Главная городская газета

Спрос на радость

Каждый день
свежий pdf-номер газеты
в Вашей почте

Бесплатно
Свежие материалы Культура

С Пушкиным на дружеской ноге

Омская художница Римма Камкина утверждает, что нарисовала первый портрет Пушкина в возрасте двух лет. Читать полностью

Спектакль с вишневым вареньем

Театр на Литейном одним из первых открыл новый сезон - 109-й по счету. Читать полностью

Его пианиссимо тает в воздухе

Музыкальный мир потерял выдающегося пианиста, профессора Консерватории, народного артиста РФ Павла Григорьевича Егорова. Читать полностью

Миростроение Джорджа Мартина

Cостоялась пресс-конференция американского писателя, сценариста и продюсера Джорджа Р. Р. Мартина. Читать полностью

От неолита до модерна

Ткани окружают людей с первого до последнего дня, но мало кто знает об их истории и жизни. Читать полностью

«Король шаманов» у Шереметевых

«Музыки мира» покоряют молодых Читать полностью
Реклама
Спрос на радость | ФОТО предоставлены модными домами

ФОТО предоставлены модными домами

Казалось бы, специалисты уже давно пришли к выводу, что стиль у модных петербурженок европейский, что бледность нам к лицу, что одеваться мы любим, а наряжаться в отличие от москвичек - нет. Но наступает весна (осень, зима), и, словно подснежники, вновь пробиваются сквозь болотистую почву разговоры о петербургском стиле и о том, что пора бы нам наконец стать модной столицей нашей большой страны. Которая практически не производит ни шелка, ни шерсти, ни хлопка...

Нынешней весной эти разговоры вновь возникали в связи с тем или иным модным показом. В частности, Лилия Киселенко продемонстрировала в Музее современного искусства Санкт-Петербурга «Коллекцию № 40», обозначив тем самым 20-летие своей марки, Янис Чамалиди показал коллекцию в ЦВЗ «Манеж» в рамках московской Недели моды «Мерседес-Бенц» в России, а Елена Бадмаева стала первопроходцем в обновленном Доме журналиста, назвав свой показ «Made in Санкт-Петербург».

Каждая коллекция дает повод говорить об устойчивом стиле своих авторов.

В нашем городе театров и музеев Киселенко и Чамалиди последовательно создают интеллектуальную моду, выводят на подиум завершенные образы, опираясь на могучее культурное наследие. При этом их вещи абсолютно носимы - это именно одежда, хотя истоки вдохновения ее создателей могут находиться в литературе или полотнах эпохи Возрождения. Соединение простого и сложного весьма характерно для лучших петербургских модельеров.

Любовь к черному и белому, к свободным линиям, удлиненным силуэтам, к сложному крою и сдержанности в деталях... Внимание к аксессуарам и украшениям, которые создаются по собственным эскизам (Лилия Киселенко делает длинные бисерные ожерелья вообще своими руками). Немало общих черт есть у петербургских модных домов, существующих уже третий десяток лет.

Наши модельеры, как художники группы «Митьки», никого не хотят победить. Они не сильно стремятся «завоевать столицу» или покорить модные столицы Европы. Существование в формате «индпошива» с устойчивым кругом образованных клиентов (деловые женщины, педагоги, работники музеев, артисты, музыканты) вполне устраивает большинство петербургских создателей одежды. И это вполне отвечает современным тенденциям модной индустрии, захлебнувшейся в океане предложений и отчаянно пытающейся выплыть.

На первый взгляд могло показаться, что Елена Бадмаева решила нарушить эту закономерность, подчеркнув, что премьера ее коллекции состоялась в феврале в Париже (речь не о показе коллекции на подиуме, а о презентации в AFW Showroom). Возможно, это заявление во многом было рекламным ходом: не секрет, что успех за рубежом влияет на популярность на родной земле.

Как написано в пресс-релизе, проект отражает поиски Еленой Бадмаевой «петербургского стиля». Отсюда и название коллекции, включающее англоязычное Made in. Многие могут вспомнить о тех временах, когда в нашей стране все вещи с бирками Made in (можно подставить любую страну) автоматически попадали в разряд «импортных», а значит, дефицитных и престижных.

- Сейчас, я надеюсь, люди начинают ценить одежду не за то, что она «импортная», а за качество и интересный дизайн, - говорит модельер.

Сама Елена Бадмаева не раз показывала коллекции, в которых использовались петербургские мотивы. Однако, по словам модельера, понятие «петербургский стиль» сложнее и глубже, чем поверхностные ассоциации.

На вопрос, как она оценивает манеру одеваться людей на улицах, Елена ответила:

- Я не могу назвать петербуржцев толпой. Для меня петербуржец - имя нарицательное. А выглядят люди на городских улицах совсем неплохо. На мой взгляд, диалог между потребителями и дизайнерами, пусть даже только с теми, кто работает в секторе «масс-маркет», налажен. И в этом есть немалая наша заслуга.

Стоит сказать о петербургском дизайнерском дуэте Юлии Бунаковой и Евгения Хохлова, которые прославили «петербургский стиль» в небесах, разработав униформу для «Аэрофлота». Она признана лучшей среди ведущих европейских авиакомпаний и вошла в десятку лучших в мире.

Речь о том, чтобы сделать Петербург столицей российской моды, зашла еще в начале 1990-х. Тогда на вопрос: «Может ли русская мода стать авторитетной во всем мире?», модельер Оксана Калинина, ныне ушедшая из жизни, ответила уверенно: «Да, как русская литература и русский балет!».

Тогда и правда казалось: вот еще немного усилий и петербургская десятка талантливых модельеров покорит мир, как это произошло с «антверпенской шестеркой» из Бельгии. По сей день дизайнеры - такая же достопримечательность Антверпена, как Рубенс. Их бутики рекламируются во всех туристических буклетах.

Создание индустрии моды - стратегическая задача сегодня. Но это длительный и сложный процесс, который требует как интеллектуальных вложений, так и финансовых. Если сравнивать с западными странами, где индустрия моды существует уже больше ста лет, мы еще «в ползунках».

Однако недостатки могут обернуться достоинствами, что и происходит в Петербурге. Вещи, отшиваемые, как правило, в небольших коллективах несколькими мастерами, привлекают почти ювелирной тщательностью, с которой отделан каждый стежок, большой долей ручного труда и уникальностью. А ведь именно за это и ценится haute couture.

Одежда, которая произведена не на потоке, несет на себе печать таланта создавшего ее модельера, который как бы кодирует в ней свое послание миру. Романтик Кристиан Диор любил цитировать Альфонса Доде, который говорил, что хотел бы через свои произведения сделаться поставщиком счастья: «Мои первые платья назывались «Любовь», «Нежность», «Венчик», «Счастье». Женщины с их безошибочным инстинктом, должно быть, поняли, что я хотел сделать их не только красивыми, но и счастливыми». А на счастье спрос никогда не падает.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в наших группах ВКонтакте и Facebook