Главная городская газета

Татьяна Александровна КУДРЯВЦЕВА

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Гость редакции

Владимир Николаевич ТИМОФЕЕВ

Директор Музея городской скульптуры Читать полностью

Олег Николаевич ПУГАЧЕВ

Директор Зоологического института РАН, академик Читать полностью

Оксана Игоревна МОРОЗАН

Директор Центрального государственного архива кинофотофонодокументов Санкт-Петербурга   Читать полностью

Михаил Михайлович БОБРОВ

Почетный гражданин Санкт-Петербурга Читать полностью

Рене ФАЗЕЛЬ

Президент Международной федерации хоккея (ИИХФ) Читать полностью
Татьяна Александровна КУДРЯВЦЕВА | ФОТО Людмилы ВОЛКОВОЙ

ФОТО Людмилы ВОЛКОВОЙ

Маленьких у войны
не бывает

Татьяна Кудрявцева автор повестей и рассказов для взрослых и детей. Они выходили отдельными книгами, печатались в сборниках, журналах, газетах, читались на радио. Особая тема в ее творчестве - дети и война.


- Татьяна Александровна, вы человек послевоенного поколения. Откуда черпаете сюжеты для рассказов о войне?

- Это судьбы людей, встреченных мною в разное время. Я копила «золотинки» этих судеб. Они жили у меня в душе, постепенно складывались в рассказы.

- Это были случайные встречи?

- Нет, скорее, знаковые. Осознанные интервью, разговоры с людьми. Со многими из них я дружила. Например, Евгений Алексеевич Линд - основатель музея об искусстве блокадного Ленинграда «А музы не молчали» при школе № 235 имени Шостаковича. Линд открыл десятки музеев по всей стране. Это был необыкновенный, харизматичный, огненный человек.

Судьба соединяла меня с будущими героями в разные периоды жизни. Интервью у Олега Валерьяновича Басилашвили я взяла в конце 1990-х.

Я хорошо знала Анну Лазаревну Мойжес. Ее можно назвать родоначальником детской журналистики в нашем городе. Я работала вместе с ней. Сейчас ее уже нет в живых, но она наговорила свои воспоминания на пленку. Мне дала их послушать ее дочь Нина Ильинична.

Там есть история о том, как в начале войны Анну Лазаревну попросили поехать и отыскать детей ленинградских журналистов. Их интернат отправился в эвакуацию и потерялся на дорогах войны. Хрупкая женщина проявила недюжинную силу. Она нашла ребятишек уже где-то на Волге. Их посадили на последний пароход. Сначала судно обстрелял фашистский летчик, затем стали затирать льды. Воспитатели послали телеграмму Сталину: «Две тысячи ребят застряли во льдах». Прилетел вертолет с наркомом просвещения Татарии. Пассажиров вывели с теплохода, на подводах отвезли в деревню Тихоново. Там они жили все военное время. Потом Анна Лазаревна стала директором интерната. Ребята называли ее мамой. И ни один ребенок у нее не погиб.

Эти мальчики и девочки в эвакуации вели себя героически. Они работали в поле, заготавливали лес, сажали огурцы на огороде. Как-то они получили письма из Ленинграда. Девочка Рита, читая письмо, разглядела на полях крошечную мамину приписку, которую не заметила цензура: «мышонка бы съела». Рита поняла, что в Ленинграде голод, подбежала к Анне Лазаревне, спросила, можно ли ей теперь хлеб не есть, а сушить и отправлять домой. Но Анна Лазаревна нашла выход, чтобы дети не голодали и вместе с тем помогали Победе. Они завели трудовые книжечки «Наш ответ ленинградцам».

В канун 1944 года пришла весть о том, что родители послали детям подарки. В 40-градусный мороз Анна Лазаревна надела овчинный тулуп, валенки вдела в лапти и пошла пешком за обозом в Казань, а это было 240 километров. Обоз вез стране зерно. Добирались неделю, забрав таки гостинцы, тронулись в обратный путь. Но лошади совсем выбились из сил. В новогоднюю ночь обоз встал у чужой деревенской избы. Анна Лазаревна вышла на крыльцо, стояла на морозе и думала: как встретишь Новый год, так и проведешь. 1944-й стал для них годом дороги домой. Интернат № 18 первым из детских учреждений вернулся из эвакуации. Анна Лазаревна привезла всех детей, даже тех, чьи родители погибли и на кого не было вызова...

- Герои ваших рассказов - и дети, и взрослые - стойкие, мужественные люди...

- Да, и у каждого из них был свой путь. Одна из девочек прибавила себе возраст, сумела попасть на фронт, воевала, получила медали. До войны она на пианино играла, у нее были тонкие музыкальные пальцы, мечта - стать музыкантом. Когда мы встретилась, я увидела ее обмороженные руки.

Другой мой герой - Свет Борисович Тихвинский. Двенадцатилетним подростком он остался в блокаду один, родители - врачи - ушли на фронт.

Сначала Свет съел все, что было в доме, затем стал наведываться на Пискаревку, где на месте бывших овощных складов земля кишела закопанными до войны подгнившими репками и брюквами. Но настал момент, когда силы у мальчика совсем истаяли. Он не смог даже подняться по лестнице. Сидел перед своим домом на лютом холоде и вдруг увидел морских пехотинцев. Решил, что бредит. Успел сказать: «Возьмите меня на фронт», - и отключился. Его принесли в дивизию генерала Симоняка. Какое-то время Свет был сыном полка в дивизионной разведке. А когда должен был начаться прорыв блокады, командир вызвал Света и сказал: надо возвращаться в Ленинград. Бойцы совали мальчику в карманы все ценное, что у них было, и прощались навсегда. Они говорили ему: «Живи за нас, братишка». Свет пришел в штаб ПВО. С друзьями-мальчишками (а они были голубятниками, знали все крыши) его команда отвечала за четыре дома в округе. А во Дворце пионеров Свет стал капитаном блокадной команды гимнастов... Свет Борисович - доктор медицинских наук, профессор, автор уникальных научных трудов по спортивной детской медицине. В его судьбе ничто не прошло бесследно.

- У вас должен быть большой архив. Как вы его храните?

- Я никогда ничего не записываю. Когда начала работать в детской газете, поняла: если вынимаешь блокнот, ребенок замыкается и молчит. Стала все запоминать. Теперь могу прийти в класс, попросить детей назвать имена, выучу с первого раза.

- Невозможно тридцать лет все истории держать в памяти.

- У меня в голове вместительный «компьютер». Я долго все вынашиваю, обдумываю, перебираю, раскладываю, а потом торопливо переписываю. Переписываю буквально с запятыми.

- Рассказ - литературный жанр, он предполагает присутствие вымысла.

- Жанр литературный, да, но в данном случае он основан на документальной основе. Чтобы выстроить рассказ, надо было очень многое изучить. Например, известный кинорежиссер Семен Давидович Аранович однажды рассказал мне, как в детстве во время эвакуации в Средней Азии снимал с мальчишками кино про победу. Это были раскрашенные ими пленки, которые они проектировали на белый экран. А диктор читал закадровый текст. Диктором была девочка, чуть старше их. Это стало ядром рассказа. Но мне пришлось переворошить множество книг, дабы понять события семидесятилетней давности, представить себе, как выглядел этот южный город, узнать, как там называется гора и река, когда цветет урюк, что продавалось на базаре, какие деревья росли в парке... Я пыталась переместиться в не прошедшую для меня жизнь моих героев.

- В ваших рассказах документален не только сюжет?

- Конечно, я стремилась к максимальной точности. Но люди должны быть живыми, а для этого необходима аура дыхания. Вот тогда-то и возникал вымысел. Конечно, если он не противоречил правде факта и правде интонации. Это все равно что написать картину и вставить ее в готовую рамку. Многие люди теперь, читая рассказ, думают, что все так и было. Я счастлива это услышать.

