Главная городская газета

Глухонемых людей не бывает

Есть те, кого не научили говорить

303
Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Последние материалы Общество

Вопрос–ответ 18 января 2017

Знакомая сказала, что в их районе, чтобы стать обладателем медали «Дети войны», надо заплатить 150 рублей. Почему, если некоторые петербуржцы такую медаль получили бесплатно? Читать полностью

На полигоне что-то слили...

Ночью 17 января на полигоне «Красный Бор» работала оперативная группа, в которую вошли инспектор департамента Росприроднадзора по СЗФО, сотрудники ГУ МЧС России по Ленинградской области и ОМВД РФ по Тосненскому району. Читать полностью

Карета идет на таран?

Автоледи перегородила дорогу машине «скорой помощи», не давая врачам вовремя добраться до умирающего пациента. Законодатели вновь задумались об ужесточении ответственности за такое поведение на дороге. Читать полностью
Глухонемых людей не бывает | ФОТО из архива школы-интерната №1<br/>«Я ничего не поняла» — такой ответ педагог с годами слышит все реже.

ФОТО из архива школы-интерната №1
«Я ничего не поняла» — такой ответ педагог с годами слышит все реже.

Как человеку, который не слышит даже своего собственного голоса, научиться говорить? То, что у обычных детишек происходит естественным образом, для глухого ребенка становится трудоемкой задачей.

Русский как иностранный

— Мы учим русский язык как иностранный, — пытается подоходчивее объяснить директор школы, возглавляющая ее уже четверть века, заслуженный учитель России Наталья Крутицкая. — Объясняем, как повернуть язычок, когда воздух выпустить ртом, а когда носом, как изменять громкость речи или интонацию. Все это осваивается путем многократных повторений...

Эта школа и похожа, и не похожа на другие. Стены здесь также украшены поделками учеников, только в классах нет привычных рядов парт, столы поставлены буквой П, чтобы всем было удобно видеть учителя и друг друга. Здесь учеников не учат сидеть «рука на руку» и молчать, наоборот, это совершенно противопоказано. Все вопросы и ответы проговариваются всем классом полными предложениями: вслух и при помощи рук. Ведь помимо освоения непосредственно школьной программы каждый урок — это также урок русского устного. К счастью, в классах по шесть человек, что позволяет и ученикам, и учителю успевать и речь отработать, и предмет изучить.

— Здравствуйте, дети! — здоровается, входя в класс четвероклассников, заместитель директора Лариса Тихомирова. Здоровается громко, отчетливо выговаривая все звуки. Здесь так говорят все педагоги, что немножко странно для обычного уха: громче, и даже не медленнее, но как-то членораздельнее, чем привычно. И чем младше класс, тем отчетливее артикуляция, чтобы ученики могли «считать» речь педагога прямо с его губ.

Жестовая речь (в ней каждый жест, как иероглиф, означает целое слово) на уроках практически не используется, но руки ребят постоянно в движении. Потому что помимо жестовой существует еще дактильная речь, когда пальцами обозначаются буквы. С первого класса дети привыкают «прописывать» пальцами каждое произнесенное слово, что позволяет запоминать, как оно правильно пишется и говорится. Синхронное проговаривание и дактильная речь — основа обучения.

Речь самих ребят на самом деле звучит так, как будто они иностранцы, говорящие по-русски с акцентом. У одних он очень сильный, у других уже совсем еле заметный... Между собой им, конечно, удобнее общаться с помощью дактильной и жестовой речи, но они прикладывают огромные усилия, чтобы быть понятыми окружающими.

— Любого ребенка вне зависимости от степени потери слуха можно научить говорить, — объясняет учитель-дефектолог Вера Борисова. — Главное, чтобы он не комплексовал и чувствовал себя уверенно.

На этих занятия, которые в школьном обиходе называют «слуховая работа», не ставят оценок, не ругают и не критикуют, но хвалят за каждый самый маленький успех. И видно, что если маленькой четверокласснице Кристине понимание педагога дается еще с трудом, то восьмиклассник Александр порой начинает отвечать раньше, чем педагог заканчивает предложение, угадывая и додумывая смысл фразы на лету.


Имплантат не панацея

Так как подобных школ в Петербурге всего две, часть детей из удаленных районов с понедельника по пятницу остаются в интернате. Те, кто живет ближе, уходят домой или сразу после уроков, или вечером из группы продленного дня. Но для всех очень важно, чтобы дома с ними общались, говорили, занимались. И хорошо, если родители (а примерно 60% учеников имеют наследственную глухоту) сами закончили эту школу и могут поправлять ребенка, даже не слыша, а только видя, как он говорит. Но есть и такие семьи, где считают, что устная речь ребенку не очень-то нужна, вполне достаточно жестовой, и таким детям, конечно, «успевать» куда сложнее. Впрочем, у некоторых слышащих родителей обратная проблема. Стремясь добиться того, чтобы ребенок был говорящим, такие родители не приветствуют использование жестовой речи, сами ее изучать не стремятся, тем самым лишая себя возможности говорить с ребенком на его «родном» языке.

— Я всех родителей призываю изучать дактильную и жестовую речь, — говорит Наталья Крутицкая, сурдопедагогикой она занимается уже сорок лет. Объясняю, что через несколько лет ваш ребенок вас обгонит, он будет знать два языка — русский и русский жестовый, а вы только один. И когда, будучи подростком, он будет с друзьями общаться на жестовом языке, вам точно будет полезно понимать, о чем они говорят.

Кохлеарная имплантация, о которой сейчас идет много споров, по словам Натальи Крутицкой, «не совсем наша компетенция, это дело врачей и родителей». Но для педагогов важны ее последствия. В соседней Финляндии, когда имплантаты стали устанавливать в раннем возрасте, существенно сократилось количество учеников в школе для глухих (с ней как раз сотрудничает интернат). Но при этом она стала центром по работе с педагогами обычных школ, в которые пошли эти дети.

— Безусловно, имплантат может изменить качество жизни. Но надо понимать, что он не панацея. И ребенок тут же не становится обычным слышащим человеком, все равно потребуется огромная работа.

Нескольким школьникам уже во время обучения родители установили имплантаты. Есть пример, когда ученик перешел в школу для слабослышащих, а есть и противоположный, когда ребенок не смог освоиться и из-за испытываемых им неприятных ощущений и головных болей имплантат пришлось отключить. Несколько учеников и после удачной установки имплантатов продолжают оставаться в школе-интернате # 1: ни они, ни их родители не захотели покидать учебное заведение.

...Сейчас много говорят и пишут об инклюзивном образовании. О праве «особых» детей учиться вместе со своими сверстниками в самых обычных школах. Никто не спорит: такое право у ребенка и его родителей должно быть. Но как бы, борясь за одно, не потерять то, что уже имеем, — учебную среду, методики, педагогов? Да, слабослышащий ребенок в обычной школе, может быть, и «разговорится», но ребенок глухой, лишенный специального обучения, останется немым. Даже если 24 часа в сутки все вокруг будут только и делать, что разговаривать.

Пока существенных изменений в системе коррекционного образования в нашем городе не происходит. Разве что из названий школ исчезают слова «специальная» и «коррекционная». И хочется верить, что Петербург, исторический первопроходец в сфере образования самых различных «особых» детей, сохранит свои традиции.


Уже более 200 лет назад, в 1806 году, по повелению императрицы Марии Федоровны в Санкт-Петербурге была открыта первая в России школа для глухих детей. Сегодня в 19 классах школы-интерната № 1 обучаются 127 ребят с тяжелой потерей слуха, с ними работают 42 педагога. Занимаются ребята по обычной общеобразовательной программе, параллельно в течение всего учебного процесса осваивая устную речь. Ведь «немота» — это последствие не глухоты, а отсутствия правильного обучения.

0100