Главная городская газета

Куда ни кинь - всюду кризис

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Политика

Мосул взят. Что дальше?

Война с ДАИШ в Ираке переходит теперь в стадию повстанческого, партизанского движения. Читать полностью

Разлив не терпит резких движений

Смольный опубликовал результаты очередного экологического исследования, в котором участвовали ученые и сотрудники предприятий, подотчетных профильному комитету. Читать полностью

Не тот дух

Вашингтон наращивает давление на Иран Читать полностью

Как вернуть себя себе?

Вхождение в Евразийский экономический союз помогает нам укрепить наши внешние таможенные и пограничные посты, ведь наша внешняя граница становится внешней границей ЕАЭС. Читать полностью

«Самые выдающиеся...»

Россияне о политиках XX столетия Читать полностью

Турция, год спустя

«Это важная дата, которую мы никогда не забудем: гордимся тем, что турецкий народ успешно сдал этот экзамен на демократию», - заявил на встрече с журналистами Казым Чавушоглу. Читать полностью
Реклама
Куда ни кинь - всюду кризис | Иллюстрация klenger/ yayimages / ТАСС

Иллюстрация klenger/ yayimages / ТАСС

2 апреля в Эквадоре состоялся второй тур президентских выборов. Победу в нем одержал кандидат президентского лагеря. Однако эти выборы лишь подтверждают: социально-экономические кризисные явления в странах Латинской Америки тесно соседствуют с кризисом политическим.

Апрель 17-го: Ленин возвращается

Итоги второго тура президентских выборов в Эквадоре, на первый взгляд, свидетельствуют о том, что левые силы в Латинской Америке слабеют. Если действующий президент страны Рафаэль Корреа, с именем которого связан запуск амбициозных социально-экономических преобразований и «гражданской революции», все свои выборы выигрывал за явным преимуществом в первом туре, то его соратнику по правящему левому альянсу по имени Ленин Морено (в прошлом вице-президенту, затем занявшему должность спецпосланника ООН по вопросам инвалидности и доступности) понадобился второй тур. И в нем Морено одержал победу «на тоненького» - он набрал менее 51,2% голосов, опередив правого кандидата финансиста Гильермо Лассо.

Есть, конечно, любопытная историческая параллель с тем, что через сто лет после возвращения Владимира Ленина в Россию, в апреле 2017-го, названный в его честь Ленин Морено одержал победу на выборах и тем самым продемонстрировал, что левые в Латинской Америке еще в силе. Но поскольку Эквадор можно считать наиболее стабильной страной, относящейся к «социализму XXI века», а там, как видим, около половины населения выступает за то, чтобы с социалистическим экспериментом распрощаться, это определенно говорит о существовании кризисных явлений в экваториальном государстве.

Были локомотивом, стали тормозом

Далеко не только Эквадор - подавляющая часть латиноамериканских государств оказалась сегодня в состоянии системного кризиса. И многие его не ждали. Ведь во время апогея глобального финансово-экономического кризиса страны латиноамериканского региона, напротив, демонстрировали неплохие экономические показатели. Период с 2003-го по 2013 год даже получил применительно к Латинской Америке название «золотое десятилетие».

И действительно, вплоть до 2014 года большинство латиноамериканских республик демонстрировали стабильный экономический и промышленный рост, увеличение внешнеторговых оборотов, укрепление финансового положения. Внушительными темпами снижались бедность, нищета, падала инфляция. Так, с 2003-го по 2013 г. в целом по «субрегиону» уровень государственного долга сократился с 57 до 32% валового внутреннего продукта (ВВП), прямые инвестиции выросли с 40 млрд до 152 млрд долларов, тогда как уровень фиксированной городской безработицы снизился с 11 до 6%.

Но если большая часть регионов нашей планеты в последние несколько лет выходит из кризиса, то их место, уж так получается, стала занимать именно Латинская Америка. Латиноамериканские государства, являвшиеся до 2014 года одним из локомотивов мирового роста, превратились теперь в его тормоз. На то есть несколько объяснений. Если говорить о внешней составляющей, то, естественно, общее замедление темпов мировой экономики не могло пройти для Латинской Америки безболезненно. Проблемы Соединенных Штатов, японская рецессия, снижение темпов роста КНР (а ведь в начале XXI века Китай стал внешнеэкономическим партнером номер один для многих латиноамериканских стран), падение цен на энергоносители и застойные тенденции в мировой торговле - все это негативно сказалось на общем состоянии латиноамериканской экономики.

Но не меньшее значение имеют и «внутренние» обстоятельства. С 2014 года при всех национальных нюансах большая часть наиболее знаковых стран Латинской Америки сталкивается с такими проблемами, как рост потребительских цен, сокращение инвестиций в основной капитал, повышение внешнего долга, падение экспорта, увеличение бюджетного дефицита и т. д.

«Социализм XXI века»:
модель при смерти?

В первом десятилетии XXI столетия Латинская и особенно Южная Америка превратились, пожалуй, в самый «левый» континент земного шара. Бразилия, Аргентина, Венесуэла являли собой примеры разных моделей «левой парадигмы». В условиях глубочайшего кризиса международного левого движения и всех его составляющих «социализм ХХI века», ассоциируемый в первую очередь с именем покойного венесуэльского президента Уго Чавеса, был с большим энтузиазмом воспринят самыми разными левыми силами во всем мире.

Но что мы имеем сегодня? Приходится признать: нынче такие страны, как Венесуэла, Эквадор и другие, так и не сумели в достаточной мере диверсифицировать свои экономики, чтобы перестать быть сырьевым придатком в глобальной системе разделения труда. Безусловно, в тучные годы высоких цен на углеводороды страны Латинской Америки, вставшие на путь «социализма XXI века», произвели амбициозные институционально-политические реформы, расширили государственный и общественный секторы, запустили массу социальных программ. В Венесуэле, Боливии и Эквадоре резко возросли расходы на образование и медицину, заметно снизилось количество бедных людей. Но власти этих же стран так и не смогли выйти из «сырьедобывающей» логики. И потому, когда цены на нефть, газ и прочие «дары земли» пошли вниз, такие государства оказались в весьма уязвимом положении.

Особенно хорошо это видно на примере страны - модели «социализма XXI века» - Венесуэле. В прошлом году ее валовый продукт упал более чем на 10%, а инфляция превысила все реальные пределы - 1600% в год. Венесуэла познала резкое падение национальной валюты, возникли дефицит товаров первой необходимости, перепады с продовольствием. Страна, имеющая чуть ли не самые большие нефтяные запасы на планете, вынуждена сейчас обращаться в ООН за помощью в поставке медикаментов. На этом фоне Боливия и Эквадор, вне всякого сомнения, развиваются более динамично, но и там в последние несколько лет вполне можно говорить о замедлении социальных преобразований.

Соответственно, почти для всех стран «социализма XXI века» характерен рост политического и классового противостояния. В Венесуэле, по сути, уже более года идет открытая война исполнительной и законодательной властей, в Боливии избиратели отказали президенту Эво Моралесу в праве четвертый раз подряд бороться за высший государственный пост. Позиции правящих радикально-социалистических партий по сравнению с прошлыми годами ослабли; исключением тут остается Никарагуа, но и то поскольку режим Даниеля Ортеги не особенно церемонится с политической оппозицией. Эквадорские выборы показывают, что «социализм XXI века» отнюдь не приговорен к исчезновению. Но то, что социальная поддержка левых во власти заметно ослабла, это очевидный факт.

Не лучшие времена у правых

Когда мы говорим о кризисе левой модели в Латинской Америке, не стоит забывать и о том, что наметившийся в последние годы «правый поворот» также не привел пока к каким-то существенным позитивным переменам для тех стран, правительства которых пытаются осуществлять либеральные реформы. Ведь если посмотреть на реалии таких региональных лидеров Латинской Америки, как Бразилия, Аргентина и Мексика (в первых двух государствах левая, или популистская, власть уступила место правоцентристам), то можно констатировать: серьезные социальные и экономические проблемы продолжают преследовать и эти страны.

Правые и либералы в Бразилии и Аргентине пришли к власти во многом на обвинениях прежних администраций в коррупции, разбазаривании государственных средств и неэффективном управлении. Поскольку основная масса бразильцев поддержала импичмент Дилмы Русеф, а на президентских выборах в Аргентине победил правый политик Маурисио Макри, избиратели действительно связывали с новыми властями большие надежды. Судя по тому, что уже в текущем году и в Бразилии, и в Аргентине прошли массовые антиправительственные манифестации с протестными лозунгами, энтузиазм прошел. В Бразилии вот уже два года подряд падает ВВП. В 2016 году он снизился на 3,6%. Министр экономики этой ведущей латиноамериканской державы Энрике Мейрельеш признается, что «речь идет о наихудшем экономическом кризисе в истории» страны. Без работы сегодня около 13 млн бразильцев (более 12,5% трудоспособного населения). Все сферы экономики, включая сельское хозяйство и промышленность, на спаде. Размер инвестиций упал на 10%.

Несладко и у южного соседа Бразилии - Аргентины. Правоцентристское правительство пошло на существенное повышение тарифов на электричество, газ, транспорт; в некоторых случаях рост цен составил 300%. Ради сокращения бюджетного дефицита администрация Макри встала на путь либерализации трудового законодательства и массовых увольнений в государственном секторе. При этом инфляция в Аргентине в минувшем году составила 40%, а ВВП упал более чем на 2 процента.

Очевидно, что «посткризисный синдром» в Латинской Америке не обошел никого...

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook
Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook