Главная городская газета

С мушкетом на плече и пулей во рту

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Реклама
Свежие материалы Наследие

Что увидели потомки Ганнибала

Мы сообщали, что территория старинного Михайловского погоста в селе Новопятницкое под Кингисеппом, где покоятся больше трех десятков родственников Пушкина перестала быть «огородом на могилах» Читать полностью

От каждого порога к Питеру дорога

В литературе и на сцене русский купец обыкновенно представлен неотесанным малообразованным нуворишем, и этот образ, во многом несправедливый, оказался необычайно живучим... Читать полностью

Дом с переходами

Прогулки по городу: Кирочная ул., 24 Читать полностью

Светлановская молодость

Все мое детство и юность прошли на Светлановской площади. Там тогда еще находился одноименный рынок, за которым начиналась улица, где я жил... Читать полностью

Мундир, доставленный с опозданием

Ныне британский фельдмаршальский мундир Николая II хранится в Государственном историческом музее в Москве. Читать полностью

Правый поворот

Качнул маятник общественных настроений влево и открыл дорогу большевикам Читать полностью
Реклама
 С мушкетом на плече и пулей во рту | В 1859 году художник Николай Зауервейд запечатлел, как могло выглядеть усмирение Петром I своих солдат, взявших штурмом Нарву. Из собрания Государственной Третьяковской галереи

В 1859 году художник Николай Зауервейд запечатлел, как могло выглядеть усмирение Петром I своих солдат, взявших штурмом Нарву. Из собрания Государственной Третьяковской галереи

Август 1700 года - вступление России в войну против Швеции, которая вошла в историю под названием Северной. Не было бы ее - скорее всего, не появился бы и Петербург. И началась она для русской армии с осады Нарвы, закончившейся печально - разгромом наших войск. А вот спустя четыре года, в августе 1704 года, ту же шведскую крепость русская армия успешно взяла. Наш собеседник исследователь Борис МЕГОРСКИЙ, один из руководителей клуба исторической реконструкции «Лейб-гвардии Преображенский полк 1709 года», считает вторую нарвскую осаду, которой лично руководил царь, едва ли не самым важным событием петровской военной истории.

- Борис Вадимович, Северная война длилась двадцать один год, но в нынешней исторической памяти остались, пожалуй, только несколько ключевых эпизодов - Полтавская битва и Гангутское морское сражение...

- Действительно, есть такое поверхностное представление. Однако гораздо больше, чем полевых сражений, в той войне было как раз операций против вражеских крепостей.

Всего за те годы, что длилась Северная война, армии - участницы конфликта провели не менее девяноста осад крепостей. Имеются в виду также действия союзников Петра, и не только боевые операции против шведов: в тот же период шла Русско-турецкая война 1711 - 1713 годов, были и внутренние волнения - астраханский стрелецкий бунт, Булавинское восстание на Дону. В каждом из этих конфликтов крепости подвергались осадам.

Петр I лично участвовал в семи подобных эпизодах. Кстати, он находился при армии в чине либо капитана бомбардирской роты Преображенского полка, либо, уже позднее, - полковника. Что, естественно, не останавливало его от активного вмешательства в руководство боевыми операциями, хотя у армии был формальный главнокомандующий, чаще всего Борис Петрович Шереметев, и все официальные документы исходили от него.

Сам Петр, конечно же, на штурм крепостей никогда не ходил, но принимал в осадах самое активное участие. К примеру, в 1704 году Шереметев довольно долго простоял под Дерптом, осада шла не очень успешно. Петр приехал, выяснил обстановку, сделал необходимые распоряжения - и... крепость была взята. Да и вообще почти все подобные боевые операции, которыми руководил Петр, закончились победой.

- Что же, русский царь был таким великим специалистом в военном искусстве?

- Он был в первую очередь талантливым руководителем. Возможно, не сильным тактиком в отличие от своего недруга шведского короля Карла XII, но стратегом и готовил победу еще на стадии планирования, концентрируя такое число войск, которое обеспечило бы успех.

В личной библиотеке Петра присутствовало заметное число трактатов западноевропейских авторов, посвященных взятию крепостей. Несомненно, царь был в курсе новейших теоретических воззрений на эту тему.

Вообще почти все крепости, которые русская армия начинала осаждать в ходе Северной войны, были взяты. Какие исключения? В первую очередь поражение под Нарвой в 1700 году, когда начавшаяся осада кончилась практически полным разгромом русской армии... Выборг осаждали два раза: первая попытка осенью 1706 года при участии Петра кончилась ничем. Сказались трудности с доставкой продовольствия, падеж лошадей, отсутствие флота для атаки или хотя бы блокирования города со стороны Выборгского залива... Это, пожалуй, две наиболее яркие неудачи Петра в деле осады крепостей. Остальные попытки так или иначе были успешными.

И в этом ряду взятие Нарвы - абсолютно выдающееся и показательное. Единственная осада, завершившаяся успешным генеральным штурмом. До этого, в 1702 году, когда русские брали шведский Нотебург (Орешек), ворваться внутрь крепости они так и не смогли. Комендант вступил в переговоры, поняв, что кончаются боеприпасы и сопротивление бесполезно.

Все остальные крепости также сдавались на более ранней стадии осады, а Нарва - тот уникальный случай, когда комендант, уже после того как была пробита брешь в стенах и поражение стало неминуемым, отверг последнее предложение сдаться. После чего русские войска пошли на приступ и в ходе кровопролитного ожесточенного штурма ворвались в город.

Подавив оборону на валах, бастионах и крепостных стенах, они в яростном порыве преследовали поверженных противников. Часть оставшихся защитников и жителей Нарвы отступили в замок, другие успели перебежать по мосту через реку и укрыться в Ивангородской крепости, которая в то время тоже была шведской. Там остатки неприятельского гарнизона просидели еще неделю и сдались на милость победителя.

Вообще, как правило, в ходе Северной войны коменданты гарнизонов не доводили ситуацию до того, чтобы атакующие с боем врывались в крепость. То, что произошло с Нарвой, подтвердило правильность такого подхода: лучше не доводить до открытого штурма, потому что он всегда выливался во множество эксцессов, в разграбление города по праву победителя.

К примеру, осада Риги в 1709 - 1710 годах была самой длительной по времени, но штурмом так и не закончилась. Под Выборгом в 1710 году комендант пошел на переговоры и капитулировал, когда брешь в крепостной стене была проломлена, но русские войска на штурм еще не пошли...

- В той же Нарве Петру силой оружия пришлось усмирять свое разбушевавшееся войско...

- Да, этот случай подтверждается целым рядом источников. О нем ходили легенды в Нарве, записанные еще в XVIII веке. Есть отголоски и в тогдашних «новостных листках». Действительно, после того как крепость была взята штурмом, солдаты предались грабежу: право воинской добычи - неоспоримое священное право победителя.

И здесь решающую роль сыграл Петр I. В частности, он распорядился выдать так называемые охранные грамоты, которые вешали на дома голландских и английских купцов. В них значилось, что эти здания находятся под охраной русского царя и их запрещено грабить. Предупреждение возымело силу, и известно, что многие нарвитяне даже несли в эти дома свои пожитки.

К тому же Петр довольно скоро после взятия города въехал в него и прежде всего запретил убивать местных жителей. Есть знаменитая история, повествующая о том, как Петр лично заколол шпагой одного из своих солдат, ослушавшегося его приказа, и затем бросил ее на стол нарвского бургомистра, заявив: «Это не шведская, это русская кровь - я сам заколол своего солдата, чтобы остановить кровопролитие». Кроме того, он запретил грабить церкви, находившиеся в Нарве.

Существует расхожее представление, что обычно на разграбление взятой крепости или города армия получала трое суток. В Нарве подобного не было. Город был взят 9 августа 1704 года к середине дня, а уже на следующий день все войска были выведены из него - обратно в осадный лагерь. Конечно, жителям и суток было достаточно, чтобы испытать на себе весь праведный гнев победителей...

Кстати, в ходе исследования мне удалось ознакомиться с документом одного из шведских архивов. Это написанное на немецком языке письмо жителя Нарвы, который пережил взятие города и покинул его уже после того, как его захватили русские войска. Письмо раньше нигде не публиковалось и сообщает такие детали, о которых нет ничего во многих иных источниках. Правда, некоторые подробности проверить невозможно: их можно расценивать как «страшилки».

Понятно, что у жителей поверженного города были все основания недолюбливать победителей. «В городе поддерживают чистоту, и для предотвращения возможной заразы мертвых, полуживых и больных было приказано бросить в реку», - говорилось в письме. По городу даже прошел слух, будто бы Петр I приказал всех незамужних женщин города Нарвы выдать замуж за русских офицеров и отправить в Россию. Ни в одном документе ничего подобного нет, и никаких свидетельств этому тоже нет.

В то же время автор письма честно рассказывает: «В течение осады царь (имеется в виду Петр I. - Ред.) высылал барабанщика с предложением дать свободный выход женщинам и детям, но г. комендант не хотел идти на переговоры».

- Вопрос о тогдашних правилах ведения войны и осады. Был ли вообще какой-то кодекс поведения защитников крепостей и тех, кто их осаждал?

- Кодекса или какой-либо конвенции не было, но действительно существовали некие неписаные, негласные правила, которым следовали противоборствующие стороны.

К примеру, одно из них гласило, что в осажденных городах нельзя звонить в колокола. И в той же Нарве горожане либо снимали колокола, либо обшивали их мягким материалом, чтобы они не звонили во время осады. По упоминаниям, касающимся других осад, можно сделать вывод, что молчащие колокола в осажденном городе - неписаное правило, о котором знали и осажденные, и осаждающие.

Скажем, после того как шведы в 1703 году взяли после ожесточенной осады крепость Торн в Польше, они наложили отдельную контрибуцию на монастырь - за то, что ее обитатели осмелились звонить в колокола во время осады...

Еще одним правилом ведения войны была весьма прагматичная практика заключения договора о сдаче крепости. Шведский король Карл XII, будучи довольно жестким командиром, чаще всего требовал от своих противников, чтобы они безоговорочно сдавались.

Между прочим, не все, наверное, знают, что в центре Стокгольма стоит памятник Карлу XII - как великому государственному деятелю и полководцу. Хотя отношение к нему в самой Швеции достаточно разное. Для правых и националистов он герой, для ультралибералов - позорный персонаж национальной истории. Не так давно даже звучали призывы снести этот монумент: мол, Швеция уже цивилизованная страна XXI века и негоже ей гордиться своим милитаристским прошлым...

Петр в отличие от Карла XII при осаде крепостей был готов договариваться с неприятелем об условиях. Собственно, обеим сторонам было выгоднее договариваться, чем продолжать боевые действия.

Ведь осада - длительный процесс, требовавший большого числа войск и огромных материальных ресурсов. И чем дольше она продолжается, тем больше усилий тратят осаждающие. Не говоря уже о том, что время дорого. Если все войска стоят под одной крепостью, то они не могут вести операции на других участках театра военных действий. Чем быстрее они закончат здесь дело на каких бы то ни было условиях, тем быстрее смогут подойти к следующей вражеской крепости. Осажденной стороне тоже было выгодно договариваться, чтобы избежать разграбления, о чем мы уже говорили.

Военное искусство того времени было уже настолько развито, что если осада началась и ведется правильно, то при отсутствии чрезвычайных происшествий рано или поздно крепость будет взята. Это был отлаженный «технологический» процесс.

- С чего начинались переговоры о сдаче крепости?

- С того, что их инициатор подавал музыкальный сигнал, который назывался «шамад» (от французского chamade - «трубный или барабанный переговор»). Очевидно, это была мелодия, знакомая всем армиям того времени. Сегодня она неизвестна, утрачена, нотных записей не сохранилось. Тем не менее, когда противник слышал этот сигнал, он должен был прекратить стрельбу и вступить в переговоры.

Несколько сюжетов связано с тем, что проигрывающая сторона высылала своих барабанщиков для того, чтобы они били тот самый «шамад» - сигнал к прекращению огня. Еще одним сигналом был белый флаг.

С началом переговоров стороны обменивались заложниками («аманатами»), а также предоставляли друг другу свои версии договора о сдаче. А дальше в зависимости от того, каково было положение осажденных, эти условия принимались или не принимались.

Был целый ряд пунктов, означавших почетную сдачу: гарнизону могли предоставить возможность выйти из крепости с развевающимися знаменами, под барабанный бой, с оружием. Примечательны символы несломленного гарнизона - мушкет на плече, пуля во рту и зажженный с двух сторон фитиль, зажатый между пальцами руки. Это знак того, что солдат не сломлен и к бою готов: пулю можно сразу же загнать в ствол, а фитиль вставить в курок оружейного замка и совершить выстрел...

Были градации сдачи - почетная и менее почетная. Из того же Ивангорода в 1704 году комендант требовал разрешения выйти со знаменами и с барабанным боем, однако не получил согласия победителей. Но он находился в безвыходной ситуации и не мог диктовать свои условия. Его солдатам было приказано нести свои ружья прикладами кверху. Так, согласно уставу, уходил солдат с караула, покидая свой пост. В данном случае это означало, что осажденные сдают пост.

Были варианты, когда гарнизон сдавался на милость победителя («на дискрецию»). Так, например, были пленены шведские полки под Полтавой, когда деморализованные остатки неприятельской армии были прижаты к Днепру.

- Когда прекратилась практика подобных переговоров?

- К концу XVIII века осад стало меньше, поскольку акцент в военном деле сместился на полевые сражения. Бывали краткие перемирия, но подобных договоров между двумя армиями, в ходе которых осажденному гарнизону позволялось бы уйти к своим, не было.

При этом не стоит говорить о каком-то милосердии или благородстве времен Северной войны. Обе стороны осуществляли тактику «выжженной земли». Страдало, естественно, мирное население, но кого это волновало? И понятно, почему в той же Ингерманландии (территории значительной части нынешней Ленинградской области) местные жители не встречали русские войска как освободителей от шведского владычества. Кстати, Петр был недоволен подобной практикой разорения неприятельской территории, которой в 1702 году занимался Петр Матвеевич Апраксин...

Вообще что касается действий Петра, то, надо отдать должное, он все-таки старался заботиться об имидже своей армии. Да и просто прекрасно понимал: войско, потерявшее дисциплину, превращается в неконтролируемую вооруженную толпу. Когда в 1719 году русский десант высаживался в Швеции, то, чтобы нанести максимальный вред экономике противника и принудить его к заключению мирного договора, в приказах по армии говорилось, что можно, а что нельзя. Можно - сжигать заводы, мызы, нельзя - трогать церкви и убивать местное население...

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook