музыку. Сложно, но как же это было здорово!

Конечно, скучаю по этим временам. И по людям, которых уже нет. По Курехину, по Майку Науменко, по Балабанову, да по всем. И знаете, мы хотим на брандмауэре рядом с клубом «Гаркундель» сделать граффити – портреты замечательных людей того времени. Подали бумаги куда положено. Но из-за того, что в этом доме в квартире Аллилуевых в 1917 году прятался Ленин, теперь там висит мемориальная доска, и рядом с ней нельзя ничего делать. Посмотрим, как станут развиваться события, самому интересно. Но будет обидно, если не получится.

– Фильм «Лето» смотрели? Похоже на ту вашу жизнь?

– Я вообще считаю, что нельзя снимать кино про то время тому, кто в то время не жил. А если и жил, то не в той среде. Учитель, который снял «Рок», в принципе был далек от Ленинградского рок-клуба. И в итоге у него в фильме про Цоя Рикошет (Александр Аксенов, лидер панк-группы «Объект насмешек», в картине Учителя его играет Илья Дель. – Прим. ред.) пьет из горла коньяк и курит «Мальборо». Такого не могло быть, потому что не было денег попросту.

– Но современный зритель этого не знает. В конце концов, Учитель не документальное кино снимал.

– Все равно должна же быть какая-то правда на экране.

– Тогда и военные фильмы должны снимать только те, кто воевал.

– Это отдельная история. Мой сын увлекается военной историей, и он все время говорит о современном военном кино: все не то, и такая пушка не могла быть, и такую одежду не носили... Есть же консультанты, почему бы не следовать их советам, когда берешься за историческое кино? А то на съемках одного фильма, где я играл поэта начала XX века Владислава Ходасевича, мне принесли белый пиджак явно 1950-х годов...

– Давайте еще немного о музыке поговорим. Ровно 40 лет назад в марте открылся Ленинградский рок-клуб. Но у меня не за здравие, а за упокой: куда сегодня ушел рок?

– Почти все умерли, а группы распались. И после Земфиры ничего на небосклоне не появилось такого, чтобы мы сказали: «Ого!».

– Это понятно – течение времени. Но почему нет наследников?

– Потому что сегодняшние музыканты, с одной стороны, сразу хотят собирать стадионы, а так не бывает. Абсолютно все звезды отечественного рока начинали с выступлений перед пятью слушателями – неважно, пьяными или не пьяными. И уже круто было собирать залы в институтах. С другой стороны, сегодня ребята ничего не делают для того, чтобы раскручиваться. Да, выкладывают чего-то в Интернете, но этого мало – надеяться на случай, что тебя там, в Сети, кто-то заметит. Это один шанс на миллион. Надо подавать себя, ходить на концерты, фестивали. Приводить народ на свои концерты. Надо же играть не только для себя, но и для других. А то в соцсетях лайкают, пишут комментарии «какая хорошая группа!», а на концерт никто не приходит. Даже друзья. Заинтересуй, уговори, пригрози, в конце концов. Тусовка должна быть обязательно.

Другая проблема – много музыкантов, профессиональных, хорошо играющих и поющих, да еще и на шикарных инструментах. Но у них нет ни изюминки, ни харизмы. Посмотрите на Цоя, Курехина, Майка Науменко. Никто из них не обладал особыми вокальными данными, но от них исходило некое сияние, вот и все. И драйв был. После концерта музыкант должен быть мокрым – сегодня почти никто не выкладывается до последнего.

– Может быть, просто пришло время рэпа?

– 15 – 20 лет назад мои друзья в Омске писали тексты для рэпа, никому это было не нужно. Потом пришла мода, но надолго ли?

Помните, была волна альтернативной музыки? И где она сейчас?

Если говорить о рэпе: ну хорошо, знают Басту, знают еще пару рэперов, а дальше что? Безумное количество рэперов вообще никому не известны.

– И что же тогда с вашим клубом «Гаркундель»? Вы же постоянно проводите «Гаркундель-фест».

– А вдруг появятся новые «Ночные снайперы», Billy,s Band, Animal ДжаZ – они же тоже в «Гаркунделе» начинали. И спасибо старому доброму сарафанному радио – к нам идут и музыканты, и слушатели. Причем музыканты приезжают и из других городов, да еще своих земляков привозят на концерты. Есть у меня в Туле друг, который мне сделал книжки «Ворона», сейчас «Баба-яга». Он долгое время просто дружил с музыкантами, а потом сам захотел играть, в свое удовольствие. И вот 6 марта приедет с компанией на машинах, даст в «Гаркунделе» концерт. Так что не знаю, сколько там мне осталось, но очень хочется, чтобы музыка, которая звучит в «Гаркунделе», приносила людям радость...

#музыка #кино #культура

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 37 (6875) от 04.03.2021 под заголовком «Олег Гаркуша: Нам просто хотелось играть».


Комментарии



Загрузка...

Самое читаемое

#
#
Эротика в обмен на продукты. Как художник Сомов выживал в Петрограде
21 Августа 2019

Эротика в обмен на продукты. Как художник Сомов выживал в Петрограде

Русский музей развернул в Михайловском замке выставку к 150-летию Константина Сомова.

Иронический оптимизм от Тарантино. О чем рассказывает фильм «Однажды в... Голливуде»
16 Августа 2019

Иронический оптимизм от Тарантино. О чем рассказывает фильм «Однажды в... Голливуде»

В своей картине режиссер противопоставляет жизненную правду - и ее вечную, несокрушимую экранную имитацию.

Перчик под дождем. Как прошел фестиваль «Оперетта-парк» в Гатчине
06 Августа 2019

Перчик под дождем. Как прошел фестиваль «Оперетта-парк» в Гатчине

Оперетта хороша в любое время года, но летом - особенно.

Михаил Пиотровский. Не отрекаясь и не проклиная
31 Июля 2019

Михаил Пиотровский. Не отрекаясь и не проклиная

Настал важный момент для культуры нашей страны: идет война за то, как она будет развиваться дальше.

Люди земли и неба. Какими были Семен Аранович и Илья Авербах
29 Июля 2019

Люди земли и неба. Какими были Семен Аранович и Илья Авербах

Вспоминаем двух советских режиссеров.

Маринист на рейде. 35 картин и рисунков Айвазовского представили на выставке в Кронштадте
03 Июля 2019

Маринист на рейде. 35 картин и рисунков Айвазовского представили на выставке в Кронштадте

Участие коллекционеров позволило наглядно показать контрасты художника, которого одинаково занимали темы бури и покоя.

Граф поклонялся искусству. В Эрмитаже представили коллекцию Строганова
27 Июня 2019

Граф поклонялся искусству. В Эрмитаже представили коллекцию Строганова

Живопись, акварели, скульптура, фарфор, мебель, редкие книги — все это показывает хороший вкус коллекционера.

Анна Нетребко впервые исполнила в России партию Аиды в опере Верди
13 Июня 2019

Анна Нетребко впервые исполнила в России партию Аиды в опере Верди

Это случилось на исторической сцене Мариинского театра на фестивале «Звезды белых ночей».

В особняке Карла Шредера открыли доступ в кабинет хозяина
11 Июня 2019

В особняке Карла Шредера открыли доступ в кабинет хозяина

Туда можно попасть с экскурсией просветительской программы «Открытый город».

Открыли архивы: неожиданные повороты в судьбах известных зданий Петербурга
10 Июня 2019

Открыли архивы: неожиданные повороты в судьбах известных зданий Петербурга

О том, как решения властей отражались в судьбе самых известных объектов города, можно узнать на выставке.

«Теперь у нас подлецов не бывает». Размышления о спектакле «Мертвые души» в Театре имени Ленсовета
08 Июня 2019

«Теперь у нас подлецов не бывает». Размышления о спектакле «Мертвые души» в Театре имени Ленсовета

Спектакль молодого режиссера Романа Кочержевского – это тоска по живой душе в круговороте душ мертвых.

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции
05 Июня 2019

Михаил Пиотровский. Провокация в Венеции

Почему присутствие Эрмитажа на Венецианской биеннале вызвало у многих раздражение?