Главная городская газета

Каншинские балы

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Наследие

Кандидат от Ингерманландии

В год столетия двух революций весьма интересно поговорить о людях, которых увлекли за собой ветры великих потрясений. Читать полностью

Революция по «летнему» времени

В июле 1917 года в России впервые в истории были переведены стрелки часов Читать полностью

Почтовая экспроприация

Бомба, которой угрожали грабители, оказалась муляжом Читать полностью

«Беда, что ты Видок Фиглярин»

Острая пушкинская эпиграмма определила отношение к тому, кого считали лучшим журналистом своего времени Читать полностью

Агитфарфор для крейсера революции

Прожженный «морской волк» с трубкой в зубах, красноармеец в буденовке и рабочий - такие символические герои изображены на декоративном блюде. Читать полностью

Из песка и тумана

В начале XX века понятие «залемановщина» превратилось в синоним строительной катастрофы Читать полностью
Реклама
Каншинские балы | Оба дома построены в первой четверти XIX века, фамилии архитекторов не установлены. ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА

Оба дома построены в первой четверти XIX века, фамилии архитекторов не установлены. ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА

Эти два двухэтажных особняка в самом начале переулка стоят рядом, как два коренастых брата. Удивительное ощущение их «сродства» не случайно - с середины XIX века оба они принадлежали представителям купеческого рода Каншиных.

Основатель династии Василий Семенович Каншин был в середине XIX века «винным королем», одним из самых богатых людей Петербурга. Заплатив государству фиксированную сумму - винные откупы, он получил право на розничную продажу вина в Петербурге и окрестностях. Заработав огромные деньги, Каншин, в семье которого росли 13 детей, вкладывал их в недвижимость.

По воспоминаниям современников, невысокого роста, невзрачный на вид, миллионер Василий Каншин не раз вводил в заблуждение кассиров в банке. Однажды один из них строго прикрикнул на старика в длиннополом сюртуке: «Чего лезешь? Успеешь... Сколько вносишь?». И смутился, услышал ответ: «Пять миллионов»... Покончив с откупами, Каншин приобрел золотые прииски на Амуре, но громадные доходы они принесли уже его наследникам.

Первый двухэтажный каменный особняк в Кузнечном переулке (ныне № 2) Василий Каншин приобрел в середине XIX века, второй (ныне № 4) - чуть позже. В этом доме жил один из сыновей Василия Каншина - Андрей. После смерти отца в 1868 году он управлял Верхне-Амурской компанией, имевшей многочисленные прииски и занимавшейся добычей золота на Амуре...

Подробнейшее описание упомянутых особняков мне довелось совершенно неожиданно встретить в книжке «Изюмцы в боях за Россию». В нее вошли мемуары офицеров Изюмского гусарского полка, оказавшихся в эмиграции (книга была издана лишь в 1997 году). Автором заинтересовавших меня строк был племянник жены Андрея Каншина - штаб-ротмистр гусарского полка Андрей Николаевич фон Дитмар.

Из его юношеских воспоминаний узнаем, что вдова Василия Семеновича Каншина в конце 1868 года получила разрешение освятить на втором этаже своего особняка (дом № 2) церковь, приписанную к ближайшему Владимирскому храму. В нее на воскресную службу собирались многочисленные дети и внуки.

Но особенно интересны записи, касающиеся дома № 4: «Особняк был великолепен. В парадных комнатах потолки были расписаны известным тогда в Петербурге художником Алиоди. Стены обтянуты шелковым штофом, картины знаменитых художников висели на стенах. На каншинских (в оригинале - «каньшинских», через мягкий знак. - Ред.) балах бывало все высшее петербургское общество... Мальчиком 10 - 12 лет я видел у Каншиных поэтов Некрасова и Апухтина».

До сегодняшнего дня в доме сохранилась необыкновенно красивая лестница, украшенная суровыми звериными мордами.

В мемуарах фон Дитмара упоминается и о том, что в доме № 4 по Кузнечному переулку бывала даже будущая цареубийца Софья Перовская. «Перовская была дочерью тайного советника и происходила из старой дворянской семьи. Как не старалась К. Р. (Камилла Романовна, жена Андрея Каншина. - Ред.) убедить Перовскую при ее посещениях изменить образ мыслей - успеха достичь не могла...».

И, наконец, мемуарист вспоминает поразившее его своим размахом торжество, отмеченное в 1877 году в доме в Кузнечном, - 25-летие свадьбы Камиллы Романовны и Андрея Васильевича Каншиных. «Трудно представить себе ту роскошь, в которой протекало это событие. Великие князья, министры - вся петербургская знать, весь beau monde перебывали в эти дни у Каншиных».

Однако всего через несколько лет после пышного юбилея Андрей Васильевич расстался с женой. Камилла Романовна получила от него короткое письмо с уведомлением, что больше он с ней видеться не будет. Она оставила свои бриллианты, знаменитое жемчужное ожерелье, соболя в своем бывшем доме в Кузнечном и уехала жить к дочери в Москву.

Как ни пытался фон Дитмар узнать причину разрыва Андрея Васильевича с женой, это так и осталось тайной: «В Петербурге через некоторое время стало известно, что А. В. сошелся с некоей госпожой О. которая переехала в каншинский особняк со своим мужем. Была ли О. причиной разрыва?? Может быть, да, а может быть и нет...».

Умер хозяин особняка Андрей Каншин 6 июня 1897 года и был похоронен с отцом и братьями в семейном склепе на Митрофаниевском православном кладбище. До наших дней это захоронение не сохранилось...

После смерти владельца особняк переходил из рук в руки. Например, согласно справочнику «Весь Петербург» на 1917 год, домом № 2 владела жена шталмейстера Анна Винберг, дома № 4 - купец первой гильдии лесопромышленник Герш Гликман.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook