Главная городская газета

Донжон подрядчика Рыбина

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Наследие

Кандидат от Ингерманландии

В год столетия двух революций весьма интересно поговорить о людях, которых увлекли за собой ветры великих потрясений. Читать полностью

Революция по «летнему» времени

В июле 1917 года в России впервые в истории были переведены стрелки часов Читать полностью

Почтовая экспроприация

Бомба, которой угрожали грабители, оказалась муляжом Читать полностью

«Беда, что ты Видок Фиглярин»

Острая пушкинская эпиграмма определила отношение к тому, кого считали лучшим журналистом своего времени Читать полностью

Агитфарфор для крейсера революции

Прожженный «морской волк» с трубкой в зубах, красноармеец в буденовке и рабочий - такие символические герои изображены на декоративном блюде. Читать полностью

Из песка и тумана

В начале XX века понятие «залемановщина» превратилось в синоним строительной катастрофы Читать полностью
Реклама
Донжон подрядчика Рыбина | ФОТО Александра ДРОЗДОВА

ФОТО Александра ДРОЗДОВА

Этот шестиэтажный дом, выходящий узким фасадом на безымянную площадь на пересечении Чкаловского проспекта и Пионерской улицы, оказался немым свидетелем революционных баталий. Из орудия, установленного у его подножия, 29 октября 1917 года сторонники большевиков вели обстрел находившегося напротив Владимирского военного училища. В советской историографии те трагические события получили название «юнкерского мятежа», в память о подавлении которого здесь установлен памятный знак.

Дом был построен в 1909 - 1910 годах по проекту архитектора Павла Петровича Светлицкого для подрядчика строительных работ Федора Матвеевича Рыбина. Вероятно, домовладелец познакомился со Светлицким на строительстве Дома городских учреждений, возведенного в 1904 - 1906 годах на углу Вознесенского проспекта и Садовой улицы. На этой муниципальной стройке Светлицкий, будучи еще студентом, был одним из помощников архитектора, а Рыбин - одним из подрядчиков...

Что касается дома на Петербургской стороне, то постройка Светлицкого получила яркий, пронизанный романтизмом облик. По линии Чкаловского проспекта с большого расстояния видна башенка, узкие окна и высокая кровля которой навевают образы средневекового донжона (так называют главную башню в европейских замках). Романтический настрой поддерживают стрельчатые окна.

В лепном фасадном декоре - северная тема: совы, взбирающаяся по стене ящерица-саламандра, лавирующие среди водорослей рыбы. В верхнем этаже архитектор спрятал загадку: по сторонам узких окон - декор в виде птичьих крыльев, но самой птицы нет - ее образ каждый может домыслить сам...

Вскоре после завершения строительства одним из жильцов дома стал сам Павел Светлицкий. В одно время с ним в этом здании жил его соученик и коллега Аркадий Германович Вальтер, с которым они совместно выступали на архитектурных конкурсах. В студенческие годы А. Г. Вальтер состоял помощником А. В. Щусева при строительстве Покровского собора Марфо-Мариинской обители в Москве, основанной великой княгиней Елизаветой Федоровной. И в дальнейшем Вальтер занимался храмовым зодчеством: в 1912 году руководил реставрацией церквей Ферапонтова Белозерского монастыря. Умер он в Ленинграде в мае 1942 года, погребен на Волковском кладбище...

До революции в этом доме жил ученый-этнограф, философ, известный в свое время писатель, профессор Санкт-Петербургского психоневрологического института Каллистрат Фалалеевич Жаков, происходивший из народа коми. События октября 1917 года застали его в Латвии, в Петроград он не смог вернуться и остался в Прибалтике. Преподавал там в различных учебных заведениях, умер в Риге. А в доме-донжоне продолжала обитать его жена Глафира Никаноровна, преподавательница русского языка. С 1934 года она работала методистом по этому предмету в Петроградском роно Ленинграда. Их сын Вадим Жаков, инженер-электрик, блестяще образованный человек, шахматист, пианист, спортсмен, стал в 1937 году жертвой политических репрессий... Глафира Жакова умерла в блокадном городе в декабре 1941 года. Тогда же погиб и весь архив ее мужа: пошел в печку вместо дров...

Спустя двадцать лет первая жена Вадима Жакова сообщала своей дочери, по просьбе которой побывала в бывшем «семейном гнезде»: «Улица теперь переименована, но дом цел. Цела и квартира, порог которой я не переступала полвека... Даже уцелела на дверях медная дощечка с выгравированной надписью: «профессор К. Ф. Жаков».

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook