Главная городская газета

Из огня войны и революции

246
Последние материалы Культура

Новый залп «Авроры»

В восьмой раз в Петербурге вручили ежегодную премию «Музейный олимп», учрежденную городскими властями и Союзом музеев России. Читать полностью

Парадоксы Курентзиса

Главным музыкальным событием фестиваля «Дягилев P. S.» стало выступление оркестра MusicAeterna под управлением Теодора Курентзиса. Музыканты исполнили музыку балета «Ромео и Джульетта» Сергея Прокофьева. Читать полностью

Поцелованные богом

Средняя специальная музыкальная школа-лицей Санкт-Петербургской консерватории отмечает 80-летие. Сегодня в Большом зале Филармонии состоится юбилейный концерт, в котором примут участие выпускники разных лет. Читать полностью
Из огня войны и революции | Александра ДРОЗДОВА

Александра ДРОЗДОВА

Еще одну трагическую страницу в истории музея-заповедника «Царское Село» можно считать закрытой _ по крайней мере для четырех предметов, которые вернулись сюда спустя более чем семьдесят лет. Супруги Хармзен, Йенс и Франциска, живущие в Мюнхене, передали в музей то, что вывезли во время войны из оккупированных дворцов их отцы.

Отец Йенса Хайнц Хармзен был здесь в 1941 году, отец Франциски Франц Шюман _ в 1942-м. Во время войны они не были знакомы друг с другом. Будучи офицерами вермахта, оба занимались снабжением армии и квартировали в оккупированном Пушкине. Отсюда и «трофеи». Так в семье Йенса оказались икона и книга, а в семье Франциски _ две маленькие вазочки из Александровского дворца.

_ С нашим мюнхенским агентством интеллектуального туризма супруги Хармзен путешествуют уже много лет, _ рассказала Ксения Носова, выступающая доверенным лицом Хармзенов. _ Однако речи о том, что в их семье находятся предметы из Царского Села, прежде не было.

В июле этого года, после долго планировавшегося путешествия, супруги Хармзен впервые побывали в Царском Селе. И только здесь, потрясенные трагедией дворцового пригорода Петербурга во время войны, масштабами утрат и послевоенного возрождения, рассказали тот самый эпизод из истории своей семьи, который прежде не афишировали.

_ Решение вернуть предметы было для них достаточно эмоциональным моментом, _ пояснила Носова. _ Они очень не хотели устраивать никакой шумихи вокруг этого события. Это был спонтанный акт доброй воли. Я бы не стала называть это покаянием: они ведь не виноваты в том, что совершили их отцы. Сами они сказали так: «Наши отцы уже умерли, и мы думаем, что экспонаты должны занять свое законное место в Царском Селе. Надеемся, что это побудит других обладателей царскосельских трофеев вернуть их обратно в Россию».

Сотрудники музея-заповедника не скрывали своей искренней радости по поводу возвращения этих реликвий.

Как отметила директор ГМЗ «Царское Село» Ольга Таратынова, сейчас началась реставрация Александровского дворца, главная задача которой _ максимально вернуть ему тот облик, который он имел на момент нахождения здесь последнего императора и его семьи.

_ Мы пытаемся возвращать те вещи, которые когда-то были в Александровском дворце, _ отметила Таратынова. _ Что-то удается приобретать на аукционах. И жизнь нас радует _ в последние годы к нам стали обращаться потомки Романовых, а также потомки придворных, которые когда-то здесь жили. В частности, у нас теперь есть вещи, принадлежавшие Пьеру Жильяру _ гувернеру детей Николая II, наставнику цесаревича Алексея. И сегодняшнее событие для нас чрезвычайно важно.

Возвращенные реликвии по-своему уникальны. Потемневшая от времени, местами потрескавшаяся и осыпавшаяся икона Казанской Божией матери принадлежала фрейлине императрицы Александры Федоровны Анастасии Гендриковой. Она последовала за императорской семьей в ссылку сначала в Тобольск, а затем в Екатеринбург. После расстрела Романовых Гендрикова разделила их судьбу: была зверски убита в Перми...

На обороте иконы _ надпись: «Сдана сия икона на хранение в Знаменскую церковь от графини Гендриковой». Вместе с императорской семьей она находилась под арестом, и сама, скорее всего, не могла передать икону в церковь. После того как в 1930-х годах церковь закрыли, икона попала в музей. Об этом говорит начертанный на обороте зеленой краской инвентарный музейный номер.

_ Икона мемориальная. По всей видимости, это была личная икона фрейлины. Такие экспонаты дают возможность вспомнить в нашей экспозиции имена людей из ближнего круга общения императорской семьи, _ подчеркнула главный хранитель ГМЗ «Царское Село» Лариса Бардовская.

Две маленькие фарфоровые вазы, переданные супругами Хармзен, имеют предвоенные инвентарные номера музея в Александровском дворце. Эти предметы не попали в число подлежавших первоочередной эвакуации, а потому остались на время оккупации во дворце. Одна ваза _ из Кленовой гостиной императрицы Александры Федоровны, вторая _ из соседней Палисандровой.

И, наконец, еще одна возвращенная реликвия _ маленький томик в сафьяне с золотым обрезом. Перед нами _ книга французского мыслителя Франсуа Фенелона, изданная в Париже в 1810 году.

_ Это одна из пяти сохранившихся книг из личной библиотеки Александра I в Екатерининском дворце. Теперь к четырем книгам, которые были у нас в собрании, добавилась пятая, _ отметила Бардовская.

Как рассказали сотрудники музея-заповедника, супруги Хармзен передали в «Царское Село» и еще одну реликвию _ копии писем Хайнца Хармзена, который, находясь здесь целый год, почти ежедневно писал своей семье в Германию.

Сотрудники музея подчеркнуто осторожно и корректно высказывались по отношению к отцам супругов Хармзен. Действительно, налицо исторический парадокс: с одной стороны, конечно же, понятно, что возвращенные ими предметы были в свое время украдены из дворцов. А с другой _ эта «кража», как бы то ни было, спасла эти реликвии. Ведь если бы они остались во дворце, то, скорее всего, погибли бы в огне войны. Когда нацисты отступали, они оставляли наступавшей Красной армии выжженную землю. И культурным ценностям была уготована страшная участь.
0088