Главная городская газета

Они нам за все ответят

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Общество

Школа жизни Валентины Матвиенко

«Делай, что можешь, с тем, что имеешь, там, где ты есть» - этот своеобразный девиз  Теодора Рузвельта, без всякого преувеличения, может характеризовать карьеру самой Валентины Ивановны. Читать полностью

Служить Богу, служить людям

Будущий Патриарх Московский и всея Руси Кирилл родился в Ленинграде всего через два года после того, как наш город-герой полностью был освобожден от вражеской блокады. Читать полностью

ГТО для картинки

Студенты-медики на физкультурном фестивале Читать полностью

Каинова печать

На территориях, занятых фашистскими войсками, шли молебны во славу немецкого оружия Читать полностью

У онежского Беса крутой нрав

Есть на восточном берегу Онежского озера необычный скальный мыс с интересным названием - Бесов Нос. Читать полностью

Фес кожей пропах

Если вы захотите наверняка потеряться, я назову вам место, в котором сделать это проще простого. Достаточно пешком выйти в столицу Марокко. Читать полностью
Они нам за все ответят | Рисунок Максима СМАГИНА

Рисунок Максима СМАГИНА

Официально эту проверку учителей называют реализацией Федерального государственного образовательного стандарта. Никакого норматива на эту тему, даже в виде проекта, никому не предъявляют (пусть сюрприз будет), но работа кипит. Во всяком случае в Москве начали обучать завучей и директоров анализировать уроки, так сказать, «в духе времени».

По словам лиц, приближенных к министерству, содержательная часть «учительского ЕГЭ» будет состоять как минимум из трех блоков.

Первый - эссе, позволяющее сделать вывод об общем кругозоре учителя и его педагогической компетентности.

Тут возражений нет, но опыт показывает, что эссе трудно обрабатывать. Поэтому обсуждается и вариант создания контрольно-измерительного материала, КИМа. Натурально, как в ЕГЭ. Видимо, учитель должен будет ответить на ряд вопросов на общую и педагогическую эрудицию.

А вот тут - подводные камни. Помните, как в стародавние времена для поездки на отдых в Болгарию надо было ответить компетентной комиссии, кто является руководителем коммунистической партии в Буркина-Фасо? Так и сегодня: кто будет решать, какими знаниями должен обладать учитель? Что если мнение этих товарищей не будет совпадать с суровой реальностью?

Рособрнадзор уверяет, что к разработке КИМов привлечена широкая педагогическая общественность, но из огромного количества моих знакомых (и лично, и в сетевых профессиональных сообществах) ни один не смог похвастать приглашением поучаствовать в разработке КИМов.

Ну, наверное, у меня своя компания, а у Рособрнадзора своя.

Вторым блоком экзамена будет оценка урока. Но количество доверенных лиц Рособрнадзора ограничено, к каждому учителю их не пошлешь - поэтому предполагается предоставлять видеозаписи уроков.

А тут уже две проблемки.

Одна - чисто техническая: на телефон, по-любительски, урок не снимешь, нужен профессиональный оператор, чтобы понимал смысл учебной деятельности, вовремя снимал крупные планы или, наоборот, общий вид класса. Где и на какие средства этих операторов набрать?

Второе препятствие - юридическое. Если снимаем крупный план, нужно разрешение от каждого родителя. Не уверен, что все родители радостно дадут добро на то, чтобы их детей снимали на видео, которое будет отправлено в общественное пространство и, возможно, разойдется по всяким ресурсам с хэштегом «ржу не могу».

Ну и самый главный блок, ради которого все затеяно: экзамен по предмету. Учитель физики будет сдавать физику, учитель биологии - биологию и т. д.

То, что у каждого преподавателя вообще-то уже есть диплом государственного образца, - естественно, побоку. «Пускай лично мне докажет, что он учитель».

И в этом самая большая, опять же, юридическая закавыка. Много лет тому назад при обмене водительских прав МВД возжелало напрячь водителей на сдачу экзаменов по теории и вождению. А водители возьми и подай в суд. В советский, самый гуманный. Суд и разъяснил, что водительские права есть документ о получении специальности, которая дается раз и навсегда, а потому при обмене документов подтверждать наличие специальности не надо.

Учитель - тоже специальность. А если так и если он имеет подтверждающий документ, для чего огород городить?

Естественно, мне могут возразить, что с тех времен, когда учитель свой диплом заработал, в дисциплинах могло что-то измениться, методика преподавания не стоит на месте, - вот и проверим соответствие учителя современному уровню развития знания.

Для меня эти возражения неубедительны. Существует мощнейшая система повышения квалификации, которая регулярно знакомит учителя с изменениями в программе и показывает новые методические приемы. Каждые курсы завершаются либо системой зачетов, либо написанием курсовой работы, о чем учитель получает документ государственного образца. И возвращается в свою школу с убеждением, что приобщили его к последним достижениям и разработкам.

А если не приобщили, то проблема не в учителе, а в системе развития образования. Может, там, согласно старой учительской поговорке, «кто учить не умеет, тот учит, как надо учить»? Тогда надо заниматься именно системой повышения квалификации, а не вытряхивать душу из учителя.

Чтобы не выглядеть критиканом безответственным, вношу предложение. Как известно, 20 - 25% программы любых курсов занимает так называемый научный модуль - так давайте его ликвидируем. Какой смысл учителю 125-й раз слушать о том, что Волга впадает в Каспийское море? А освободившееся время будем тратить на методики преподавания. Ежели, конечно, сможем: большинство работников системы развития образования сами последний раз стояли у доски при царе Косаре.

...Вернусь к нынешним московским занятиям - тем, на которых руководство школ учат анализировать урок.

Лично мне до сего момента были известны два варианта такого анализа: психологический и дидактический. Психологический в свое время подробно разрабатывали в РГПУ им. Герцена. Очень интересный и объемный «инструмент», но он требует некоторых специальных знаний, коими не все обладают. А потому в широких массах прижился проверенный десятками лет на практике второй - дидактический - метод. Если не вдаваться в подробности, этот инструмент позволяет сделать вывод о том, что происходило на уроке. Учились ли на нем дети или нет. И если нет - то почему.

Теперь же, в преддверии новых времен, начато долгоиграющее обучение. И, оказывается: все, что мы раньше знали об анализе урока, следует забыть как кошмарный сон. На уроке надо анализировать что-то одно. Как выразился один из участников процесса: «Вместо обсуждения суммы плюсов и минусов нам предлагается наблюдать и фиксировать только один аспект, да к тому же не касаясь содержания предмета».

Все поняли? Ну я-то ничего иного и не ожидал от тех, кто придумал «надпредметные» и «метапредметные» задачи урока. За свою жизнь я всякие проверки видал. В том числе и со стороны директора, который, посещая уроки, уделял внимание «чему-то одному»: «Если у этого учителя занавеска висит криво, о каком уроке мы можем говорить?!».

Впрочем, есть и некоторая конкретика в инновационном подходе. Например: на уроке нужна не просто физкультпауза, «а такая организация деятельности, которая побуждает детей двигаться, выполняя задания по теме урока». Чтоб мне провалиться на этом самом месте, но еще во время студенческой педагогической практики мы сильно опережали свое время и не просто проводили физкультпаузу, а одновременно учили детей стишку: «Мы писали, мы писали, наши пальчики устали».

...Один из руководителей Рособрнадзора, А. Мурзаев, уверяет, что «при недостаточных показателях от учителей никто сразу избавляться не будет и наказывать тоже. Цель такого новшества - квалификационный рост слабых педагогов».

Не знаю, как моих коллег, но меня вся эта история не столько пугает, сколько оскорбляет. И не тем, что все, как всегда, не продумано. И не своей юридической сомнительностью. И не традиционным небрежением в адрес рядового учителя. А тем, что выдают этот «учительский экзамен» как повсеместную зарубежную практику.

И дело не в том, что это вранье: ни в одной вменяемой стране с хорошими образовательными показателями ничего подобного нет - специально интересовался. Оскорбляет то, что «зарубежная практика» - аргумент, который нас, щи хлебающих кирзовым сапогом, убедить должен. Тогда почему не спешат у нас внедрять реальный зарубежный опыт? Нет, я не про финскую или сингапурскую систему образования, я о вещах простых и понятных: есть еще государства, где за воровство руки рубят, где за мелкое хулиганство бьют палками по пяткам...

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook