Время по Шостаковичу

В этот день две главные музыкальные институции города - Мариинский театр и Филармония - впервые столь единодушно, без репертуарных расхождений в одно и то же время отметят юбилей автора симфоний, в которых вечное и злободневное сосуществуют нераздельно, а звуковые свидетельства эпохи одной страны оказываются универсальными символами, понятными всему человечеству. А Ленинградская симфония принесла Шостаковичу мировую славу.

Время по Шостаковичу | ФОТО ТАСС

ФОТО ТАСС

В Мариинском театре устроят гала-концерт, которым продирижирует маэстро Валерий Гергиев. В Малом зале Филармонии камерную музыку Шостаковича представит ансамбль музыкантов, возглавляемый пианистом Алексеем Гориболем. Юрий Темирканов, не любящий «датских» концертов, играет в этот день музыку Шостаковича исправно из сезона в сезон, оправдывая имя, которое носит вверенная ему петербургская Филармония. В этот раз он вместе с заслуженным коллективом России Академическим симфоническим оркестром Филармонии представит слушателям свою трактовку эпической Пятой симфонии ре минор, которая была создана в 1937 году после гонений на Шостаковича за его оперу «Леди Макбет Мценского уезда». В ней трескучий, неестественный мажор в коде финала если и следует формально бетховенской традиции «от мрака к свету, через борьбу к победе», то пропитан разъедающим скепсисом тщетности этой победы.

В Первом же концерте для скрипки с оркестром ля минор, премьера которого состоялась в 1955 году в Большом зале Филармонии, Шостакович пунктиром вписал монограмму - первые буквы своего имени и фамилии D.SCH, как подпись свидетеля эпохи. Эти «пляшущие» буквы, переложенные на ноты «ре-ми-бемоль-до-си», образуют острохарактерный трагический мотив, называемый «мотивом креста». И не случайно в этом четырехчастном концерте, начинающемся с сумрачного Ноктюрна, звучит и величественная трагическая Пассакалия как скорбное раздумье о судьбах страны и мира.

Сам маэстро Темирканов так рассказывает о своем знакомстве с композитором: «Шостакович был Пименом ХХ века. Историки могут написать много вариантов, что Сталин был мерзавец, другой напишет, что он создал страну, победил в войне, напишут еще что-нибудь - и все будет неправдой. Как говорил Ежи Лец, если из истории выбросить всю неправду, останется ли правда? Может не остаться ничего. Потому что те, кто пишет историю, пишут с выгодой для новой власти - той, при которой пишут эту историю. А Шостакович написал то, что переписать нельзя. Он передал атмосферу всей жизни, всех событий тех лет. Нельзя сказать, что я с ним дружил, я все же принадлежал к совсем другому поколению, и он для меня, молодого музыканта, был как далай лама. Я его много раз видел, но не осознавал всей историчности момента, лишь потом понял, как было важно встретить этого человека. О смысле музыки мы с Дмитрием Дмитриевичем никогда не говорили, иногда по телефону общались. Я ему рассказывал, как дирижирую то или иное его сочинение, и спрашивал, разрешает ли он мне сделать так-то и так-то. Помню, я дирижировал Десятую симфонию Шостаковича в Москве, а композитор лежал в больнице. Он по телефону сказал: «Делайте, как считаете правильным, а я буду слушать по трансляции»...

Колеса истории вращаются так стремительно, что сегодня, кажется, снова наступили времена, когда говорить о миссии Шостаковича становится занятием крайне актуальным и сложным. Соломон Волков, всемирно известный тем, что выпустил много лет назад «Свидетельство» - книгу записанных им воспоминаний композитора, где рассказано много всякой то ли обескураживающей правды, то ли «жареной», присочиненной интервьюером полуправды (книгу до сих пор не рискуют опубликовать в России), задумал переиздать в следующем году книгу «Шостакович и Сталин», где большое внимание уделено темной теме отношений вождя народа с композитором. Из печати уже вышла книга англичанина Джулиана Барнса «Шум времени», в которой художественное слово сочетается с элементами документального в описании жизни и творчества композитора.

«Первый канал» и канал «Культура» покажут в эти дни ряд фильмов разной степени свежести, посвященных Дмитрию Дмитриевичу. В Российской национальной библиотеке в отделе рукописей открылась любопытная выставка, посвященная не только Шостаковичу, но и его старшему современнику Сергею Прокофьеву, малоизвестным подробностям их дружеских отношений. В прошлом году в издательстве «Композитор - Санкт-Петербург» вышел трехтомник «Шостакович в Ленинградской консерватории: 1919 - 1930», в котором автором-составителем выступила профессор Людмила Ковнацкая. Жизнь выдающегося композитора, годы его учебы и творческого формирования предстают там в череде документов и фотографий: адресов семьи и городских маршрутов, фигур однокурсников и друзей, учителей, учебных заданий и экзаменов, концертных выступлений, музыки к спектаклям...

30 сентября в Консерватории скромно, но со вкусом за один день проведут международную конференцию «К 110-летию со дня рождения Д. Д. Шостаковича: новые материалы, исследования, интерпретации». О том, что действительно нового мы узнаем о композиторе и его творчестве, можно будет судить только по ее окончании.


Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 177 (5794) от 23.09.2016.


Комментарии