Один из рассказов создан на основе истории, которую мне когда-то открыл сценарист Юрий Николаевич Клепиков. Он вспомнил о военном детстве мальчишек большого челябинского двора. Точно так же, как о Бишкеке, я начала собирать сведения про Челябинск: кто был туда эвакуирован, откуда, где они жили, чем занимались...

Надо было постоянно выверять детали. Думая о том, где именно мог стоять эвакуированный в Бишкек мальчик Митя, пытавшийся в щелку забора рассмотреть, как чинили самолеты (Митя мечтал стать летчиком), я выяснила, что в том городе действительно были авиамастерские. В них ремонтировали Яки.

- Рассказы, о которых мы говорим, вошли в книгу «Маленьких у войны не бывает», изданную в этом году. Как она построена?

- В книге четыре части: «Страничка белая» посвящена блокадным детям, «Страничка синяя» - детям эвакуированным. «Страничка багровая» повествует о ребятах, попавших в самое пекло: на фронт, в оккупацию, в партизаны или даже в концентрационный лагерь. В книгу вошла главка о мальчике, угодившем в страшный лагерь Саласпилс. Он умудрился оттуда убежать, но всю жизнь молчал об этом... «Страничка зеленая» - победный май. Она о современных детях, которые умеют помнить. Без этой части я книгу не мыслила. Ибо, как сказал мой герой Ваня - девятиклассник из четвертой части: павшие доходят до победы лишь тогда, когда их помнят и чтят.

Ребята из Ваниной гимназии добились захоронения останков солдат, обнаруженных на Пулковских высотах. Когда строили универсам, экскаваторщик, вскапывая землю, увидел сапог военного времени, погнутую ложку... Вызвали поисковиков. Они нашли оружие, фрагменты портупей, ранцев и всего два смертных медальона. Бой был рукопашный, это стало ясно по характеру останков. Ребята установили, что бой шел незадолго до начала блокады, солдаты были совсем юные. Они погибли, но не пропустили фашистов в Ленинград.

Я искала любые сведения об этом бое. Вычитала, что это была за дивизия, как она формировалась, кто в нее входил. А входили в нее студенты филфака, рабочие «Красного выборжца», учителя... Я увидела этот бой «внутренним зрением» и описала его.

Самое бесчеловечное заключалось в том, что город отказывался хоронить этих героев, ведь у них никого не осталось. Тогда гимназисты стали писать письма, ходить по начальственным кабинетам, пробиваться на радио. И добились справедливости. Я присутствовала на церемонии похорон. Был лютый мороз, но дети стояли без шапок, даже девочки. Взрослые не сразу дали им слово. Тогда-то Ваня и произнес: «Павшие доходят до победы, когда их помнят и чтят...».

Во имя этого и создавалась книга.

- Как долго вы ее писали?

- Писала я ее мучительно. На запись ушло, наверное, полгода. Для крупных рассказов надо было начитывать материал. То, что читала, тоже «варилось» в голове. Потом писала, писала, писала... Когда приступили к иллюстрациям, снова стала дописывать. Появлялись фотографии, вглядывалась в лица и что-то еще добавляла.

В книге есть фотография Андрея Павловича Петрова. Маленький мальчик с такой знакомой улыбкой стоит с веслом у воды. Он поразительно похож на себя взрослого. Это фото мне принесла его сестра Марина Павловна. Какие-то подробности, которые она вспомнила, я тоже внесла в рассказ.

- Как родилось название книги?

- Оно родилось само по себе: «Маленьких у войны не бывает». На встречах с читателями я вижу, что не все сразу его понимают. Кто-то говорит: маленьких не должно быть на войне. Я отвечаю: не должно-то не должно, но война никого не обошла стороной. Они все испили эту чашу. Война не признает возраста. От нее страдают все - старики, женщины, дети. Они тоже становятся солдатами...

Подготовила Людмила ЛЕУССКАЯ




Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook